Шериф Мертвого города
Шрифт:
Услышав, что она стала случайной и невольной причиной, по которой сорвалась его сделка с вампирами, Мэдди едва не рассмеялась профессору в лицо. Она зажала рот рукой. Герритсен зарычал от ярости и заскрежетал зубами. Мэдди отшатнулась от него.
— Я никогда не увижу солнечный свет… Не попробую нормальной пищи… И мне нельзя злиться, чёрт побери! Твою мать! Как же больно!!!
Мэдисон ужаснулась, заметив, как левый глаз профессора изменился.
Радужка стала желтой и с вертикальным зрачком, словно он из семейства кошачьих. Герритсен встряхнул лохматой головой и стал бить себя кулаком, прямо по лбу и вискам. Видимо так он пытался приостановить свое превращение. Потом приблизился к одной из стен ниши и стал биться об нее головой. Кусочки известняка летели во все стороны. Правый глаз профессора теперь тоже потерял человеческий облик, уши заострились и покрылись шерстью.
Звук был такой, будто внутри профессора разрывались связки, словно лопались струны. Ткань одежды тоже разрывалась, мускулы росли на глазах. Внутри его тела рождалось что-то большое. Мэдди услышала звук ломающихся костей. Колени Герритсена с хрустом выгнулись в обратную сторону. Из позвоночника стали вытягиваться кости для будущего хвоста. Острые позвонки разрывали ткань его штанов. Косточки медленно покрывались мясом, кожей и обрастали шерстью.
Мэдисон почувствовала, как сжимает в пальцах холодный гладкий металл, который оказался весьма скользким наощупь. Только бы не выскользнул! Она сделала это почти интуитивно, движимая животными инстинктами. Быстро схватила полицейский дробовик за ствол как дубинку и ударила им со всех сил профессора Герритсена в голову. На всякий случай ударила ещё разок. И снова… и снова… и снова.
Широкая тяжелая рукоятка прилетела прямо в его волосатый лоб, на котором уже срастались между собой лохматые брови вместе с линией волос. Но они не смягчили удар. Так что тот отшатнулся, сделав два шага назад, и упал с лестницы в пропасть. С очень удивленным выражением кошачьих глаз. Он должен был упасть куда-то в воду, но Мэдди насторожилась. Она не услышала всплеск, когда это большое тело приземлилось. Слышны только скулеж и прочие животные завывания. Девушка осторожно подошла в краю верхней ступеньки и заглянула вниз.
Герритсен приземлился спиной на торчащий из земли острый сталагмит, растущий на дне пещеры в виде конуса. Мужчина был в подвешенном состоянии прямо над кромкой воды.
В это время факелы на стенах начинали затухать.
Гнев сменился на страх и его звериный облик исчез. Профессор Герритсен висел в одних рваных трусах, нанизанный на конусообразный сталагмит. Он выл от боли и не мог пошевелиться. Видимо его пронзило прямо в центре позвоночника, а камень не позволял зарастить костные и мышечные ткани на месте этой дыры.
Мэдди рассеянно чешет в затылке, раздумывая на тему, как можно начать этот неловкий разговор. Она крикнула вниз, приставив ладошку ко рту:
— Как твоя спина, Гэри?
— Сука, это больно… как будто мне осиновый кол в жопу засунули, но спасибо за вопрос!
— Слышал про Влада Цепеша? Он же Дракула, он же Колосажатель. Он бы покраснел от стыда, если бы узнал, что сейчас по земле ходят такие ничтожные вампиры как ты, Гэри.
Мэдисон бросила оружие на пыльный пол из известняка. Она отошла к деревянной двери и взявшись за изящную ручку, крикнула вслед:
— Сейчас огонь потухнет и я выйду наружу, а ты обречен провести всю свою вечность здесь, в темноте и одиночестве. Нанизанный на шампур как люля-кебаб. В это время у тебя будет возможность подумать о том, что Судьба всегда жестоко наказывает предателей.
Призрак прошлого планировал вывести ее из подземелий наверх, в деревянную церковь святого Луки.
Но девушка вышла из пещеры одна. Она тихонько прикрыла дверь, развернулась на цыпочках и сразу уперлась в винтовую лестницу, идеальной спиральной формы. Преодолев дюжину ступенек, Мэдисон обнаружила наверху комнатку, тоже круглой формы с куполом наверху.
Когда Мэдди впервые вошла в эту ротонду, она услышала громкий хруст стекла под каблуками своих сапог. Девушка еще не знала, что в этот момент о ее появлении стало известно всей округе. А главное, что Эйбел Кейн узнал о ее приближении.
Он затаился где-то внутри церкви и занимался приготовлением к их встрече. Поэтому пол здесь был специально завален разноцветными осколками витражей. Цветные окна были уничтожены прорастающими внутри деревьями. Они давно хозяйничали в этом храме, нагло вытесняя собой человеческую архитектуру. Эйбел просто приказал своим слугам перенести стекло и рассыпать его под каждым входом в здание.
Мэдди старалась идти потише, но у нее не получалось. Эта круглая ротонда, в которой она оказалась как в ловушке, соединялась небольшим коридором с алтарем. Он блестел вдалеке золотым убранством своих реликвий, которые сверкали в окружении свечей.
Девушка решила, что уж лучше вернуться вниз к Гэри или сигануть через окно, как вдруг…
Она выпучила глаза и обернулась в сторону алтаря, не в силах скрыть шока от нечеловеческих голосов и песнопений оттуда, где их точно быть не должно. Они исходили из глубин церкви.
Глава 30. Убейте их всех, Господь узнает своих
Шериф, измученный долгими поисками напарницы, вернулся на Вторую улицу.
Он шел медленно, предполагая, что ночной народец может свободно разгуливать среди местных руин, что они набросятся со всех сторон как только его увидят. Ожидал чего угодно, но точно не пустынные и темные улицы, где густая листва зарослей едва позволяет пробиться лунному свету. А из звуков слышны только стрекотания цикад и… Что это такое? Напоминает отдаленное хоровое пение.
Его взгляд привлекла церковь Святого Луки на том конце улицы, ближе к озеру. Это было величественное сооружение в стиле плотницкой готики, стоящее вдалеке, как одинокое чудовище. Разбитые окна, напоминающие пустые глазницы, пропускали слабый свет, исходящий изнутри. Этот свет, мерцающий и дрожащий, был похож на тот, что создают свечи, освещающие внутреннее пространство церкви. Шериф почувствовал, как внутри него что-то сжалось, и он понял, что должен подойти ближе.
«Понятно, вся нежить собралась на полуночную мессу.»
Он заметил припаркованную у церкви черную машину. Весьма редкая ретро-модель "Бьюик Ривьера", которую коп уже однажды видел, на парковке мотеля. Теперь она была вся грязная и поцарапанная, будто проехала на большой скорости сквозь колючий кустарник.
Полицейский сразу понял, с кем он встретится внутри. Быстро оглядевшись напоследок, нет ли где еще прохожих, проверил пуговицы на рубашке и пули в пистолете, оправил галстук, нежно дотронулся до золотистой звезды на груди. Нахлобучил шляпу пониже. Дэвид считал, что для встречи с врагом нужно быть настолько же собранным, как для первого свидания с девушкой.