Чтение онлайн

Мошенничество с паспортами приняло множество разнообразных форм, включая отправку умелых карманников из района Бауэри в Нью-Йорке, чтобы те крали паспорта, а затем покупку выкраденных документов у них по 10 долларов за штуку. Тогда их стали продавать уже по 30 долларов. Какое-то время этой операцией управлял с Бридж-Стрит, Нижний Манхэттен, Ганс фон Ведель, бывший нью-йоркский журналист. Когда Веделя отозвали в Германию, его преемник Карл Рурёде совершил ошибку, купив четыре паспорта у Альберта Адамса, нью-йоркского детектива, и добавил к этому еще объяснения, как внести изменения в эти паспорта, чтобы ими могли пользоваться другие люди. Он получил за это три года тюрьмы, но, во всяком случае, ему повезло куда больше, чем Веделю. Судно «Бергенсфьорд», на котором Ведель возвращался в Европу, было перехвачено на пути к Германии, и его пересадили на борт британского патрульного корабля, который тогда затонул.

За три недели до потопления «Лузитании» в 1915 году немецкое Верховное командование послало в Америку Франца фон Ринтелена, едущего со швейцарским паспортом на имя Эмиль Гаше (эту фамилию он «позаимствовал» у мужа своей сестры). Его задание состояло в том, чтобы восстановить у власти свергнутого мексиканского генерала Викториано Уэрту, и таким образом заставить американского президента Вильсона вмешаться в события и тем самым совершить новый политический промах, возможно, с еще более тяжелыми последствиями, чем недавняя высадка американских войск в Веракрусе в апреле 1914 года.

Захватив власть во время прежнего удачного переворота в феврале 1913 года, Уэрта организовал убийства прежнего президента Франсиско Мадеры и его заместителя в ходе операции, известной как «La Decena Tragica» («Трагическая десятка»). Вильсон отказался признать Уэрту, поддержав вместо этого его соперника генерала Венустиано Каррансу. После незначительного дипломатического инцидента в Тампико, когда моряки с американского военного корабля «Долфин» сошли на берег, чтобы выгрузить припасы, и были арестованы мексиканцами, 21 апреля 1914 года Вильсон узнал, что немецкий пароход «Ипиранга» везет 200 пулеметов и 15 миллионов патронов, чтобы выгрузить их в порту Веракрус для Уэрты. Американский корабль заблокировал «Ипирангу», а американские морские пехотинцы высадились в порту и захватили таможню в ходе боя, в котором погибло 19 американцев и 126 мексиканцев. Хотя американцам пришлось принести немцам оскорбительные извинения за блокирование «Ипиранги», Уэрте так никогда и не удалось восстановить свою политическую власть после Веракруса и, потерпев ряд поражений от повстанцев под командованием Хосе Доротео Арамбулы (более известного как Панчо Вилья), он уехал в Испанию незадолго до начала Первой мировой войны.

38-летний фон Ринтелен обладал аристократичными манерами, говорил на хорошем английском языке и уже работал в Америке представителем «Дисконто Гезельшафт», второго банка Германии с 1906 года в течение трех лет, пока не уехал в Мексику. В результате у него там уже был широкий и изысканный круг важных деловых и светских знакомств. Уехав из Нью-Йорка, Ринтелен женился, а когда началась война, вернулся на флот в должности финансового советника главного морского штаба. Вместе с Робертом Фаем, который сражался в Вогезах и был награжден Железным крестом, он вернулся в Америку 3 апреля 1915 года

Фай, который жил в Манитобе с начала века, и его шурин механик Вальтер Шольц открыли автомастерскую в Риверсайде в штате Нью-Джерси и оттуда управляли фабрикой, делающей бомбы-«карандаши», с помощью которых выводили из строя суда, перевозящие военные грузы в страны Антанты. Более 40 судов подверглись диверсиям, и несколько из них утонули. В мае 1916 года пароход «Кирк Освальд» прибыл благополучно в Марсель, где на нем и были обнаружены бомбы, после чего их путь проследили до Фая. Власти заподозрили его, когда Фай попытался купить большое количество тринитротолуола у французской торговой палаты. Когда был проведен неожиданный обыск в его помещениях, там нашли большое количество динамита. За Фаем и Шольцем установили слежку, тайно сопровождая их до Грантвуда, штат Нью-Джерси, и, как рассказывается в одной истории, когда один из сыщиков чихнул, их преждевременно арестовали. В то время они как раз собирались отправиться в Чикаго. При аресте Шольц заметил: «Похоже, это потянет на 20 лет». Но получил он только семь. Фай сбежал из федеральной тюрьмы в Атланте и добрался до Балтимора, где немецкий детектив Пауль Кёниг посоветовал ему уехать в Сан-Франциско. Из страха, что его убьют, он, вместо этого поехал в Мексику, а оттуда в Испанию. Он был арестован в сентябре 1918 года и депортирован в Америку, чтобы досидеть оставшийся срока заключения.

Кроме задачи спровоцировать Вильсона на нападение на Мексику, другие цели фон Ринтелена состояли в том, чтобы выкупить завод по производству боеприпасов у фирмы «Дюпон» и с помощью забастовок и диверсий попробовать остановить производство на других компаниях. Сначала он с Хайнрихом Альбертом создали подставную фирму «Bridgeport Projectile», через которую скупали порох, а затем разрушили ее. Он также работал над организацией «Национальный рабочий совет за мир», который предназначался для провоцирования стачек и «итальянских забастовок» в портах на побережье и на заводах. Через своего делового агента Дэвида Ламара фон Ринтелен инвестировал более чем полмиллиона долларов в «Совет», большую часть из которых Ламар прикарманил для собственного использования. Он также работал с Фаем над усовершенствованием бомб-«карандашей» на борту лайнера «Фридрих дер Гроссе», тогда интернированного в Хобокене.

В самый разгар всей этой деятельности американской контрразведке удалось добиться успеха, когда Вольф фон Игель, иронически прозванный «Арнольдом фон Винкельридом с Уолл-стрит», прикомандированный к немецкому посольству и выдающий себя за рекламного агента, попал под арест, под суд, а затем в тюрьму. 18 апреля 1916 года, когда агенты американской Секретной службы ворвались с обыском в его бюро, он возмущался, настаивая, что находится на немецкой территории, и произнес: «Только выстрелите, и начнется война». Они не выстрелили, война не началась, но в руки американцев попали ящики, полные инкриминирующих документов. В сейфе фон Игеля нашли, среди прочего, письмо от немецкого генерального консула в Шанхае с отчетом о действиях разведки на Дальнем Востоке.

Фон Ринтелен был отозван 6 июля 1916 года, когда его полезность, очевидно, уже была исчерпана. Кроме того, немцы опасались, что об его деятельности стало слишком много известно, и арест его был неизбежен. Конечно, американцы «опекали» и фон Ринтелена и генерала Уэрту, к тому времени вернувшегося из Испании, настолько плотно, что каждая их встреча и телефонный звонок были зарегистрированы. Приказ об его отзыве поступил спустя два дня после задержания Уэрты в Ньюмене, штат Нью-Мексико. Уэрта был обвинен в заговоре с целью нарушения законов Соединенных Штатов о нейтралитете. Какое-то время он находился под домашним арестом, но был позже отправлен в тюрьму в Эль-Пасо, где и умер от цирроза печени 13 января 1916 года.

Фон Ринтелен, путешествуя снова под именем Эмиля Гаше на нейтральном лайнере нидерландско-американской компании, потерпел на этот раз неудачу. В августе 1916 года он был арестован по «наводке», после того, как судно вошло в английские воды, и в Саутгемптоне его обнаружили в его каюте с известной актрисой Вест-Энда. Он знал довольно много о личной жизни своей сестры и делах своего шурина, чтобы достаточно убедительно отвечать на вопросы по своей «легенде», и практически выдержал допрос сэра Бэзила Томсона в Скотланд-Ярде. Он также убедил и швейцарского посла. Но в последнюю минуту «Моргун» Холл, прибывший на допрос с опозданием, предложил, чтобы английское посольство в Берне попыталось узнать в Швейцарии, возможно ли в принципе, чтобы Эмиль Гаше в данный момент находился в Лондоне.

Версия этой истории у самого фон Ринтелена немного отличается. Он утверждал, что ему уже разрешили пойти в отель «Сесиль» на Стрэнде тем вечером, но когда он услышал слова о дипломатической миссии в Швейцарии, то понял, что игра окончена, и, попросив разрешения обратиться к Холлу, признался, что он немецкий офицер. Холл щедро угостил его, прежде чем отправить в Доннингтон-Холл в Лестершире, где фон Ринтелен пробыл в статусе интернированного на продолжении 21 месяца, прежде чем сбежал оттуда. Через несколько часов его поймали в Лестере. В 1917 году фон Ринтелена отослали назад в Америку, где его судили за заговор, направленный на разжигание рабочих волнений, и он получил год тюрьмы. Когда 7 февраля 1918 года он был приговорен за мошенничество с паспортом и заговор с целью минирования британских судов, судья прокомментировал, что он сожалеет о невозможности применения смертной казни в данном процессе. Всего фон Ринтелен получил в общей сложности 50 месяцев тюрьмы.

Об отзыве фон Ринтелена и его аресте выдвигались различные теории. Одна гипотеза состояла в том, что фон Папен, ревнующий к его успеху, послал закодированное сообщение в Германию, говоря, что фон Ринтелен становится опасным. При этом, мол, он знал, что британцы взломали шифр, и, прочитав депешу, проследят за его конкурентом. Другая история, подтвержденная лордом Ньютоном в 1933 году, предполагала, что Холл сам послал телеграмму об его отзыве. Есть версия о том, что его отозвали из-за «светских ухаживаний» за Энн Сьюард, племянницей Уильяма Сьюарда, госсекретаря времен Авраама Линкольна. 2 июля 1915 года она написала, что фон Ринтелен был тайным, но близким эмиссаром кайзера: «Его высказывания являются отчетливо агрессивными, и его угрозы вызывают тревогу».