Чтение онлайн

– А мне так все равно! – парировал Виталий. – Лишь бы проценты капали. А без заказов нет процентов.

– Заказов… – тихо изрек сэр Доудсен и покосился на своего зама. А потом прибавил:

– Хм…

– Ну, чего ты тут нарисовалась? – обозлился Виталий на Варю. – Не стереть!

– По делу, – та распрямила плечи и упрямо выпятила обширную грудь.

Сэр Александр залюбовался.

«Вот уж правду Некрасов писал, – нахлынули на него романтические мысли. – Русская женщина.., коня на скаку остановит и все такое. И грубости от мужика не потерпит. В суд его не потащит и феминистскими постулатами стращать не будет, а просто даст кулачищем промеж глаз что есть силы – и все!»

– Звонок боссу, – обозначила важность своего визита Варвара. – От господина Боброва.

– Что?! – от радости, неожиданно затопившей его с ног до головы, аристократ подскочил до потолка. – Соединяй!

– Будь сделано, – секретарша усмехнулась и, хмуро глянув на зама, пробурчала:

– Заказы, заказы… Видишь, будут тебе заказы!

Наверное, бурную радость начальства она истолковала по-своему. Мол, нашелся клиент, вот шеф и рад до умопомрачения.

– Сашка! – проорал Серж на другом конце провода. – Сашка, слышишь меня?

– Превосходно вас слышу. – Александр в недоумении отстранил от уха трубку. – Откуда вы звоните?

– Не поверишь, тока что притащился из командировки.

– Поздравляю с прилетом. Как погода в Лос-Анджелесе?

В ухе младшего потомка всех Доудсенов что-то хлюпнуло, потом меценат тихо спросил:

– Откуда ты знаешь?

– Хм… – Сэр Александр удовлетворенно улыбнулся. – Я долго размышлял, куда бы вы могли отбыть столь внезапно, и пришел к некоторым выводам.

– А башка у тебя варит, – после минутной паузы изрек Серж. – Что еще надумал? Впрочем, молчи, лучше при встрече. Вечером приглашаю тебя в ресторан.

– Уф… – выдохнул аристократ, понимая, что удивительным образом соскучился именно по ресторану. Все четыре дня он питался исключительно полезными продуктами, стороной обходя заведения массового питания, а теперь при одном упоминании о них у него засосало под ложечкой.

– И еще.., я тут нашел для тебя работенку…

– В каком смысле? – удивился сэр Доудсен.

– В прямом! Моему другану нужна реклама в регионах. Ну, сам понимаешь, предвыборный год, лохадрон начинается…

– Что начинается в регионах?

– Да выборы грядут! – Серж расхохотался. – Типа честные, нужно деньги вкладывать в рекламную кампанию. Сложная схемка, но твоему предприятию в помощь.

Так что выше нос, бизнесмен хренов!

– Я не могу понять, что нужно перевозить? Бюллетени?

– Какие еще, на хрен, бюллетени? Рожу евонную будешь перевозить!

– Прости меня, но я не понял, – Александр совсем растерялся.

– Ладно, не телефонный разговор. К тому же я уже приехал. Мне выходить надо, а не по мобильному трепаться со всякими англицкими щенками…

Сэр Александр положил трубку и улыбнулся.

Серж выглядел не слишком хорошо. Это молодой аристократ сразу отметил, едва опустился напротив него за столик в ресторане.

Физиономия Боброва, еще неделю назад являющаяся рекламной этикеткой здорового и жизнерадостного человека, порядком осунулась и приобрела болотный цвет.

Глаза налились красноватой усталостью и какой-то безысходностью. Он даже улыбался обреченно.

– У вас неприятности? – тихо спросил сэр Доудсен.

– У меня всегда неприятности, – буркнул меценат. – Неприятности – мое второе имя. И мой гребаный бизнес!

– Хм… – Александр принялся детально изучать меню, поняв, что лучше оставить плохое настроение его владельцу.

– Хватит хмыкать! – вдруг рявкнул Серж.

Молодой аристократ вздрогнул. Вздрогнули и посетители ресторана за соседними столиками.

– Почему ты решил, что я летал в Америку?

Сэр Доудсен медленно поднял голову и внимательно посмотрел на сотрапезника:

– Я только предположил…

– То есть на понт меня взял? – так же неожиданно развеселился Бобров. – Смело! А почему предположил?

– Вы действительно хотите поговорить на эту тему?

– Если бы не хотел, то валялся бы ты сейчас в темной подворотне с простреленной башкой, – хмуро заметил Серж. – Валяй, выкладывай.

– Меня удивило ваше стремление отыскать что-то в гримерке артистки. И настолько сильно было ваше желание найти это, что вы не заметили, что она мертва. А поскольку до вас кто-то уже обыскал гримерку, я предположил, что, движимый желанием найти что-то важное, этот «кто-то» наведался и в квартиру мертвой особы. И сделал это, по всей видимости, раньше вас. А раз вас постигла неудача в поисках в Москве, то вы, разумеется, захотели повторить попытку в Лос-Анджелесе в надежде, что искомый предмет остался там. Вот и все.

– Вот и все, – передразнил его Серж. – И что я, по-твоему, искал?

– Вот это уж мне не дано угадать. – Александр улыбнулся.

– Почему я тебе не верю?

– Потому что в данных обстоятельствах вы никому не верите.

– Черт! – Серж рубанул ребром ладони по столу. Бокалы подпрыгнули, жалобно звякнув.

На этот раз Александр, в отличие от остальных посетителей в зале, остался спокоен.

– Что тебе известно?

– Уверяю вас, ровным счетом ничего. Все это из области догадок и умозаключений. Если человек столь лихорадочно что-то ищет, значит, он попал в ужасную ситуацию. Ему необходимо отыскать эту вещь, на нее масса конкурентов, а потому каждый ему видится врагом. Это вполне закономерно для любой охоты.

Собеседники надолго замолчали. Каждый думал о своем. И почему-то потомку всех Доудсенов совсем не хотелось знать, о чем думает Серж. Только после того, как официант уставил стол закусками, а Бобров к тому моменту выпил третью рюмку, разговор возобновился.

– У этой дуры был кулон, – мрачно изрек меценат.

Александр отправил в рот устрицу и блаженно закрыл глаза:

– Верно, дорогой…

– Дороже его для меня ничего нет. Жуть какой дорогой, мать его!

– И вам непременно нужно его найти?

– А какого ляда тогда мне рыскать по всему белу свету?! – возмутился Бобров. – Делать мне, что ли, нечего?!

– Но кулон привлекает не только вас. И, судя по тому, что вы его и в Лос-Анджелесе не нашли, он в чужих руках.

– Жестоко с твоей стороны тыкать меня мордой в дерьмо. Найти бы этих гадов, что Ирму хлопнули!

– Видимо, кулон представляет огромную ценность.

Думаете, из-за него ее и убили? – Сэр Доудсен покончил с устрицами. От спиртного он категорически отрекся, а потому отхлебнул обыкновенную воду из бокала.