Чтение онлайн

— Не могу. Вспоминать это больно и стыдно…

В коридоре больницы Мансур стоял перед дежурной сестрой.

— Я тебя к ней не пущу, у нее сильное сотрясение. Состояние тяжелое, — объяснила дежурная.

Зазвучал сигнал вызова. Сестра поднялась:

— Оставь пакет здесь, ей передадут.

Мансур решил воспользоваться уходом сестры, чтобы проникнуть к тетушке Айше. Но его перехватила нянюшка:

— Здесь отделение женская (она так и сказала — «женская»). Разбежался. А если там процедуры?

— Бабушка, тут Айша Искандерова. Разрешите, я только гляну.

— Что глядеть? Все равно она тебя не признает. Сознания в пей нет. Все какие-то жемчуга поминает.

— Знаю, знаю, с этим ожерельем она никогда не расстается. Вы дайте ей эту нитку жемчуга, она привыкла перебирать ее, как четки.

— А где взять? Может, мне сбегать за угол и купить жемчуга на свою зарплату?

— Оно у нее в кармане должно быть, посмотрите хорошенько.

— У бабули твоей всего-то добра: ключ на веревочке да денег трешка с медяками. Все в квитанцию вписали.

В конце коридора появился врач со свитой. Нянюшка засуетилась:

— Беги, милый. Главный обход делает. Мне за тебя попадет.

В кабинете начальника следственного отдела капитан Исрафилов докладывал результаты осмотра места происшествия:

— Кража в Шувелянах была совершена средь бела дня, когда профессор с женой отбыли в город. Дача оборудована сигнализацией, но она не сработала. Я проверил, система в порядке.

— Как вы это объясните? Не орудовали же там ангелы бестелесные?

— Как объяснить? Научно-технической революцией. Ее плодами пользуются не только во благо.

— А именно?

— Одна зацепка есть. Посмотрите, это пятикратное увеличение. — Он протянул фотоснимок. — Ввод сигнальной коммутации на даче. Отчетливо просматривается прокол на рубашке провода. Здесь преступник подключался.

— Нейтрализовал сигнальную систему?

— Наш технический отдел подтвердил это стопроцентно.

— Операция дерзкая. Среди квартирных жуликов искать его бесполезно…

— Эксперты предполагают, что преступник для нейтрализации сигнальной системы должен был использовать сложный электронный прибор с импортным светодиодом.

— У радиолюбителей можно добыть такой диод?

— В бытовых радиосхемах не примени ют, — ответил капитан. — Эксперты называют одно место в Баку, где могут пользоваться такими светодиодами, — контрольная лаборатория завода кондиционеров. Займусь этим объектом. Кроме оперативных мер, посажу людей листать архив, проверим учет. Хорошо бы получить ориентировку из центра о подобных приборах со светодиодами. Может, не мы первооткрыватели?

— Полагаете, что сработал гастролер? — спросил начальник.

— Престижнее, если вор чужой. Для дела значения не имеет, миниатюры все равно нам искать.

— Как известно, у нас все дела престижные, других не бывает. Действуйте!

— Вот тут эта ведьма дала мне грушу, потом все украшения отняла, — рассказывала Наргис на том самом месте, где все это произошло, и при этом играла резиновым мячиком: ловила с поворотов, кидала из-под ноги.

— Не обзывай ее ведьмой. Дальше что было? — спросил Энвер.

— Я шла за ней, плакала, плакала…

— За старухой следом больше никто не шел? Ты не заметила?

— Нет.

— Вспомни, может, кто видел, как тетушка Айша отнимала у тебя украшения?

Наргис задумалась.

— Дяденька один был на крепостной стене. Остановился вот тут.

— А потом?

— Пошел себе дальше, в ту сторону…

…На том месте, где санитары подобрали тетушку Айшу, валялись раздавленные помидоры, фрукты. Видимо, они рассыпались в момент падения старухи.

Энвер осматривал каждый булыжник па мостовой. Наргис продолжала играть мячом, заботы брата ее мало занимали.

На крепостной стене появился Мансур.

— Насилу нашел, — крикнул он и стал спускаться вниз.

Энвер внимательно проследил весь его путь и, когда тот спустился на мостовую, сказал:

— А теперь давай обратно. Давай, давай, взберись наверх. Так надо.

Без особого труда, уцепившись за торчащий из стены кусок старой железной балки, Мансур проделал обратный путь.

— Теперь можно мне вниз?

— Спускайся. Старуху видел? Что она говорит?

— Не пустили к ней, и драгоценностей при ней нет. В кармане нашли ключ и трешку, больше ничего. Тетушка Айша бредит, — продолжал Мансур, — все про жемчуг бормочет и проклинает какого-то Исмаил-бея. Сказали, состояние тяжелое.

— Кем мне быть, вот тут бабку и ограбили, точно!

— Все из-за нес, врезать бы ей как следует, — сказал зло Мансур, показывая в сторону Наргис, которая искала закатившийся куда-то мячик.

— С нес что возьмешь. Но и нам коротенькие штанишки еще надо носить, — сказать Энвер.

— Почему?

— Потому. Акваланги, часы «Нептун»! Сразу надо было шкатулку тащить в милицию. Развели детский сад.

— Кто знал, что так получится? Может, сейчас заявить в милицию?

— Уже заявляли.

— Что же теперь делать? Пусть драгоценности пропадают?

— Сами проворонили, сами должны найти.

— Чур мое, чур мое! — заверещала Наргис. Она сидела возле контрфорса, подпирающего стену, и что-то рассматривала. Между обломками кирпичей лежал амулет, на котором был изображен зодиакальный лев. Шейная цепочка была оборвана.

— Дай, — сказал Энвер и отнял амулет у Наргис.

— Отдай льва! Я нашла, значит, мой.

— Дуй домой. Я потом отдам.

Когда Наргис скрылась, Энвер аккуратно положил амулет на то место, где он лежал, — среди кирпичей.

— Увидишь, он придет за ним, — сказал Энвер.

— Но где я видел этого льва? — спросил Мансур.

— И мне кажется, что я с этим зверем уже встречался.

Телебашня. Двор телецентра. У входа в редакционный корпус стоит «Волга» с надписью: «Милиция».