Чтение онлайн

Она опустила глаза и вскрикнула, увидев, как Шериф рукой пытается сдержать поток крови из отверстия сбоку, чуть ниже ребер.

— Боже! У тебя кровь, и не только на лице.

— Ага, я в курсе. У нас мало времени.

Шериф поразмыслил, не рассказать ли Мэдди о том, что обычная тюремная заточка пробила его бронежилет, но решил повременить. Потом они посмеются над этим фактом, если, конечно, выживут. А пока нужно срочно выбираться из горящего здания.

Напарники покинули помещение сакристия, пригнувшись, чтобы не надышаться дымом.

Они ничуть не удивились, когда услышали в глубине центрального нефа звуки схватки. От вида огня вампиры окончательно потеряли разум. Многие погибли оттого, что их шерсть загоралась как спичка от даже небольшой искры. Еще большее их количество погибло не от рук охотника, а от клыков их же собратьев, ибо вампиры были убеждены: мясо себе подобных могло отодвинуть финальную смерть.

С высоты птичьего полета можно было увидеть, что эта церковь имела форму креста, который теперь источает дым. В левом проходе было битое стекло и спуск к пещерам — место вечного заточения профессора Герритсена. В правом проходе — неизвестность.

Мэдди поддерживала Шерифа, закинув его руку себе на плечо, и быстро нырнула в правый проход, в котором она еще не была. Оказалось, что этот проход заканчивался тупиком, где сквозь пол росло мощное дерево, разрушившее стены в нескольких местах.

Мэдди почувствовала над ухом тяжелое дыхание:

— Я видел, там снаружи есть машина с ключами внутри. Если я отключусь, вези нас через колючий кустарник прямо в Хайдвилд к библиотеке Софи. Она знает, что делать.

Он медленно встретился глазами с Мэдисон, и взгляды обоих переползли вниз, на разлом в стене, которое было создано деревом, растущим прямо внутри церкви. Через этот разлом была видна высокая трава, освещённая голубым лунным светом.

— Что бы там внизу ни было, — мягко сказал Дэвид, — оно, наверное, лучше чем то, что внутри.

— Так что, когда мы пойдем смотреть, что там внизу, мы наверняка будем в полной безопасности. — согласилась Мэдисон, неуверенно кивая.

— Чудесно. Тогда дамы вперед.

— Нет уж, вдруг ты здесь потеряешь сознание.

«Если я потеряю сознание, эта хрупкая девчонка не сможет вытащить мое тело из горящего здания. Да она даже не сможет вытащить свое тело из горящего здания.»

Подумал Дэвид, согнувшись от боли, все еще держа руку на своей глубокой ране. Он выпрямился и окровавленной рукой подвел ее к разлому в деревянной стене и с силой толкнул девушку внутрь, больше не спрашивая ее мнения.

Он не отдавал себе отчет, какого рода чувства возбуждала в нем Мэдди, но, вероятно, у него уже вошло в привычку спасать эту девушку, даже против ее воли. Затем Шериф выругался от боли, наклонился, пролез в дыру и спрыгнул, приземлившись на мягкий ковер из июньской травы.

В лунном свете его кровь казалась абсолютно черной. Мэдди помогла ему подняться и обхватила за талию, провожая к автомобилю.

— Он должен быть где-то там за углом

— Правда должен?

— Каину проще путешествовать в форме насекомых, так что надеюсь…

Она не смогла сдержать дрожь облегчения, когда они дошли до черной машины, чьи хромированные детали блестели в лунном свете, который в этом месте едва пробивался сквозь листву. Вокруг было подозрительно тихо и спокойно, пока из церкви не донеслись крики несчастных поджаривающихся лугару.

Девушка даже испытала к ним что-то типа сострадания. Такое предательство от идола, которому они поклонялись. Должно быть, с точки зрения вампиров это ощущалось как самое огромное предательство, словно сам Создатель отвернулся от них.

Мэдди полной грудью вдохнула лесной воздух и предложила раненому лечь на заднее, но Дэвид настоял на том, чтобы сесть на переднее сидение рядом с ней.

Мэдди слегка оцепенела, сжимая руль в руках. Годы за рулём не подготовили её к такому — во-первых, к управлению такими изысканными машинами она не привыкла, а во-вторых, она никогда не ездила по столь дикому бездорожью.

— Почему ты медлишь? — требовательно спросил он. — Гони мать твою! Прямо в горку, прямо через заросли, газуй!

Её пальцы дрожали, когда она склонилась над Дэвидом, чтобы пристегнуть ремень безопасности, пока его лицо корчилось от боли где-то в темноте салона.

Дрожащая белая ручка повернула ключ зажигания несколько раз, наконец этот монстр с мощным двигателем пробудился и зарычал. Девушка включила фары и уверенно разогналась, двигаясь плавно и мощно одновременно. В ее хрупких руках Бьюик демонстрировал впечатляющую управляемость.

В этом хаосе и неопределенности, среди рева двигателя и треска веток, Мэдди чувствовала, как её сердце сжимается от тревоги.

Дэвид по старой привычке похлопал себя по нагрудным карманам в поисках спасительного никотина, но не нашел там сигарет и разозлился.

— В моих видениях были только пушки, когти, зубы и кресты, но эти крылатые суки не предупреждали про смерть от гребаной заточки! — сказал он, сжимая кулаки.

От внутреннего кровотечения он начинал терять контроль над собой. Черт, как же он ненавидел это чувство. Эту слабость! Да, Шериф был слаб перед лицом Каина. Беспомощен как ребенок и Мэдди это видела. Эта мысль уязвила его самолюбие даже больше, чем надвигающаяся смерть.

— Успокойся, ты не умрешь. Не сегодня, я тебе не позволю. Если ты умрешь, тогда… тогда я сама тебя убью, понял? — ее голос вдруг стал твердым, как сталь.

К тому времени, как в ночное небо поднялись огромные клубы дыма, они уже уехали.

Алые всполохи перекидывались на деревья. Оранжевые языки проникали через окна и настойчиво лизали стены, медленно поднимаясь вверх.

Стоило огню подняться к крыше над центральным нефом, как загоревшаяся деревянная конструкция храма обрушилась на головы верующих вампиров, словно под тяжестью их собственных грехов. Грохот взрыва сотряс воздух, нарушая тишину, царившую в этом лесном царстве.

У Хайда все еще оставалось ощущение того, что рука спутницы поддерживает его. Мэдди тоже это чувствовала. Ее хрупкое плечо, на которое мужчина опирался, все еще покалывало, словно от слабого удара током. Жизнь Дэвида была всецело в ее руках и зависела только от нее. Мэдди это действительно беспокоило, настолько, что даже ладошки вспотели.