Чтение онлайн

– Знаешь, я просто не понимаю этих людей. Их, наверное, никто не понимает.

– Это потому, что они сами не понимают себя, - ответил Холлис.
– Но если наступит день, когда они разберутся в себе и наконец осознают, кто они на самом деле, тогда первая русская революция станет всего лишь прологом ко второй революции.

– Но когда?

– Когда они будут готовы. Когда они больше не смогут отвернуться от окружающей их реальности.

– Я надеюсь дожить до этого.
– Лиза мрачно улыбнулась.
– Надеюсь также дожить и увидеть завтра.
– Она встала.
– Пошли в постель.

– Иди сначала ты. Мне надо немного побыть одному.

– Хорошо.
– Она поцеловала его и ушла в спальню.

Холлис погасил свет и остался сидеть в темноте наедине со своими мыслями. Он думал о том, что Айлеви, наверное, просто предал их, бросил на произвол судьбы. У Сэза были для этого причины - и личные, и профессиональные. Как бы то ни было, Сэм был уверен в одном: близок последний день "школы обаяния".

Глава 39

– Я приручил эту штуковину!
– воскликнул О'Ши.

– Рад слышать это, - улыбнулся Сэз.
– Возьмите немного южнее Москвы-реки. Нам нужно найти автостраду.

– Билл и Берт, следите за другими летающими машинами, - сказал О'Ши. Они могут не заметить нас, без опознавательных огней.

– Теперь все о'кей. Вот она - автострада Минск - Москва. Видите? показал Айлеви.

О'Ши наклонился вперед.

– Отлично, - кивнул он и направил вертолет на запад, придерживаясь шоссе.

– Эй, смотрите прямо!
– крикнул Миллз.

На них двигались мерцающие навигационные огни. Они были совсем рядом. Скорость сближения двух машин оказалась очень большой и грозила неминуемым столкновением. О'Ши резко подал Ми-28 вправо, и совсем близко, слева от них пронесся вертолет - гигантский грузовой Ми-8.

– Боже!
– простонал О'Ши. Он перевел дыхание и повернулся к Айлеви. Если они засекли нас без опознавательных огней, то обязательно сообщат об этом. Мы бы не вызвали подозрение, если бы шли с включенными огнями.
– Он глубоко вздохнул.
– Если нас разыскивают, Сэз, то засекут радиолокатором.

– Надеюсь, что они ищут наш вертолет где-нибудь в лесу под Шереметьевом, - сказал Айлеви.
– Огни не включать.

Индикатор скорости показывал 120 километров в час.

– Скоро мы должны увидеть Можайск.

Через несколько минут они увидели цепочку огней, которая, казалось, пересекала Москву-реку.

Это мог быть можайский мост.

– Спускайтесь до пятисот метров и следуйте вдоль реки, капитан.

Вертолет спустился к реке и пролетел над мостом.

– Сбавьте скорость.

О'Ши снизил скорость до девяноста километров в час.

– Скоро будем садиться, джентльмены.

Все молчали. Айлеви взглянул на Бреннана и Миллза. Они никогда не говорили ему о том, почему добровольно соглашаются участвовать в подобного рода рискованных предприятиях. Он лишь кратко объяснял им обстановку и спрашивал, хотят ли они отправиться с ним. Оба всегда отвечали "да". А там будь что будет. Они были профессионалами, и каждый из них неоднократно искушал судьбу. И, конечно же, они чертовски боялись, но опасность их чертовски возбуждала. Он и сам почувствовал прилив сил в предвкушении предстоящей операции.

Сэз внимательно разглядывал южный берег Москвы-реки.

– Где-то там тот самый сосновый бор, - сказал он О'Ши: - Пониже и помедленнее, Эд. Так, а теперь - к лесу.

О'Ши повернул от реки и снизил скорость, опустившись до двухсот метров.

За лесом открылось огромное темное пространство. Бородинское поле...

– Мы немного промахнулись. Поворачивайте, капитан, - сказал Сэз.

О'Ши сначала завис над полем, затем развернул вертолет на 180° и полетел обратно, к лесу.

Миллз заметил это первым.

– Вон, смотрите.

Они увидели светлую полосу земли и сторожевую вышку. По периметру лагерь не освещался прожекторами. Сейчас, в эпоху электронных датчиков, улавливающих каждое постороннее движение, звуковых детекторов, радаров и приборов ночного видения, в этом не было необходимости.

– Нужно определить направление ветра, - сказал Айлеви Бреннану.

– О'кей.

Он достал из сумки дымовой индикатор, немного отодвинул створку иллюминатора, проколол индикатор булавкой и выкинул его за борт вертолета. О'Ши снова заставил вертолет зависнуть на высоте двухсот метров и наблюдал за белым дымом, поднимающимся над деревьями.

– Ветер дует с севера со скоростью около пяти узлов. Это примерно восемь километров в час. Охранники на вышках могут уже слышать нас. Поэтому, если мы идем к ним, пора зажечь огни, Сэз.

– Хорошо, - ответил Айлеви и включил навигационные огни.
– Вы знаете, что вам делать, Эд.

– Разумеется, - кивнул О'Ши.

Вертолет перестал парить на одном месте и двинулся вперед. Капитан поддерживал постоянное количество оборотов двигателя в минуту, лопасти направил под большим углом к земле, чтобы удержаться в воздухе при столь низкой скорости и не застопорить мотор. Вертолет накренился вправо и приближался к северной границе лагеря. Теперь они видели сторожевые вышки, стоявшие через каждые двести метров.

– Приготовьте канистры, - попросил Айлеви Бреннана.

– Все в порядке. Я могу сделать это сам.

– Передайте их мне.

Бреннан достал из большой сумки четыре канистры без маркировок и завел на каждой часовой механизм. Сэз отодвинул вентиляционную отдушину и сбросил вниз первую канистру так, чтобы она упала примерно в полукилометре от лагеря. Через несколько секунд он сбросил вторую, за ней последовала третья, и наконец - четвертая, которая упала рядом с северо-восточной угловой сторожевой вышкой.

– О'кей, капитан. А теперь в лагерь, - сказал Айлеви.

Вертолет сделал круг и пролетел над сторожевыми вышками и колючей проволокой на высоте ста пятидесяти метров.

– Взлетно-посадочная площадка для вертолетов находится в западной части лагеря.
– Сэз включил прожектор в нижней части фюзеляжа, и яркий луч осветил верхушки деревьев.

Сейчас русские наверняка пытаются связаться с ними по рации, но Сэз не знал их частоты. Оставалось надеяться, что сначала они попытаются выяснить, что это за вертолет, а уж потом начнут стрелять.

Внезапно перед ними в небо взметнулся яркий луч света и медленно прошелся по фюзеляжу.

– Это, наверное, прожектор взлетно-посадочной полосы, - сказал капитан О'Ши.

– Отлично.
– Айлеви просигналил огнями международный код, означающий "неполадки с рацией, разрешите посадку".

– Садимся, Эд.

Свет прожектора ушел от них в сторону, и его яркий луч стал прочесывать взад-вперед заросшую травой полянку, указывая место приземления.

– На поле никого нет, - сказал Бреннан.
– Я вижу бревенчатый дом на краю поля. Прожектором водит какой-то парень на площадке. У него автомат. Больше ничего не могу разглядеть.