Шпионка в Академии
Шрифт:
Где-то в Академии есть тайник, в котором Диана хранит то, что не осмелилась изложить в отчетах, подозревая, что ее письма будут перехватывать. Где-то есть доказательства того, что в Академии явно что-то нечисто. Возможно, именно из-за того, что нашла Диана, ее и украли (не думать, не сметь думать, что убили!).
А значит первым делом нужно будет обнаружить этот тайник. Будущее слегка прояснилось, появилась цель и план, как ее достичь.
Приободренная такими мыслями, Анаис и сама не заметила, как задремала в кресле.
А уже спустя полчаса ее разбудил грохот и визг тормозов.
Анаис вскочила, спросонья не осознавая, что происходит, схватилась за бумаги. За окном метались странные желтоватые всполохи — неужели уже рассвет? Так быстро? Но почему поезд почти остановился и его качает, словно корабль в шторм?
Анаис едва успела запихать все документы в саквояж, когда в дверь за ее спиной принялись громко и быстро стучать. Едва девушка щелкнула задвижкой, как дверь распахнулась и давешний услужливый проводник ворвался в ее купе.
— Скорее! — Даже в полумраке девушка могла разглядеть, насколько он бледен. — Авария на путях, нужно срочно покинуть поезд! Скорее!
Трясущими руками он схватил Анаис и потащил за собой прочь из вагона. В коридоре почти не было пассажиров, только пара мужчин пытались высадить заклинившую дверь. Проводник остановился, едва заметив их, его начало трясти сильнее, но он быстро взял себя в руки.
— Сеньорина, — почти спокойно произнес он, — нам придется пройти через другой вагон, не отставайте… Господа, прошу вас, оставьте дверь, нужно искать другой выход! За мной!
Анаис бросилась следом за проводником, боясь не то что отстать — выпустить его рукав. Вокруг происходило что-то жуткое и неправильное, и паника заглушала любые мысли. Полумрак вагона озаряли только жуткие желтоватые всполохи снаружи, уцелевшие магические шары на стенах неровно мерцали. Под подошвой ботинок хрустели мелкие осколки. От низкого гула ныли зубы.
Откуда-то снаружи раздался громкий скрежет, словно невидимый великан голыми руками разрывал неподатливое железо, а затем вагон качнулся, и девушка поспешно вцепилась в светильник на стене, чтобы не упасть. На какой-то миг ее ноги мазнули по воздуху, потеряв опору. Скрежет перешел в протяжный и долгий грохот, вагон накренился, и Анаис рухнула на пол вместе с остальными. Сквозь треснувшее стекло в вагон темной змеей заползли дым и горький удушливый запах.
— Небесные дьяволы! — Сдавленно выругались у нее за спиной. Вывернув шею, она рассмотрела своих товарищей по несчастью. Двое мужчин, один явно сильно старше второго. Растрепанные и помятые, они выглядели скорее разозленными, чем испуганными. И богатая одежда, и острые черты лица выдавали в них аристократов. С трудом встав, старший набросился с руганью на проводника, явно позабыв о воспитании. — Что, небеса вас раздави, происходит?
Проводник улыбнулся бескровными губами.
— Небольшая авария, милостивые господа, не о чем волноваться. Нам всего лишь нужно покинуть поезд. Давайте же спокойно перейдем в другой вагон…
Мощный взрыв раздался совсем рядом, снаружи полыхнуло нестерпимо белым, и людей швырнуло на пол, осыпав колючим дождем осколков. Анаис рефлекторно вскинула руку, чтоб заслонить лицо, второй только крепче прижимая к себе саквояж. В голове гудело, звуки доносились, словно сквозь подушку, а во рту было солоно от крови.
«Кажется, я прикусила себе язык», — неожиданно спокойно подумала девушка, даже не пытаясь встать. Мир расплывался и стремительно терял цвета, сердце колотилось быстро и натужно, но мысли текли размерено, словно все происходящее — не более, чем дурной сон.
«Да, — согласилась сама с собой Анаис, — это всего лишь сон. Я уснула в лаборатории, и все мне приснилось. И канцелярия, и бандиты, и Виктор…»
«Нет, — не согласился с ней чужой голос, — Это явно не сон. Вставайте, Анаис! Вам нужно выбираться отсюда».
Глаза слипались, стоило девушке приподняться, как ее тут же начало мутить, но она покорно села, не зная, за что хвататься в первую очередь — за гудящую голову или за саквояж с важными бумагами и совершенно бесценными реагентами. Где-то еще громыхало, но звук смазался и отдалился.
«Сотрясение мозга. Плохо, — голос в голове был явно обеспокоен судьбой Анаис даже больше, чем она сама. — Анаис, соберитесь. Я понимаю, что вам плохо, но если вы не сможете выбраться, вам скоро станет никак».
«Я понимаю, Виктор».
В голове прояснилось в достаточной степени, чтобы страх снова заставил Анаис следить за окружающим миром. Проводник уже успел подняться на ноги, и теперь помогал младшему из аристократов поднять спутника. Скандалиста оглушило сильнее, чем девушку, при падении он разбил голову, и редкие белесые волосы на затылке слиплись от густой крови. Юноша, явно его сын, пугливо оглядывался, словно боялся, что крыша вагона в любой момент рухнет на них.
Проводник взвалил на юношу безжизненное тело старика и склонился над Анаис.
— Сеньорина? Вы в порядке? Сможете встать?
Ей хотелось слабо простонать «нет», закатить глаза и сползти обратно на пол, но она пересилила себя и кивнула. Чужой голос в мыслях затих, но Анаис надеялась, что Виктор не оставил ее, что он ждет, что он готов в любой момент поддержать ее. Вряд ли бы такой аристократ, как д’Альбре, согласился бы подставить ей плечо, но она была благодарна и за то, что он разделил с ней страх и неопределенность этого жуткого момента.
Проводник безукоризненно вежливо поставил девушку на ноги, деликатно придерживая ее за талию. Под ногами похрустывало стекло, а воздух с каждым вздохом казался все горячее и горячее. Вагон — едва ли в тридцать метров длиной — теперь казался бесконечным, как предрассветный кошмар. Анаис шла, задыхаясь, почти повиснув на проводнике, ее уже не смущало, что мужчина прижимает ее к себе совсем уж неподобающе.
«К дьяволам! — Одернула себя Анаис, — Сейчас не время для этикета! Если я упаду, то уже точно не встану!»
Саквояж оттягивал руку, казался тяжелым, как гиря, на ноге у сбежавшего заключенного, но девушка и подумать не могла о том, чтобы бросить его. Ладно бумаги, их она запомнила, но в нем же ее реагенты! Где она раздобудет новые?
Шаг, еще шаг, и еще. Она сосредоточилась на простых действиях, на посторонних мыслях, чтобы не холодеть от ужаса: как ей теперь успеть в Сен-Амьен до вечера?
Наконец, бесконечный вагон закончился, обивка на стенах уже начала тлеть и вонять. Юный аристократ с трудом распахнул дверь в тамбур, но с разочарованным вздохом отпрянул.