Шквальный отряд
Шрифт:
…Он стал таким разговорчивым.
Тигр только фыркнул.
Медитация заняла несколько часов. Когда я открыл глаза, солнце уже поднялось высоко. Пора на работу.
Мастер Лю и Янь Ло обернулись, когда я вошёл. Старый кузнец встретил меня с деланным ворчанием:
— Явился наконец. Думал, ты решил вообще бросить ремесло ради наёмничества.
— Не брошу, — ответил я, надевая кожаный фартук. — Работа есть?
— Ещё спрашиваешь, — фыркнул старик. — Вон плуг починить надо, заточить оружие и цепи для колодца выковать. Управишься?
— Управлюсь.
Я взялся за работу с привычным усердием. Руки сами помнили каждое движение: как держать молот, под каким углом бить, а когда окунать металл в воду. Ритмичный звон наковальни успокаивал и помогал упорядочить мысли.
А думать было о чём…
Через два дня нам предстояло встретиться в таверне, чтобы отметить первое успешное задание. Чжэнь Вэй пообещал угостить всех вином. Хорошая традиция, но вот что меня беспокоило…
Я вспомнил шпильку. Ту самую серебряную шпильку, которую выковал для Мэй Сюэ. Она лежала дома, завёрнутая в мягкую ткань, ждала своего часа.
«…Но если я принесу подарок только для неё, — подумал я, сильнее ударяя молотом по раскалённому железу, — это будет выглядеть… некрасиво…»
Тигр усмехнулся в глубине сознания: Ты только сейчас об этом подумал?
Заткнись, — мысленно огрызнулся я, а он только засмеялся.
Он был прав. Если я вручу подарок только целительнице, все сразу поймут мои намерения. Особенно после того разговора с Чжэнь Вэем… И выглядеть это будет очень невежливо. Я, конечно, деревенщина из диких гор, но всё-таки…
Нет, так нельзя. Нужно что-то придумать.
Идея пришла сама собой, когда я затачивал очередной топор. Я посмотрел на груду железных заготовок в углу кузницы и понял — вот оно! Я сделаю подарки для всех. Для Чжэнь Вэя, для Тао и для Сяо Лань. Чтобы шпилька не выглядела как единственный личный подарок.
Хитро, — одобрил тигр. — Но всё равно все всё поймут.
Пусть, — решил я. — Но хотя бы попытаюсь сохранить приличия.
Эта фраза вызвала ещё один приступ гулкого хохота у моего внутреннего зверя, но он милостиво смежил веки и перестал меня дразнить.
— Мастер Лю, — обратился я к старику, когда мы прервались на обед. — Можно мне купить немного железа? Для моей собственной работы. Мне надо кое-что выковать.
Старик прищурился:
— Что собрался делать?
— Наручи. Защитные щитки для товарищей по отряду.
Лю Тецзин помолчал, тщательно пережёвывая простой рис с овощами. Потом кивнул:
— Бери сколько нужно. Посчитаем потом. Только не в рабочее время.
— Спасибо.
После работы я остался в кузне. Мастер ушёл домой, оставив мне ключи. Я зажёг одну масляную лампу. Света хватало, поэтому горн я разжигать не стал. То, что я собирался делать, не требовало огня.
Я взял три куска качественного железа из запасов. Не самого дорогого, но хорошего, чистого, без примесей. Положил первый кусок на наковальню и закрыл глаза, сосредотачиваясь.
Серебристая ци потекла из даньтяня в руки. Я положил ладони на холодный металл и почувствовал его структуру.
«Хорошо, — подумал я. — Начнём!»
Вместо того чтобы нагревать металл и бить молотом, я начал формировать его с помощью ци. Это была техника, с помощью которой я недавно сделал шпильку для Мэй Сюэ. Мне удалось справиться с серебром, значит, получится и с железом. Металл слушался моей воли, как глина в руках гончара. Ци проникала внутрь, заставляла саму суть вещества двигаться, перестраиваться и принимать нужную форму.
Железо под моими ладонями начало меняться. Медленно, очень медленно, словно живое, оно текло и формировалось. Плоский кусок превращался в изогнутый щиток, будущую защиту для предплечья. Я делал его тонким, но прочным, с небольшими ремешками для крепления, а потом осторожно добавил узор.
На поверхности металла проступил рисунок: полная луна, окружённая лёгкими облаками. Это был символ «Лунного Тумана», нашего отряда. Я видел его вышитым на одежде командира и целительницы. Узор был тонким, словно гравированным, но я не гравировал его, я сформировал саму структуру металла так, чтобы рисунок был частью щитка.
Первый щиток занял почти час работы. Когда я закончил, лоб покрылся потом, а дыхание участилось. Управление ци на таком уровне требовало огромной концентрации, но результат того стоил.
Я держал в руках наруч: лёгкий, прочный, с красивым узором луны и облаков. Идеально.
Это хорошая тренировка, — заметил тигр.
Знаю, — ответил я, откладывая первый щиток. — Поэтому и делаю так, а не просто кую.
Второй и третий щитки получились быстрее. Руки, точнее, движение ци, запомнили движения, научились направлять энергию правильно. К тому времени, как я закончил последний наруч, за окнами кузницы стояла глубокая ночь.
Я сложил все три щитка в небольшой мешок и отправился домой. Тело гудело от усталости, но внутри была тёплое ощущение удовлетворённости. Работа была выполнена. Подарки готовы.
Второй день прошёл похоже. Утром — медитация. Пятая звезда почти восстановилась, её свечение становилось ярче, как было. Потом работа в кузне, обычные заказы, ремонт инструментов и ковка простых изделий.
Вечером я достал шпильку и ещё раз внимательно осмотрел. Цветок сливы был вырезан тонко, лепестки казались почти живыми. Я потратил на неё несколько дней работы, вкладывая всё своё умение. Это был лучший подарок, который я мог сделать.
Она примет его? — вдруг спросил тигр.
Не знаю, — честно ответил я. — Надеюсь.
А если не примет?
Тогда… тогда буду знать, что попытался.
Тигр промолчал, но я чувствовал его одобрение. Он понимал, что лучше попытаться и потерпеть неудачу, чем не попытаться вообще.
На третий день я отправился в таверны «Золотой Журавль» на южной улице.
Я пришёл одним из первых. Нёс с собой мешок с подарками: три щитка и шпильку, аккуратно упакованные в ткань. Сердце билось чаще обычного. Глупо, конечно. Это всего лишь встреча с товарищами, но почему-то я нервничал.