Чтение онлайн

– Мне нравится запах, и потому пусть меня ведет мой нос! – ответил мистер Холл, который вместе с Луи Муром вошел в комнату.

Учитель сразу заметил выдвинутые ящики.

– Ах вы, разбойники! Генри, за такое бьют линейкой по пальцам!

– Вот и накажите Шерли и Каролину, это они сделали! – ответил мальчик, несколько погрешив против истины: его больше интересовало, как поведет себя Луи.

– Предатель! Обманщик! – воскликнули девушки. – Мы ничего не трогали, разве что из похвальной любознательности…

– Вот именно, – кивнул Мур. – Что же вы разузнали благодаря своей «похвальной любознательности»? – Он заметил, что внутренний ящик стола тоже открыт. – Здесь ничего нет! Кто взял…

– Вот, вот они! – торопливо сказала Каролина, возвращая на место пачку тетрадей.

Луи Мур задвинул ящик и закрыл его маленьким ключиком, который висел у него на цепочке, потом аккуратно сложил остальные бумаги, задвинул все ящики и сел.

– А я-то думал, вы их отчитаете! – разочарованно произнес Генри. – Эти девицы заслуживают наказания!

– Пусть их накажет собственная совесть.

– Совесть обвиняет их в умышленно совершенном преступлении, сэр. Если бы не я, они бы поступили с вашим портфелем так же, как со столом, но я сказал им, что портфель заперт.

– Позавтракаете с нами? – обратилась Шерли к Муру. Похоже, ей не терпелось сменить тему разговора.

– С удовольствием, если позволите.

– Но вам придется ограничиться парным молоком и йоркширскими овсяными лепешками.

– Va, pour le lait frais![100] – согласился Луи. – Но вот овсяные лепешки…

Он скорчил гримасу.

– Мистер Мур их не ест, – сообщил Генри. – Он считает, что это просто отруби на дрожжевой закваске.

– Ладно, в виде исключения дадим ему сухариков, но больше он ничего не получит.

Хозяйка дома позвонила и велела служанке принести скудное угощение, что и было тотчас же выполнено. Шерли сама разлила молоко и раздала лепешки и сухари гостям, которые собрались тесным кружком у маленького камина, где ярко горел огонь. Затем она опустилась на колени на коврик перед камином и, вооружившись вилкой, принялась умело подрумянивать лепешки.

Мистеру Холлу всегда нравились любые новшества, даже самые непритязательные, и он, казалось, пребывал в превосходном настроении, вкушая жесткие овсяные лепешки так, словно это была манна небесная. Весело смеялся и без умолку говорил то с Каролиной, которую усадил рядом с собой, то с Шерли, то с Луи Муром. Мур тоже повеселел. Правда, смеялся редко, зато с невозмутимым видом выдавал остроумнейшие фразы. Серьезные слова, сдобренные неожиданными оборотами и свежими, меткими наблюдениями, легко слетали с его губ. Мистер Холл был прав: Мур действительно оказался превосходным собеседником. Каролина слушала и поражалась, и не столько его чувству юмора, сколько самообладанию и уверенности. Казалось, Мура ничто не смущало, и он не опасался, что кто-нибудь из присутствующих одернет его, оскорбит или обидит. А ведь сама мисс Килдар, холодная и горделивая, стояла перед камином на коленях, почти у самых ног мистера Мура!

Впрочем, Шерли утратила холодность и заносчивость, по крайней мере на время. Она не обращала внимания на унизительность своей позы, а если и обращала, то, похоже, находила некое удовольствие в смирении. Гордость мисс Килдар нисколько не пострадала от того, что в кругу гостей, перед которыми она взяла на себя роль прислуги, находится учитель ее кузена. Она оделила молоком и хлебом всех присутствующих и без тени смущения или неприязни предложила угощение гувернеру. Мур принял свою порцию из рук Шерли так же спокойно, как если бы они с ней были равны.

– Вы перегрелись у огня, – заметил он. – Позвольте, я вас заменю.

Луи забрал у Шерли вилку, и та подчинилась, не возразив ни слова и не поблагодарив.

– Я бы хотела взглянуть на ваши рисунки, Луи, – попросила Каролина, когда пиршество закончилось. – А вы, мистер Холл?

– Пожалуй, но только ради вас. Лично мне его художества изрядно надоели. С меня хватило того, что он вытворял в Камберленде и Уэстморленде. Сколько раз мы промокали в горах только из-за того, что Мур сидел на своем походном стуле и рисовал дождевые тучи, густеющий туман, лучи солнца, пробивающиеся сквозь мглу, и все прочее!

– Вот ваш портфель, – промолвил Генри, держа в одной руке портфель, а другой опираясь на костыль.

Луи Мур взял портфель, однако не стал открывать, словно ждал чьей-то просьбы. Казалось, он не шелохнется, пока сама гордячка Шерли не проявит интерес к его рисункам.

– Он нарочно заставляет нас ждать, чтобы возбудить наше любопытство, – заявила мисс Килдар.

– Вы знаете, как его открывать, – произнес Луи Мур и протянул ей ключик. – Однажды вы уже сломали мне замок, попробуйте еще раз!

Он держал портфель, пока Шерли его открывала. Она сразу завладела всеми рисунками и принялась их рассматривать. Мисс Килдар наслаждалась ими – если, конечно, это можно было назвать наслаждением, – в полном молчании. Мур стоял за ее стулом и заглядывал ей через плечо, а когда Шерли передала рисунки остальным, покинул свое место и начал расхаживать по комнате.

За окном послышался шум подъезжающего экипажа, зазвонил колокольчик. Шерли вздрогнула.

– Наверное, гости, – сказала она. – Надо их встретить. Хорошенький же у меня вид, прямо-таки для приема гостей! Мы с Генри утром собирали фрукты в саду, и больше всего мне бы сейчас хотелось отдохнуть под сенью виноградных лоз или в тени смоковницы! Как же я завидую жене-рабыне какого-нибудь индейского вождя: ей не нужно принимать гостей, она может спокойно сидеть, плести циновки, нанизывать бусы или неспешно расчесывать волосы своего малыша в укромном уголке вигвама! Нет, я все-таки сбегу в Америку, в западные леса!

Луи Мур рассмеялся:

– И выйдете там замуж за Белое Облако или Большого Бизона, а после свадьбы займетесь приятной работой вроде обработки маисового поля своего супруга и властелина, покуда тот курит трубку или пьет огненную воду.

Шерли хотела ему ответить, когда дверь отворилась и в комнату вошел мистер Симпсон. Увидев собравшуюся вокруг камина компанию, он изумленно застыл.

– Я думал, вы здесь одна, мисс Килдар, – сказал он. – А тут целое общество!

Было заметно, что мистер Симпсон потрясен и возмущен, и не будь среди присутствующих священнослужителя, наверняка бы разразился обличительной речью по поводу экстравагантных привычек племянницы; удержало его лишь уважение к сану мистера Холла.

– Собственно, я просто хотел сообщить, – холодно продолжил мистер Симпсон, – что в гостиной вас ожидают гости из Уолден-Холла: супруги Уинн с дочерьми и мистер Сэм Уинн.

Мистер Симпсон откланялся и вышел.

– Гости из Уолден-Холла! Вот ведь напасть! – пробормотала Шерли.

Она сидела с упрямым и недовольным видом. Ей явно не хотелось никуда идти. Лицо разрумянилось от жара камина, темные волосы еще утром растрепал ветер, да и одета она была совсем просто: легкое муслиновое платье свободного покроя и палантин, который накинула на плечи, перед тем как выйти в сад. Ленивая, своенравная и в то же время удивительно обаятельная и милая, Шерли была в тот момент необычайно красивой, словно некий душевный порыв, вызванный непонятно чем, придал ее чертам совершенно новое выражение.