Чтение онлайн

О'Ши снизил скорость и пролетел над бревенчатым строением на высоте пятьдесят метров, направляясь к центру большой поляны. У Айлеви страшно билось сердце и пересохло во рту.

– Джентльмены, предупреждаю, что вас не ожидают ни деньги, ни медали, ни слава, ни официальное признание, ни перспективы попасть в Белый дом. Всех нас ждут лишь неприятности там, внизу, а возможно, и безымянная могила где-нибудь в чаще русского леса. Так что огромное вам спасибо за то, что вы снова добровольно вызвались отправиться со мной.

Никто не ответил Сэзу.

Вертолет на какое-то мгновение завис в воздухе, а потом плавно приземлился на заросшую травой взлетно-посадочную площадку "школы обаяния".

– Неплохо приземлился, Эд, - сам себе сказал капитан.

Глава 40

Вертолет сел прямо на середину площадки. Бреннан с Миллзом спрыгнули вниз.

Сэз взглянул на часы. Ровно 2.05 ночи. Он повернулся к О'Ши:

– Капитан, взлетаете не позже 3.45, с пассажирами или без них. Это касается любого из нас или всех вместе. Вам ясно?

– Ясно.

– А сейчас выключайте двигатели.

Луч света пропрыгал над вертолетом, выхватил из темноты кокпит, иллюминаторы и осветил регистрационный номер Р-413 на хвосте машины.

– Ну, желаю удачи!
– сказал Бреннан.

Айлеви спрыгнул на землю, надел офицерскую фуражку, и уверенно направился к бревенчатому строению.

Человек, стоящий за прожектором, выключил его и направился навстречу Сэзу. Это был молодой пограничник, державший наизготове АК-47.

– Стой! Ваши документы!
– резко крикнул он.

Айлеви остановился.

– Я майор Воронин, - по-русски сказал он.
– Мне надо увидеться с вашим полковником. Вы что, оглохли, молодой человек? Я прилетел сюда, чтобы увидеться с вашим полковником!

– Так точно!

– Он выслал за мной машину?

– Никак нет! У меня нет никаких указаний по поводу вашего прибытия, майор.

– И очень плохо для вас, - проговорил Айлеви.
– Ваша фамилия, рядовой?

– Фролов.

– Что ж, Фролов, позвоните и достаньте мне машину.

– Есть!
– Фролов повернулся кругом и пошел к радиорубке.

Айлеви последовал за ним. Радиорубка находилась в бревенчатом доме, крытом листовым железом.

Фролов открыл дверь и посторонился, пропуская Айлеви вперед. Комната освещалась только одинокой лампочкой без абажура. Внутри Сэз увидел еще двоих - на одного больше, чем он рассчитывал.

Один пограничник спал на раскладушке у стены. На его мерно вздымающейся груди покоился томик "Детей Арбата" Рыбакова. Второй, сержант, склонился над шахматами.

– Внимание! Смирно!
– крикнул Фролов.

Сержант мигом вскочил из-за стола, скатился с раскладушки спящий, и оба тут же встали по стойке "смирно".

Айлеви огляделся вокруг: в углу печь с изразцами, на которой стоял чайник, на столе - рация, коротковолновый радиоприемник и два телефона. Сэз подошел к шахматной доске и, разглядывая фигуры, спросил Фролова:

– Вы играете белыми? Как вам удалось загнать себя в такое неудачное положение?

Фролов учтиво улыбнулся. Сержант, человек средних лет, прокашлялся и сказал:

– Простите, майор...

– Да, сержант?
– в упор посмотрел на него Айлеви.

– Сожалею, но я ничего не знал о вашем прибытии.

– Сержант, это майор Воронин. Он прибыл к полковнику Бурову. Ему нужна машина, - объяснил Фролов.

Сержант кивнул и обратился к Айлеви:

– Товарищ майор, мы не смогли связаться с вами по рации.

– А мой пилот - с вами. Вам надо будет вместе с ним проверить связь. Вы доложили дежурному офицеру о нашем вертолете?

– Нет, товарищ майор, но сейчас доложу. Канавский, позвони лейтенанту Челцову.

Канавский кинулся к телефону. Сердце в груди Сэза стучало, как барабанная дробь. Пока все шло как надо. Долгие годы, проведенные им в этой стране, научили его просчитывать подобные ситуации. Сержант не позвонил дежурному офицеру потому, что боялся разозлить его своим звонком, на который тот скорее всего ответил бы: "Ну и чего ты от меня хочешь? Чтобы я прицепил себе крылья и преградил путь этому вертолету? Узнай, кого там еще принесло, а потом доложишь".

Айлеви с равнодушным видом отошел в сторону, держа всех троих в поле зрения. Канавский поднял трубку и протянул руку к тумблеру.

Айлеви незаметно вытащил автоматический пистолет с глушителем и выстрелил прямо в грудь Фролову, по-прежнему стоявшему у двери. Фролов вздрогнул, но, казалось, так и не понял, что в него попала пуля. Вторую пулю Айлеви, развернувшись, выпустил в Канаве кого. Тот удивленно вскрикнул, выронил трубку и схватился за грудь.

Сержант среагировал быстро и выхватил из кобуры револьвер. Сэз опередил его и выстрелил первым. Сержант схватился за живот и рухнул на стол, рассыпав шахматные фигуры. Айлеви выстрелил в него еще раз, в голову. Тот свалился на пол. Фролов пытался подняться с пола, но Сэз добил его выстрелом в висок.

Потом он повесил телефонную трубку и снял с печи чайник. Шерстяной перчаткой, валявшейся на полу, Айлеви вытер влажную рукоять пистолета и стер кровь с сапог. Вставив в пистолет новую обойму, он вышел из радиорубки.

Бреннан и Миллз ждали его, Бреннан - со снайперской винтовкой Драгунова, а Миллз - с черной сумкой.

– Билл, приберись там и жди нас, - приказал Сэз.

– Вы уверены, что справитесь без меня?

Бреннан нравился Айлеви, он был очень смелым человеком, но не отличался предусмотрительностью.

– Капитана О'Ши надо будет заранее предупредить, если что пойдет не так, - сказал ему Айлеви.
– К тому же мы не знаем, обязаны ли эти парни периодически звонить кому-нибудь или, наоборот, кто-нибудь должен созваниваться с ними. Так что, если кто-нибудь, не дай Бог, позвонит и попросит доложить ситуацию, просто отвечай: "Ничего".
– Сэз перевел Бреннану это слово на английский.
– Это стандартный ответ, если докладывать не о чем. Итак, "ничего".

– Ничего, - повторил Бреннан.