Чтение онлайн

– Потерялась? – участливо спросила та.

– Да уж… – только и смогла выдавить из себя Маша.

– Обычное дело, – равнодушно отмахнулась Ася. – Принесла?

– Конечно. – Маша покопалась в сумке, выудив стодолларовую купюру, протянула приятельнице. – А чего такая спешка?

– Да дело есть, – она сунула бумажку куда-то в недра своего костюма.

– Что-то случилось? – Маша склонила голову" разглядывая ее.

Аська нервно ухмыльнулась:

– Пустяки… Пойдем лучше, я тебя с нашими познакомлю. – Она схватила ее за руку и потащила по коридору, затараторив:

– Наша танцующая бригада самая веселая!

Мы даже праздники вместе отмечаем. Ты не танцуешь?

А жаль… – Она ее не слушала, продолжая болтать:

– А то бы я тебя представила бабе Любе. Это наша старшая жена.

Если б ты ей понравилась, она бы тебя враз пристроила.

Ну, все равно, пойдем познакомлю…

Маша и охнуть не успела, как очутилась в малюсенькой комнате, до отказа набитой разрисованными клоунами-трансвеститами в разноцветных париках. В комнатушке пахло так паршиво, а кричали и хохотали так громко, что у Маши вмиг голова кругом пошла.

– А вот и баба Люба! – заявила Аська и с размаху толкнула ее в объятия очередного клоуна.

– У-у-у, деточка! – Баба Люба меньше всего походила на типичную бабу в Машином представлении. Такая же девчонка, как и они с Аськой, ну, может быть, постарше лет на пять. Стройная, подтянутая, черноглазая. – Чего пугаешь девушку. Тебя как зовут?

– Маша, – тихо представилась она.

– Танцевать небось хочешь? – Баба Люба усмехнулась, оглядывая ее.

– Нет, вовсе нет, – быстро призналась Маша.

– Вот и хорошо, – одобрила ее старшая группы и пояснила:

– А то у тебя задница великовата. С таким якорем на сцене тяжело. Да и вообще, работенка у нас адская.

– Я пою.

– Ну, голосу задница не помеха, – добродушно признала баба Люба. – По клубам поешь?

– Теперь да, – не без гордости ответила Маша.

– Это хорошо.

– Да ну?! – радостно удивилась Аська. – Неужели получилось?

– В группе «Эльдусто», в кафе «Фламинго». А по четвергам в «Эллочке-людоедке».

– Ой, а я там была пару раз, – звонко заметила стоящая рядом девушка-клоун. – Чо поешь?

– Теперь песни Элвиса Пресли.

– Ой, я как раз знаю эту группу. Они классные. Помнишь, я тебе говорила? – она дернула бабу Любу за рукав:

– Пойдем послушаем!

– В четверг? – задумалась та. – Что у нас в четверг?

– Нет, в другие дни, кроме понедельника, можно во «Фламинго», – напомнила Маша, радуясь потенциальным слушательницам.

– Будет время, зайдем непременно, – баба Люба дружески похлопала ее по плечу, – хотя я понятия не имею, что это за клуб – «Фламинго».

– Да это на Солянке… – начала пояснять Маша, и туту нее в руке зазвонил телефон Ирмы. Она вздрогнула, вспомнив, что все еще держит вещи, принадлежащие звезде.

– Ну, чо ты, ответь! – Баба Люба ободряюще улыбнулась. – Давай, а то сейчас вся гримерка в движение придет.

– У кого звонит? – полетели со всех сторон вопросы. – Вась, ты мой рюкзак видишь? Лен, это твой разрывается?

– Ой, у нее уже телефон! – восхищенно пискнула Аська.

– Да не мой это! – Маша застыла, не понимая, что делать. – Мне его отдать нужно.

Но ее никто не слушал.

– Да ответь ты, наконец! – крикнула ей баба Люба. – Орет как иерихонская труба!

Маша дрожащей рукой поднесла телефон к уху. А он как раз перестал трезвонить.

«Господи! А вдруг у человека судьба решается? – в ужасе подумала она. – А вдруг звонил тот самый мужик, из-за которого Ирма рыдала. Какая же я скотина, что сразу не отнесла ей телефон!»

– Слушай, Ась, мне срочно нужно найти Ирму Бонд, – толкнула она подругу, – или кого-то из ее охраны.

Ася уже болтала с каким-то парнем, затянутым в костюм клоуна. В руках он вертел ярко-синий парик.

– Иди прямо по коридору, – потеряв к ней интерес, ответила Ася, – не ошибешься.

Маша повертела головой в поисках бабы Любы или той девицы, которая слышала группу «Эльдусто», словом, кого-нибудь, с кем можно было бы попрощаться перед уходом. Но никого знакомого рядом не оказалось. В гримерке кипела своя жизнь, где Маша была чужой.

Александр пялился в окно. Набережная не представляла собой ничего интересного. Лишь вдали виднелась подсвеченная гостиница «Балчуг-Кемпински». А так все какие-то темные здания на другой стороне реки.

– Да ты не туда смотри, – толкнул его Бобров.

Потомок древних Доудсенов болезненно поморщился.

Он не любил грубых толчков.

– Вон, – Серж ткнул пальцем в противоположное окно, за которым высилось громадное здание, до такой степени уродливое, что у аристократа свело скулы. – Главная эстрадная сцена страны. О «Тэфи» слыхал?

– Нет…

– Эту хрень здесь вручают. Но это неважно. Сейчас познакомлю тебя с Ирмой Бонд.

– Бонд? Сестра Джеймса, – усмехнулся Александр.

– Не-е… – протянул Бобров. – У нее фамилия Бондаренко, ну а она ее укоротила. Стало звучно. Да и Ирма она всего год. Раньше ее все Иркой кликали.

– Псевдоним? – догадался младший Доудсен.

– Зато какой звучный! – Меценат неожиданно нахмурился:

– Я ведь дурак, каких мало.

– Ты себя недооцениваешь, – попытался успокоить его аристократ.

– Нет, я дурак. Я ведь не думал, что она так рано притащится. Я забыл про этот концерт. Черт! Ей совсем нечего сейчас в Москве делать. Знал бы, встретил!

– Почему?

– Да ну, история там у нее романтическая. А любовник – известный козел Она же девушка истеричная Как бы ерунды какой не натворила.

Александр ничего не понял из этих туманных объяснений.

– Ты с ней повежливее, – предупредил его Серж.

Род Доудсенов издавна славился своей деликатностью. Да спросите любого в клубе «Пеликан», и каждый вам скажет, что сэр Александр – это самый известный современный рыцарь.

Молодой аристократ надулся. Впрочем, дулся он недолго. Ему помешали.