Чтение онлайн

– Вы тоже провели там некоторое время в "секретных" комнатах?
– спросил Пул.

– Не слишком долго, - ответил Холлис.

– Почти каждый из нас отсидел несколько дней в холодильнике. Но у Бурова есть более изощренные способы наказания. Держать инструктора в камере нецелесообразно, так что если кто-то из нас совершает какой-либо проступок, он сажает туда русских жен или подружек. А сейчас у большинства из нас есть жены и дети - заложники судьбы, - это связывает нам руки.

Уже совсем стемнело. Сэм взглянул на небо, но не увидел ничего, кроме безграничной тьмы.

– Это маскировочная сеть, - объяснил Пул.

Холлис вспомнил, что видел эту замаскированную зону с вертолета.

– Взгляни, Сэм!
– показала Лиза.

Они остановились у стоянки для автомобилей, за которой располагался торговый центр примерно из десяти магазинчиков, освещенный тусклыми лампами. Один магазин представлял собой большой "семь-одиннадцать", увешанный белыми, зелеными и красными вывесками.

Рядом с ним находился типичный "Лондромет"*, Северо-Американский банк с фирменной вывеской, заведение под названием "Спиртные напитки Свинея", парикмахерская "Грива" и салон красоты "Длинный локон", лавка скобяных изделий Крюгера, табачная лавка, аптека, книжный магазин и закусочная "Жареные пончики Дункина".

_______________

* "Лондромет" - прачечная самообслуживания.

– Вот это да, - сказал Холлис.
– Жаль, что сюда нельзя пригласить бюро путешествий "Америкэн Экспресс".

– Все эти магазины функционируют в той или иной степени. Вам дадут лагерные сертификаты, на которые вы сможете покупать товары во всех магазинах, кроме книжного. В нем все только напоказ, - объяснял Пул.
– Это нечто вроде лагерного аудио-видеокласса, хотя выглядит он как обычный книжный магазин. У нас огромный выбор изданий, видеофильмов, кассет и пластинок.

Лиза подошла к витрине книжного магазина.

– Ни одну из этих книг я не смогла найти в посольской книжной лавке: Джон Баррон "КГБ", знаменитое разоблачение советского перебежчика Аркадия Шевченко* "Разрыв с Москвой". И они разрешают вам... и этим так называемым курсантам читать подобные книги?!
– изумленно спросила она.

_______________

* Шевченко Аркадий Николаевич - советский дипломат, сбежавший за границу в 1978 г., находясь на посту заместителя Генерального секретаря ООН.

– У них нет иного выхода, не так ли?
– ответил Пул.
– Если не прочитают сейчас и здесь, то прочтут в США, где это может прочистить им мозги. Поэтому здесь им делают как бы прививку.

Холлис рассматривал витрину аптеки.

– Вы не испытываете здесь ни в чем недостатка, верно?
– спросил он.

– В материальном смысле нет, полковник. Вам прекрасно известно, в чем мы испытываем недостаток.

– Вы сами делаете ремонт?

Они подошли к зеркальной витрине "семь-одиннадцать".

– Здесь мы покупаем в основном консервы и полуфабрикаты, чаще американские, но бывают иногда финские и советские. За свежим мясом и молочными продуктами ходим на склад.

– И вы действительно расплачиваетесь здесь за покупки?
– спросил Холлис.

– Да. Вот такими сертификатами...
– Пул достал из бумажника купюру и протянул ее Сэму.

Она была очень похожа на пятидолларовую, но в действительности оказалась обычной цветной ксерокопией.

– Это все сделано для того, чтобы мы не превратились в абсолютных зомби, - объяснил Пул.
– Нам приходится рассчитывать свой бюджет и все такое прочее. И курсантам тоже. Например, они платят нам за питание. Банковские и финансовые сделки - одна из важнейших частей американской жизни. Намного трудней, чем вы думаете, привить людям чувство финансовой ответственности. Мы только налоги не платим.

– А откуда у них все эти вывески?
– поинтересовалась Лиза.

– Все это реквизит "Мосфильма", - ответил Пул.
– Товары потребления и прочие мелочи поступают с дипломатическим багажом или через Центр международной торговли в Москве. Я видел в журнале его фотографию. Его построил Арманд Хаммер. Напоминает Трамп-билдинг в Нью-Йорке. Все из стекла, меди и мрамора. Сейчас там настоящая Маленькая Америка, не так ли? А вы бывали в Центре?

– Да, - сказала Лиза.
– Действительно, очень похоже.

– Более того, - рассказывал Пул.
– Они посылают курсантов в отель этого Центра в качестве поощрения после окончания школы. Курсанты живут там месяц и общаются с западными бизнесменами и всякими другими особами. Нечто вроде перевалочного пункта. А потом они отправляются на Запад.

Холлис остановился напротив магазинчика "Спиртные напитки Свинея". В витрине был выставлен явно профессионально подобранный ассортимент итальянских вин мирового класса: бутылки "Принцессы Гави", и "Банфи Брюнелло ди Монталчино" - эти вина широко импортировались в Америку и пользовались огромным спросом.

– Какие здесь отличные вина, - заметила Лиза.
– И вы можете их купить?

– Конечно. По желанию можно приобрести любое советское спиртное. Нас всех здесь позабавило, когда мы прочитали, что "Столичная" водка входит в моду в Америке.

– Мне сказали, что здесь есть еще один учебный городок. Кухни, офисы и так далее, - сказал Холлис.

– А, это прямо здесь. Под нашими ногами. Длинная подземная галерея. За магазинами есть лестница. Там нечто вроде деловых апартаментов с приемной. Это сделано главным образом для того, чтобы познакомить курсантов с деловым этикетом и оборудованием. Внутри установлены процессоры, принтеры, ксероксы и тому подобное. Там же видеозал. Самое популярное развлечение здесь брокерская фирма Э.Ф. Хатгона.

– Неужели вы тут играете в фондовую биржу?
– спросила Лиза.

– "Школа обаяния" всего на два дня отстает от Уолл-стрит. Мы тут все вместе пережили крах 87-го года.
– Он грустно улыбнулся.
– Но сейчас мои акции поднялись в цене примерно на шесть тысяч долларов.

Холлис с Лизой переглянулись, а Пул продолжал:

– Здесь все, что касается "американского образа жизни", поставлено на очень широкую ногу, кроме языка и обычаев, но невозможно за какие-то тринадцать-четырнадцать месяцев вдолбить в голову двадцатипятилетнему русскому знания и жизненный опыт его американского сверстника. А большинство курсантов обучаются в школе именно столько времени, не больше. Конечно, они поступают сюда с хорошим знанием английского и кое-какими сведениями об Америке. Все они выпускники советской разведшколы ВВС, что под Москвой, а также окончили институт США и Канады.

Холлис кивнул. В то время как американские разведывательные учреждения придавали особое значение показаниям спутников-шпионов, статистическим анализам и прочим "бездушным" способам сбора секретной информации, Советы по-прежнему верили в человеческий фактор. "Правильный подход, - подумал Сэм.
– Айлеви тоже полагался на информацию, добытую людьми. Поэтому они с Лизой и угодили в "школу обаяния".

Лиза рассматривала витрину салона красоты.

– Женщины из лагеря действительно приходят сюда, чтобы сделать прическу?