Чтение онлайн

Калерия Матвеевна смерила его холодным взглядом:

– Что вы так распереживались на этот счет?

– Нет, нет, ничего.
– Савва поежился под взглядом старой дамы, поправил галстук, одернул рукава рубашки.

– Вот об этом и была статья - о знаковых жестах. Да и потом он меня приглашал - позаниматься с кем-либо. Сейчас в нашей академии платят гроши, и я занимаюсь частной практикой. У меня регулярно группы девочек - будущие дикторы телевидения, танцовщицы...
– Калерия Матвеевна предпочла не заметить непочтительную ухмылку Саввы, услышавшего про девушек-дикторов. С предпринимателем занималась...

– Вот об этих занятиях мы и хотели спросить.
– Лизавета поспешила вмешаться, заметив, что Савва готовит едкое замечание не то насчет девочек, не то насчет предпринимателя.
– Игорь Кокошкин говорил, что вас как-то пригласил поработать его знакомый - Олег Целуев.

– Да, я знаю и этого молодого человека.
– Калерия Матвеевна воздержалась от всяческих характеристик, что было красноречивее любых слов.

– И там было какое-то необычное задание...
– осторожно подсказала преподавательнице Лизавета.

Та помолчала. Потом манерно сжала губы, бросила на Лизавету строгий взгляд:

– Вам об этом Игорек рассказал?

– Да!

Калерия Матвеевна снова замолкла. И лишь после значительной паузы решилась ответить:

– Ладно, вам ведь Игорек сам дал адрес... Вообще-то он просил никому ни о чем не говорить. Но раз сам... Этот его знакомый мне не очень нравится, скользкий он, как змей водяной, и липкий, как мухоловка, но работа...
– Она беспомощно пожала плечами - мол, не я создала сей несовершенный мир, в котором пожилые, хорошо воспитанные дамы вынуждены общаться с липкими, скользкими типами.
– И в этот раз поручение было совсем непонятным, он привел меня к каким-то людям, а уж те, в свою очередь, показали видеозаписи и поинтересовались, могу ли я научить кого-нибудь двигаться так же, как те, кого они сняли на пленку.

– А вы?
– поторопил старушку Савва, ему казалась невыносимо медленной ее манера говорить чисто, ясно, с паузами..

– В принципе, это возможно, все зависит от способностей учеников и от того, какой степени сходства необходимо добиться. Так я и ответила.

– И что?

– Они показали мне учеников, вполне пластичные оказались ребята. Нет, не ребята, конечно, уже взрослые мужчины, как и те, кому они хотели подражать. Я с ними позанималась.

– А вы не знаете, на кого именно они хотели быть похожими?

– Вынуждена вас огорчить, я их не знаю.
– Калерия Матвеевна ласково посмотрела на Лизавету.
– Кое-какие лица, правда, показались мне знакомыми, но, знаете, как это бывает, эффект "дежа вю".

– А откуда знакомыми, вы не можете вспомнить?

– Зачем вы меня расспрашиваете?
– элегантно всплеснула руками преподавательница сценодвижения.
– Ведь Игорек их, кажется, знает!

– Да что вы говорите! Каким же образом?
– Савва язвительно посмотрел на Лизавету, а потом на хозяйку дома.

Калерии Матвеевне этот взгляд явно не понравился, и она немедля поставила зарвавшегося гостя на место при помощи вполне аристократического, забытого в наши дни приема:

– Не понимаю вашей иронии, молодой человек! Вас, кажется, Савва зовут?
– Лизавета представила своего спутника, как только они вошли в комнату, и ни капельки не сомневалась, что старая дама прекрасно помнит его имя и фамилию.

– Калерия Матвеевна, а как Игорь Кокошкин может их знать, если он не видел, кого вам показывали? Или вы приносили ему видеозаписи?

– Что вы! Они там и прикасаться к ним не разрешали!
– Теперь гнев и раздражение Калерии Матвеевны был направлен в более плодотворное для журналистов русло - на неведомых заказчиков.
– Секретность, как в СМЕРШе! Мне, честно говоря, эта работа показалась очень подозрительной. Я рассказала Игорьку про нее, а заодно описала этих людей. Внешность-то у двоих весьма приметная. Один - высокий, крепкий такой, правда, с небольшим брюшком. Лицо с тяжелым подбородком. Нос длинный, прямой. Короткая стрижка. Прическа волосок к волоску, он еще так приглаживает ее.
– Старая дама очень живо показала, как именно крепкий товарищ приглаживает волосы, и игриво улыбнулась. Сразу стало понятно, что она может блистательно скопировать любой жест.

– А второй?

– Второй тоже крепкий, высокий, они даже чем-то похожи с первым, только этот более подтянутый. Седой. С такой белой...
– Калерия Матвеевна опять помогла себе движением руки, "нарисовав" пышную шапку волос, - с белой, чуть ли не в голубизну шевелюрой. Игорек даже назвал имя, но я не запомнила...

Савва удовлетворенно кивнул. Кокошкин не понравился ему с первого взгляда, и теперь он получил прямые доказательства его лживости. Савва тут же засыпал Калерию Матвеевну вопросами:

– Вы смогли бы их узнать, если бы еще раз увидели? Сколько их было? Где вы с ними занимались? Почему лица показались знакомыми?

Град вопросов ничуть не смутил преподавательницу. Она с достоинством отвечала, что, несомненно, узнает этих людей, если увидит где-нибудь на улице, что группа у нее была из пяти человек, но почти все занятия шли индивидуально, что для занятий была арендована квартира, здесь неподалеку, и приходили они по очереди.

– А как были одеты?
– Лизавета с трудом вставила свой вопрос.

– Я попросила костюмы. Ведь те, на кого они хотели походить, носят костюмы. И держатся очень представительно.

– Как кто? Как дипломаты?

– Нет, - рассмеялась Калерия Матвеевна.
– Скорее, как военные... Да вы Игорька спросите, он-то знает...

Лизавета не знала, как объяснить старой даме неестественное поведение Кокошкина, отославшего их к старой преподавательнице, вместо того чтобы просто назвать имена тех, чьих двойников она воспитывала. Когда трудно что-либо объяснить, лучше всего говорить правду, голую правду.

– Он в больнице сейчас, на него же напали!

– Как!
– Калерия Матвеевна даже побледнела.
– А что случилось? Почему он мне не позвонил?

– Я и сама случайно узнала, - утешила ее Лизавета.
– Он, наверное, не хочет никого видеть...

– Да, после той истории с Мариночкой... Игорек стал очень нелюдимым. Я не понимаю таких женщин, которые готовы убежать от мужа, едва их поманят пальцем!

– Да, кошмар.
– Лизавета сделал вид, что она совершенно в курсе.