Чтение онлайн

Немногим лучше было и в тех государствах, где вторая палата комплектовалась на основе выборов (Бельгия и Нидерланды, Швеция и Дания). В Нидерландах, например, 39 членов верхней палаты избирались из расчета: 1 депутат от 3 тыс. крупных налогоплательщиков.

В связи с тем, что росла непопулярность верхних палат, порядок их комплектования, исходящая от них консервативная сила, враждебная всем и всяким переменам, вынудили правящие классы менять ориентацию. Действительным противовесом «демократической опрометчивости» становятся прямые орудия буржуазной диктатуры: суд, полиция, армия, чиновничество.

Фактическое падение парламентов совершалось, однако, постепенно и далеко не всюду. Наоборот, в ряде стран они приобретают право на законодательную инициативу, которой еще не так давно лишались, право внесения поправок в правительственные законопроекты, контроля над правительством; там и здесь вводится вознаграждение депутатов, узаконивается гласность парламентских прений и безответственность депутатов за критику правительства.

Политическая (партийная) оппозиция признается неизбежным элементом парламентской системы. Правительства начинают с большим терпением переносить критику, особенно тогда, когда она отвлекает публику и парламент от действительно важных вопросов. Способности же провести закон у оппозиции всегда было не больше, чем у какой-либо влиятельной газеты. Следствием всей новой ситуации становится охлаждение интересов к парламентским прениям—не только в широкой публике, прессе, но и в самой палате.

В той степени, в какой парламенты теряли значение, усиливалась правительственная власть. Составление и редактирование законопроектов становится ее полной монополией. Когда проект закона вносится депутатом, замечал французский государствовед Леруа, он делает это чаще всего без надежды на успех, с единственной целью напомнить о себе избирателю.

Правительства добились для себя права издавать постановления, минуя парламент. Последний уполномочивает кабинет издавать постановления по определенному кругу дел либо позволяет ему делать то же самое «в развитие закона», «в целях обеспечения закона». Соответственно и закон редактируется в более общей форме.

Английский государствовед Мюрконстатирует, что «большую часть публичных актов, вносимых в свод законов, составляют ведомственные директивы, рождающиеся в административной практике чиновников». То же пишет Леруа: «Парламент теряется перед администрацией во всех случаях, когда он сбирается руководить ею»; палата вступает в такие сношения с министерствами, с бюрократическими канцеляриями, «которые становятся все более „интимными“; те же связи устанавливаются между парламентом и „частными ассоциациями“, мнение которых он запрашивает и которые уже „разделяют с парламентом его суверенитет“.

Большая часть законов снабжается оговорками, позволяющими правительству, министерствам и просто чиновникам действовать «по усмотрению», т. е. не считаться или мало считаться с законом.

Французский закон 1892 г., например, запретил ночную работу для подростков моложе 18 лет, а также для женщин в определенных отраслях промышленности. При этом правительству было предоставлено право делать «изъятия постоянного характера». Закон разрешал инспекторам труда временно отменять еженедельный день отдыха и все те ограничения, которые были установлены для продолжительности рабочего дня («не более 11 часов в сутки»). «Если закон 1892 г. не дал ожидаемых благодетельных результатов, – говорилось в докладе на V конгрессе французских профсоюзов (ВКТ) в 1900 г., – это следует приписать административным регламентам (т. е. правительственным инструкциям), которые были изданы по этому предмету».

Контроль палаты над правительством становится фикцией. Наблюдается как раз обратное: контроль правительства над палатой.

Английская буржуазная революция не принесла новых изменений правовой системе Англии и почти не коснулась прецедентного права. Нетронутой осталась старая судебная система и все судопроизводство.

Наибольшее значение из принятых в период революции законы имели те, которые преобразовали феодальное право земельной собственности в буржуазное. В этой связи особенного внимания заслуживает парламентский акт 24 февраля 1646 г., которым дворянские (рыцарские) земельные владения, включая держания копигольдеров, были объявлены свободной частной собственностью. Акт 1646 г. служил преобразованию феодальной собственности в буржуазную и потому должен рассматриваться как важнейший результат английской буржуазной революции при этом нельзя забывать копигольдеров, земельные владения которых, основанные на отменяемом феодальном праве, потеряли юридическую основу и защиту.

Нельзя не отметить также массовых земельных конфискаций, среди которых акт 1642 г., которым были объявлены конфискованными земельные владения сторонников короля, акт 9 октября 1646 г. о конфискации церковных земель, акт 1649 г. о продаже королевских земель.

Важнейшее значение имели и те акты парламента, которыми были сметены феодальные ограничения предпринимательской деятельности и торговли. Среди них заслуживают быть отмеченными закон о запрещении монополий, под чем понималось в то время установление особых привилегий для какого-нибудь рода предпринимательской деятельности (ноябрь 1640 г.); Великая демонстрация 1641 г., осудившая феодальные формы регламентации промышленности и торговли. «Акт о поощрении и об упорядочении торговли английского государства» от 1 августа 1650 г., которым парламент поручил тогда же учрежденному «постоянному совету» принимать меры, необходимые для «более открытой и свободной торговли, чем та, которая ведется в настоящее время», и одновременно произвести общий пересмотр правовых актов, регулирующих торговлю и промышленность с тем, чтобы они не противоречили «интересам государства».

Знаменитый Навигационный акт 1651 г. послужил величайшим стимулом для развития английской заморской торговли в ущерб ее голландским и иным конкурентам.

При всем том дальнейшее развитие английского права пошло по пути приспособления старого феодального права к новым, буржуазным отношениям, кроме того, прецедентная система обладала значительной способностью быть гибкой и приспособляемой к новым условиям.

Постепенно, в течение XVIII–XIX вв., складывается английская доктрина судебного прецедентного прав заключающаяся в совокупности юридических конструкций и судебной практики, послуживших установлению более или менее стабильного порядка действия прецедентной системы. Решения высших судов Англии стали считаться обязательными как для всех низших судов, так и для них самих в то же время высшие суды не были связаны решениями судов низших, судьям одной и той же инстанции было рекомендовано не принимать решений, существенно расходящихся между собой; применяется (считается обязательной) лишь та часть судебного решения, которая содержит обоснование решения, все остальное не имеет существенного значения и обязательной силы.

Посредством реформ 1873–1875 гг., суды справедливости были слиты с судами общего права. Соответственно и нормы общего права перестали считаться особой системой, отличной от норм судов справедливости. Возникло единое прецедентное право, применяемое до сих пор. Закон отдавал очевидное предпочтение нормам права справедливости.

Именно суды справедливости создали те самые институты права, которые в наибольшей степени способствовали буржуазным отношениям.

Французская буржуазная революция произвела коренные изменения феодального права Франции.

Декретом от 16 февраля 1791 г., упразднен цеховой строй, а также законом от 1 марта 1791 г., предоставивший «всякому» лицу право свободного занятия промыслом и торговлей.

В том, что касалось семейных отношений, революция прекратила действие канонического права, признала светский брак, допустила развод, в том числе по взаимному соглашению супругов, отменила родительскую власть над совершеннолетними детьми. Внебрачные дети (за исключением рожденных от «прелюбодейной» связи) были уравнены в правах с детьми «законными», но при условии их признания отцом.

Еще более существенным изменениям подверглась система старого уголовного права. Принятый в 1791 г. Учредительным собранием уголовный кодекс исходил из следующих принципов: уголовный закон должен быть гуманным; нет преступления, которое не указано в законе; наказание должно быть соразмерно преступлению и вполне определенным.

В суде и судопроизводстве революция сделала не меньше. Достаточно указания на суд присяжных, введенный конституцией 1791 г., на состязательную форму процесса (взамен обвинительной), презумпцию невиновности.