Чтение онлайн

– Кто, на хрен, это был?

Схватившись за шею, я попробовала сглотнуть слюну.

– Понятия не имею. Но со мной все путем.

– Черта с два.

– Подожди, о ком он говорил?!

От страха вены затопило адреналином. Я подскочила и помчалась к Куки. Слава богу, дверь в ее квартиру была заперта. Я принялась бешено стучать, потом вернулась к себе за запасным ключом, но Куки открыла еще до того, как я успела его найти.

– Чарли! – набегу выкрикнула она. – Что случилось?

– Ты как?

– Порядок. – Куки дико заозиралась, пытаясь понять, почему я спрашиваю.

– Эмбер, - выдохнула я и через секунду ворвалась в их квартиру.

Куки мчалась следом, как и Рейес из плоти и крови, который уже успел натянуть джинсы. Распахнув дверь в комнату Эмбер, я включила свет. Эмбер крепко спала. Темные волосы рассыпались по подушке, как у сказочной принцессы.

– Чарли, - прошептала Куки, - в чем дело?

Я выключила свет и тихонько прикрыла дверь.

– Прости, Кук. Ко мне только что вломились двое мужиков.

– Какого х… - начал Рейес достаточно громко, чтобы разбудить Эмбер.

– Рейес, - зашипела я, не дав ему договорить, - не здесь.

И он опять на меня разозлился. Ох уж эти мужчины и их вечные смены настроения! Женщинам до них далеко.

Я утащила обоих к себе, и, едва закрылась дверь, Рейес сорвался с цепи:

– Какого хрена?!

Он был без футболки, плюс не застегнул пуговицу на джинсах, так что пару секунд пришлось приходить в себя, чтобы ответить:

– Ты еще спрашиваешь? Они угрожали какому-то моему другу. Сказали, если за сорок восемь часов я не найду некую барышню, кому-то из моих друзей конец.

– И что? – рявкнул он, шагнув ближе. Меня обволокло горячей, пульсирующей яростью.

– А то. Если у них кто-то из моих друзей, я не могла позволить тебе переполовинить им позвоночники.

Злобно рыкнув, Рейес отвернулся.

Явно ничего не понимая, Куки стояла, прижав к груди руку, но наконец спросила, оглядываясь:

– Так их было двое?

– Да. Блин! Бумажка! – Я рванула в спальню и нашла бумажку, которую мужик впечатал мне в грудь. Это оказалась фотография женщины с подписанным внизу именем. – Итак, у меня сорок восемь часов, чтобы найти эту женщину. Иначе умрет мой друг. – Я беспомощно пожала плечами. – Можно подумать, у меня только один друг. Ну и кого эти гады имели в виду?

– Не знаю, - отозвалась Куки, падая в кресло. – Может, стоит позвонить всем твоим знакомым? Убедиться, что с ними все в порядке. Как по-твоему, они действительно кого-то похитили?

– Ну вроде бы да. – Я задумалась. – Не знаю. Все случилось очень быстро.

Рейес был занят – ходил из угла в угол, как запертый в клетку зверь. От меня не ускользнуло, что он как будто еще точнее настроился на мои эмоции. Стоило мне встревожиться, как он тут же оказался рядом. Поразительно.

– Солнце, ну прости меня, - сказала я, подходя к Рейесу. – Я не могла рисковать. Нужно было понять, зачем они явились, перед тем как приговорить их к жизни в инвалидном кресле.

Заметив выражение его лица, я замолчала. Он все еще злился, но ожесточившиеся черты чуточку смягчились.

Я заправила непослушный локон ему за ухо.

– В чем дело?

Он ответил хриплым и каким-то странным, почти незнакомым голосом:

– Ты назвала меня солнцем.

– Это ласковое обращение, - тихонько усмехнулась я.

Рейес моргнул, словно не знал, что и думать.

– Разве тебя никогда раньше не называли солнышком? Зайчиком? Лапочкой?

– Нет.

Я задумалась, как называли его родные родители, когда он был еще совсем-совсем маленьким.

– Держу пари, ты ошибаешься. Просто не помнишь.

– Надо было дать мне порвать их на куски.

– Может быть, еще порвешь, а я, может быть, потом об этом пожалею. Хотя нет, я себя знаю – точно пожалею. Но пока со мной и так все в порядке.

Он провел пальцем вниз по моей руке – наверное, не хотел смущать Куки.

– Может, вызовем полицию? – предложила та.

– Мужик сказал, никаких копов. Если что, утром звякну дяде Бобу и все ему расскажу.

Она кивнула и поднялась с кресла, чтобы вернуться домой.

– Точно, - я проводила ее к двери, - пойди и отдохни хоть немного.

– Отдохнуть?! – Она ткнула пальцем в сторону мистера Кофе: - Вари кофе, а я пойду переоденусь. Сейчас же начнем обзванивать твоих знакомых.

Господи, обожаю эту женщину!

Мы обзвонили всех, кого я знала с самого рождения. Преувеличиваю, конечно, но ощущения были именно такими. Моя подруга Пари, она же тату-мастер, которому строго-настрого запретили приближаться к компьютерам за хакерство, двадцать минут жаловалась, что я ее разбудила. Вечность спустя она наконец сделала паузу, во время которой я успела спросить, не держит ли ее в заложниках группа мужчин в лыжных масках. И еще двадцать минут пришлось выслушивать нагоняй по поводу задавания идиотских вопросов.

– А вот если бы тебя и правда держали в заложниках мужики в лыжных масках, то вопрос не показался бы тебе таким идиотским, - огрызнулась я.

Короче говоря, это был последний раз, когда я позвонила ей в четыре утра. К шести те, кого я могла назвать друзьями, кончились. Дело не в том, что понадобилось так много времени, чтобы всех обзвонить. Просто люди почему-то не торопились отвечать на звонки в такую рань. Некоторым пришлось наяривать снова и снова, чего они явно не оценили по достоинству.

Ну и ладушки. В следующий раз пусть всякие злодеи забирают их куда угодно.

Приблизительно в половине седьмого приехал дядя Боб. Мы все ему рассказали. Он то и дело поглядывал на Куки, беспокоясь из-за случившегося, но его так и подмывало спросить, как прошло свидание. Уж я-то точно не собиралась делиться с ним подробностями.

Кивнув напоследок Диби, Рейес повернулся ко мне:

– Я в душ заскочу.

– Не надо наскакивать на Джорджа! – нахмурилась я. У Рейеса умопомрачительный душ. Я назвала его Джорджем, потому что на Дика, Тома или Гарри он совсем не похож. – Чем он провинился?

Несмотря на хреновое настроение, губы Рейеса тронула слабая улыбка. Она добралась и до глаз цвета кофе, в которых даже при искусственном освещении мерцали зеленые и золотистые искорки. Легким поцелуем он коснулся моих губ, потом процеловал дорожку по щеке к уху и прошептал, сдув теплым дыханием волосы:

– Джордж по тебе скучает.

Выпрямившись во весь рост, Рейес мне подмигнул. А от того, что он сделал дальше, у всех отвисли челюсти. Наклонившись, он поцеловал Куки в щеку и тоже прошептал ей что-то на ухо. Я остолбенела. За каких-то несколько дней он поцеловал ее уже дважды.