Чтение онлайн

Латентный период удлинен в среднем до 4 сек. При исследовании по другой модификации образного мышления почти не обнаруживает, на большинство слов-раздражителей реагирует рассуждениями эгоцентрического характера; всплывают воспоминания, относящиеся к прошлому.

Условная реакция выработалась с пятого сочетания. Величина двигательной реакции колеблется от 8 до 32 делений рефлексометра. Возникают интрасигнальные реакции. Образован стереотип. Условное торможение выработано на 7-м сочетании. Элективная иррадиация во вторую сигнальную систему не произошла. Словесный отчет не вполне соответствует исследованию. Большее отражение во второй сигнальной системе находят слабые раздражители, а не сильные, что говорит за парадоксальную фазу: «Что видели?» — «Доску, грушу, окошечко». «Еще что видели?» — «Тени». «А свет видели?» — «Видела, красный и зеленый». «Что делали?» — «Нажимала грушу». «Когда нажимали?» — «На красный и зеленый». «А когда же не нажимали» — «Да, на зеленый не надо было нажимать». «Что слышали?» — «Звон такой громкий, тогда вы говорили не нажимать, и я не нажимала». «Что еще слышали?» — «Ничего больше не слышала».

Приведем еще одно наблюдение.

Б-ная В., 48 лет. Уборщица. Больна свыше 25 лет. В 1926 г. перенесла психотический приступ, протекавший с идеями преследования и воздействия систематизированного характера; бредовые идеи сохранились и в дальнейшем, но до последнего времени больше не стационировалась. В больнице имени Кащенко, куда поступила в январе 1953 г., высказывает пышные бредовые идеи воздействия, преследования и величия систематизированного характера, в которые вовлекаются и космические явления, ощущает воздействие лучей. Речь вне бреда правильная, но при высказывании бредовых идей появляется разорванность. В словесном эксперименте на 50 слов-раздражителей дала 33 неполноценных реакций (низшие — большей частью подражательные, и многословные, последние преобладали). Латентный период в среднем — 4 сек.

Приведем некоторые данные из протокола исследования.

Условная реакция образовалась с третьего сочетания. Сразу выработались дифференцировка и стереотип. Удалась переделка стереотипа, но она носила нестойкий характер. При следующем исследовании наступил срыв: условные реакции исчезли, больная перестала нажимать грушу при условном раздражителе без подкрепления. Элективная иррадиация во вторую сигнальную систему из первой не произошла. Словесный отчет неполный. В нем нашла, кроме того, отражение патодинамическая структура (больная была задержана на улице при неправильном переходе ее, после чего была направлена в больницу).

Приведем еще некоторые данные из протокола словесного отчета: «Что видели»? — «Цвета, зеленый, желтый, фиолетовый»; «Что делали»? — «Нажимала это, не знаю, как называется…»; «Когда нажимали?» — «Очевидно, вы хотели, как на улице, указать, при каком свете остановиться, при каком перейти улицу, только там нет фиолетового цвета».

В последующих экспериментах слова-раздражители, заменяющие цветные лампочки, оживили патодинамическую структуру, лежащую в основе бредовой системы больной, с отрицательной индукцией, что выразилось в растормаживании условных реакций и появлении многословных бредовых продукций.

Таким образом, суммируя данные экспериментального исследования высшей нервной деятельности больных параноидной формой шизофрении посредством двигательной методики с речевым подкреплением и словесного эксперимента, можно сказать, что нарушения второй сигнальной системы (речь и мышление) в ее взаимодействии с первой сигнальной системой были обнаружены почти у всех больных шизофренией с бредовыми синдромами.

В остром психотическом состоянии замыкательная функция коры больших полушарий нарушена — условная реакция не вырабатывается, а если и вырабатывается, то отличается нестойкостью.

В подостром состоянии замыкание временных связей в первой сигнальной системе у одних больных происходит быстро (с 3–5 сочетаний), у других не происходит. При этом обнаруживается известная зависимость от давности заболевания, но не абсолютная, так как у некоторых больных с большой давностью заболевания временная связь образовалась довольно быстро.

В качестве характерной особенности, отмечавшейся у больных, следует отметить нарушение правильной совместной деятельности сигнальных систем, выразившееся в эксперименте у различных больных в следующих явлениях: 1) отсутствие передачи во вторую сигнальную систему, 2) неполнота или искажение словесного отчета, 3) у части больных иррадиация во вторую сигнальную систему с первой, выражающаяся в избыточных ненужных речевых продукциях во время эксперимента и 4) торможение временных связей в первой сигнальной системе со стороны второй сигнальной системы вследствие появления инертного возбуждения во второй с отрывом ее от первой. В этих случаях больные много резонерствуют по поводу эксперимента или упорно придерживаются словесного приказа экспериментатора («нажимала по команде», «нажимала, когда Вы мне говорили, а когда не говорили, не нажимала»).

У многих больных исследование, направленное на образование тормозных реакций, положительно индуцирует (оживляет) патодинамическую бредовую структуру, что выражается в появлении у больных бредовых высказываний. Эта патодинамическая структура в свою очередь оказывает тормозящее действие на замыкательную деятельность коры.

Нарушение взаимодействия первой и второй сигнальных систем и преобладание возбуждения во второй сигнальной системе выражаются клинически в таких симптомах, как резонерство, многословие, отрыв мышления от реальной действительности, что приводит к неправильным действиям.

При исследовании биотоков мозга у больных параноидной формой шизофрении в электро-физиологической лаборатории Института психиатрии М3 СССР, руководимой проф. С. А. Чугуновым, по консультации с ним, обнаружены следующие характерные особенности: дизритмия, разнобой волн: то медленные, то быстрые. Одна волна не похожа на соседнюю. В различных отведениях полушарий патология различная. В одном полушарии активность повышена, в другом понижена; в одном полушарии сонное торможение, в другом его нет (межполушарная асимметрия).