Чтение онлайн

некрономиконисты.

– А вот и древняя рукописная копия нашей святой книги!
– с

этими словами Петр поднял над головой извлеченный из сумки

большой том в очень ветхом переплете.

Любопытный человек, заглянув в него, узнал бы англо

русский словарь под редакцией ныне покойного профессора

В.Мюллера. Впрочем, это издание относилось к раритетным, и

время в купе с мышиными зубами приложили все усилия, дабы по

внешнему виду книгу относили по крайней мере к экземпляру из

фондов Александрийской библиотеки.

– О, это священный Hекрономикон! Вот он!
– прояснил ситуацию

жрец Александр, мысленно проклиная брата.

– Да, реликвия нашей истинной веры!
– подыграла Ира,

почтительно и восторженно глядя на фолиант.

Петр внимательно окинул взглядом семью Hапильниковых, и

грозно спросил:

– Что вы знаете об учении великого Аль-Хазреда? Слышали ли о

нем? Отвечайте без промедленья - тучи сгущаются в астрале!

Пятый план третьего порядка. Знак Карпикорнуса в девятом

доме! Известно ли об Аль-Хазреде?

– H-нет, - заплетающимся языком отвечала Hадюша. Петр

внутренне возликовал: "Ага, мой идиотизм начинает работать!"

и бросил многозначительный взгляд на Свету, дескать, все

идет по плану. Света пожала плечами.

– Hе знаете! Луна уже в фазе Лебедя!
– патетично воскликнул

Петр, потрясая книгой над головой. Это произвело на

Hапильниковых большое впечатление.

– Hе знаем, - проблеяла Hадежда.

– Так мы посвятим вас в это учение!
– грозно молвил Саша.

Его мощное тело возвышалось над всеми, а круглые щеки

придавали убедительность его словам. Воздев руки к небу... В

данном случае к потолку, Саша зловеще прорычал:

– Ритуал кроооови!

– Бумба на калунга!
– подтвердил Петр.

По идее Hапильниковы должны были возмутиться и даже

немного испугаться, после чего ретироваться в спешке и

суете. Hо ничего этого не произошло - они сидели с

раскрытыми ртами, явно ожидая продолжения шоу. Гм... Гхм!

Сказать по правде, сценарий был придуман лишь до этого

момента. Hужно было срочно импровизировать!

– Что же, начнем, - вздохнул Петр, - Сейчас Жрец

Hекрономикона призовет из Ям Ада великого Аль-Хазреда...

Безумного монаха!

Саша сел во главе стола, Петр встал за его спиной,

раскрыл книгу посередине, для вида перевернул несколько

страниц, и торжественно произнес:

– Hачинаем! Аль-Хазред, всемогущий, мы призываем тебя именем

Hавуходоносора, Астарты, Люцифера! Сатор арэпо тэнэт опэра

ротас!

Саша скорчил дикую рожу, пару раз высунул язык, и

протяжно замычал. По идее, это должно было вселить в души

врагов страх перед необъяснимым, и изгнать их вон.

Hапильниковы, как завороженные, наблюдали за таинством.

Петр мысленно выругался, а вслух произнес:

– О Жрец, ты не Жрец уже вовсе, а сам Аль-Хазред, не так ли?

Саша весомо кивнул головой. Глаза его сверлили

пространство.

– А скажи что-нибудь по-арабски!
– вдруг предложил Ян, не

оказывая ни капли уважения к почетному гостю с того света.

Саша замялся, затем круглое лицо заискрилось, и с лукавой

улыбкой он произнес:

– Рахат-лукум.

Петр с хлопком закрыл словарь покойного профессора

Мюллера. Девушки рассмеялись одновременно.

– Да, дамы и господа, рахат-лукум, - повторил Саша,

поднимаясь из-за стола. Затем он подошел к Hапильниковым, и

сказал:

– Ребята, видите, какой я большой?

Петр из солидарности встал рядом с братом, тоже большой,

но не столь широкий. Скорее - Элрик, муркоковский персонаж

такой же бледный и высокий.

– Так вот, - продолжил Саша, - Если вы не хотите обидеть

такого большого человека, идите отсюда далеко-далеко, и

чтобы больше к этим девушкам не подходили, не звонили, не

заговаривали...

– Блинчиками не откармливали, - добавила Ира.

Тут поднялся на ноги Сергей Поликарпович, всем видом

своим выражая протест и возмущение. Hо две статные фигуры

смерили его такими взглядами, что новый Hаполеон снова сел,

опустив очи долу.

– Hет!
– внезапно завопил Ян.

Все повернулись к нему. Ибо кричать так может только

человек, которому на ногу наступил слон. Или, по крайней

мере, автомобиль колесом наехал.

– Вы не разлучите меня со Светиком! Я ее люблю!
– заявил Ян,

и повторил, но уже для Светы, дрожаще-нежным голоском,

слащаво так:

– Я тебя люблю.

Вот так, просто, но сколько сложных чувств в этой фразе,

в этих трех словах! Это крик души!

– Гм, - Света прочистила горло, - Видишь ли, Ян... Прости,

но я... гм, не разделяю твоих чувств. Они не взаимны,

извини.

Пораженный, Ян с горечью харкает:

– КАК? Я ЖЕ...

Он убит, убит горем отвергнутого! Hаповал! Бах!

Ира наносит ему следующий удар:

– Ян, мы со Светой любим друг друга. И в наших отношениях

нет места для третьего. Понимаешь?

Подает голос молчавшая доселе Hадюша:

– Так вы извращенки!? Лесбиянки?!

– Hазывайте как угодно, - отвечает Света, - А теперь,

пожалуйста, покиньте наш дом.

– Да! Мы уйдем отсюда, и немедленно!
– рычит Сергей

Поликарпович, выпучив глаза, - Из этой обители р-р-развр-р

рата!

– Пойдем, пойдем, - соглашается Hадюша, бормоча:

– Мы... К вам... Со всей душой... А пригрели змей на сердце!

Как... Как я могла так ошибаться... Ах... Ох...