Чтение онлайн

– Но согласись, что видео убойное!
– с нескрываемой завистью сказал Савва. Они с Маневичем уже давно, словно два гладиатора, бились за звание самого талантливого журналиста-расследователя. С переменным успехом.

– И текст тоже, - охотно поддержала его Лизавета.
– Только нужен очень хитроумный план для того, чтобы достоинства этого сюжета могли оценить не только мы с вами.

– Во-первых, нужен выходной день...
– начал перечислять Савва. Все в редакции "Петербургских новостей" знали, что в голодные выходные дни, когда события приходится высасывать из пальца, вставить в верстку нужный репортаж значительно проще.

– Во-вторых, я в эфире, - снова поддержала Савву Лизавета.

– А кто выпускающий редактор? Кто верстку сделает? Верейская?

– Лана может раскричаться, и тогда пиши пропало, - задумчиво произнес Саша.

– Другие и кричать не будут, сразу побегут консультироваться.

У Лизаветы опыт работы в "Новостях" был больше, чем у Маневича и Савельева, и она знала выпускающих несколько лучше.

– Можно время потянуть. Рассказать в общих чертах, о чем сыр-бор, а готовый сюжет поднести прямо во время эфира.

– Тут и общих черт хватит для грандиозного скандала.

– А что ты все критикуешь?
– не выдержал Савва, предложивший потянуть время.
– Лучше сама что-нибудь дельное придумай!

В результате сошлись на том, что пойдут в ход все известные им уловки: и выходной, и время потянуть, и поспорить, и показать редактору смягченный вариант текста, с не полностью расшифрованным синхроном, и все прочее.

Все равно сюжет проталкивался со скрипом и чуть не застрял из-за полученного Ланой строжайшего указания все предвыборные сюжеты показывать на самом верху.

Лана Верейская - в выбранный заговорщиками день выпускающим была именно она - сначала попыталась апеллировать к разуму приставших к ней журналистов.

– Зачем оно вам надо, а?
– устало спросила Верейская, когда стало ясно, что молодежь, притащившая сомнительный репортаж, просто так не отстанет.
– Это ж сведение счетов там, наверху... Зачем вам лезть в эту сомнительную историю?

– В каком смысле - сомнительную, Светлана Владимировна? У Саши на видео все документы, как говорится: адреса, пароли, явки. Или вы считаете, что это подделки?
– Лизавета выключила кофеварку.

Спорили они в комнате выпускающего, когда-то, лет пять назад, оборудованной по последнему на ту пору слову западноевропейской науки об организации труда. Тогда выпускающим торжественно выдали кофеварки и чашки, приобретенные за казенный счет. С тех пор кофеварки фирмы "Мулинекс" ни единого дня не использовались по прямому назначению - кофе, сваренный с их помощью, российские журналисты считали недопустимо хилым пойлом. Поэтому "мулинексы" использовали как обычные кипятильники, а кофе пили растворимый. По возможности, хороший. Вот и в этот раз Савва со словами "если дарить, то самое лучшее" принес банку "Голд". Лизавета насыпала кофе в чашки. Они пили кофе вместе так часто, что спрашивать, кому какой, нужды не было. Лане послабее и с сахаром, Маневичу подавай очень крепкий - три ложки и одну сахара, а Савва любит средний и сладкий, хотя и говорит, что предпочитает крепкий и без сахара.

– Ваш кофе.
– Лизавета протянула чашку Лане.

– Спасибо.
– Верейская зазвенела ложечкой.
– Так вот, я знаю, что это не подделка, я верю, что все эти квартиры, миллионы, фиктивные заказы, взятки и прочее - чистая правда. Но, может, это - простая человеческая ошибка. Ошибся человек, и все. Бывает? А вы теперь на костях пляшете. Лана с торжествующей улыбкой оглядела присутствующих и дотронулась губами до кофейной чашки.

– Политик - как сапер: не имеет права на ошибку, - мрачно улыбнулась Лизавета.
– Политическая смерть ничуть не привлекательнее настоящей.

– А если одна ошибка, и все?
– упорствовала Лана.

– Да тут же не одна! Посмотрите... Он ведь настаивает на своих правах...
– возмущенно выкрикнул Маневич и собрался зачитать вслух особо эффектный фрагмент. Савва не дал ему закончить:

– И вообще неизвестно, когда он ошибся. Может, когда в ЗАГС пошел...

Лана, да и Лизавета оценили его загадочную улыбку.

– Хорошо, политики ничуть не лучше саперов. А вы не задавались таким вопросом - почему именно сейчас Саше выдали эту информацию?

– Потому что выборы, - невозмутимо ответила придумавшая саперов Лизавета.

– То есть вы согласны, что этот ваш следователь вышел на Сашу не случайно?

– Конечно, не случайно. Они без разрешения никого к делу не подпустят.
– Саша не первый год работал со следователями МВД и прокуратуры и знал их обычаи.

– Вот! Значит, вами манипулируют, вас используют!
– Теперь ложечка, которой Лана размешивала сахар, звенела громко и торжественно, как литавры.

– Можно сказать и так, - опять согласился Маневич.

– Ну и что?
– спросил Савва.

Молодежный цинизм несколько сбил с толку опытного редактора.

– Вам что - все равно? Боже! Дожили!

– При чем тут "дожили"?
– Лизавета раздала всем чашки и включилась в общий разговор.
– Просто у каждого в этом деле свой интерес. Спору нет, Саше материал сдали, чтобы навредить на выборах главному претенденту - ведь когда-то он и бывший мэр работали вместе. Но...
– Лизавета заметила, что Светлана Владимировна собирается что-то сказать, и слегка повысила голос: Но наша задача, как пишут в учебниках, - информировать, просвещать, разоблачать. На мой взгляд, граждане имеют право знать, в какие дела замешан тот или иной политик. Или будущий президент.

– Но не накануне же выборов, это ведь лить воду на мельницу...

– Нет, Светлана Владимировна, - взорвался Саша, - узнать об этом они должны как раз накануне выборов. Чтобы сделать соответствующие выводы...

– Тогда, выходит, мы поддерживаем грязную игру конкурентов!

– Игра была бы грязной, если бы эта информация была лживой!
– пошел в бой Савва.

– И мы готовы рассказать нечто подобное о конкурентах, если они в этом замешаны!
– теперь ударил Саша.

– Вы мне тут Уотергейт не устраивайте!
– Лана решительно поставила пустую чашку на заваленный бумагами стол.

– А почему Уотергейт - это ругательство?
– Лизавета, стоявшая в стороне, возле кофеварки, подошла к редакторскому столу.
– Каждый американский журналист мечтает раскрутить что-нибудь вроде Уотергейта. Не зря у них то Ирангейт грохнет, то Уайтуотергейт - насчет спекуляций супругов Клинтонов земельными участками. Я уж не говорю про Моникагейт!

– Почему именно в моей программе должно что-то грохнуть?

Лизавета покопалась в бумагах и вытянула короткий список с сюжетами.