Чтение онлайн

– Светит, но не греет, - ответил Штирлиц.

– Понятно. Где его документы?

– У него.

– Документы на стол!

Штирлиц подошел к одному из столов, покрытых серым брезентом.

– Вам о моей пенсии Леонид Ильич позвонил?
– спросил Штирлиц.

– Кто?

– Кто-кто!
– передразнил Штирлиц.
– Генеральный секретарь Брежнев!

– На счет тебя-то?

– Ну.

Стыдоба покрутил пальцем у виска.

– Старик, твой любимый Брежнев давно уже умер!

– Правда? В последнее время я что-то политикой не интересовался, - оправдался Штирлиц.
– А кто теперь хозяин?

– Михал Сергеевич Горбачев.

– Он хороший?

– А как же! "Даешь новое мышление, товарищи!" - ошибаясь в ударении, Стыдоба процитировал жизненную позицию нового Хозяина. Ладно, некогда нам лясы с тобой точить, выкладывай документы.

Штирлиц снова посмотрел на столы. Теперь он отчетливо видел, что из-под одного брезента выглядывают чьи-то грязные, посиневшие ноги. Штирлиц насторожился.

– Что-то мне не верится, что это Пенсионный Фонд. Может быть я в морге?

– Дед, какая тебе разница? Тебе все равно на кладбище пора!

– Я еще поживу, - ощетился Штирлиц и прыжком метнулся к двери.

Мустафаев хохотнул. Поигрывая ломиком, оказавшимся в его руках, злодей приблизился к русскому разведчику.

– Сейчас как дам по голове!
– угрожающе сказал он.

Штирлиц вмазал ему промеж глаз своим кастетом, который, как в сказке, почему-то всегда оказывался у него под рукой. Узбек отлетел и повалился на один из столов, опрокинув лежавший на нем труп. Труп ударился о пол своим бородатым старческим лицом, да так и остался лежать.

Зайчик ударил Штирлица цепью по ногам, а потом по голове. Заливаясь кровью до самых ног, Штирлиц упал и Зайчик уселся на него верхом.

– Арап Феоктистович, давайте хлороформ! На этот раз прыткий попался, в десанте, наверное, служил!

Через минуту Штирлиц уже ничего не чувствовал.

Стыдоба отдышался. Мустафаеву наложили на нос компресс, а Штирлица перенесли на стол, освободившийся во время потасовки.

– Кто он такой? Что там у него в паспорте?
– спросил Стыдоба.

– Написано Исаев, а больше ничего не видно. Все кровью заляпано.

– Ладно, какая разница! Брось документы в топку. Теперь его прошлое не имеет никакого значения.

– Это точно, - заулыбался Зайчик.

Трое негодяев снова подошли к Штирлицу.

– Однако, стар он уже, может не вытянуть, - заметил Стыдоба, осматривая добычу.

– Посмотрим.

– Тебе посмотреть, а мне работы на два часа! За две недели двенадцать трупов, не могут перенести операцию и все тут!

Стыдоба натянул резиновые перчатки и достал чемоданчик с инструментами. Штирлица раздели и протерли ребра на правой стороне спиртом. Хирург нашел в куче сваленных инструментов скальпель почище и сделал разрез, из которого волнами хлынула кровь. Кровь остановили, и Стыдоба достал капсулу, которую приложил к желудку.

– Подсосалась?

– Кажись, да, шеф.

Капсула действительно со смачным хлюпом вошла в желудок, Стыдоба удовлетворенно хмыкнул. Штирлица зашили.

– Может быть, хоть с этим повезет. Так-то все органы у него в порядке. Старый только.

– Здоровый образ жизни, наверное, вел.

– Это точно. Есть еще такие старики, которые за собой следят, сказал Стыдоба, ожидая, что его тоже похвалят, но двое мордоворотов промолчали. Тогда Стыдоба по-шпионски пошутил: - Хотя как можно следить за собой? Это же извращение!

Негодяи достали бутылку водки и, посмеиваясь, стали без всяких тостов пить.

ГЛАВА 5

ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ В ЗАТОЧЕНИИ

Штирлиц проснулся в отвратительном настроении. Так часто бывает, когда просыпаешься в заточении на железной кровати. Он вяло откинул одеяло и обнаружил на себе полосатую пижаму заключенного.

При детальном осмотре на левой стороне живота обнаружился полуметровый шрам, замотанный бинтами. Под бинтами болело.

"Распотрошили, что ли?" - подумал Штирлиц.

На соседней койке лежал заросший, нечесанный парень, который что-то бормотал во сне. Целый час Штирлиц прислушивался, но так ничего и не понял.

Наконец, парень проснулся. Он резво вскочил и, не обращая на нового соседа никакого внимания, стал бегать по комнате, распевая:

– Эх, долго ли, коротко ли, шел я по кривой дорожке, да пришел черт-те знает куда...

– Эй, сосед!
– окликнул Штирлиц.
– Где я?

– Здесь, - беспечно ответил придурковатый парень.

Штирлиц встал и схватил паренька за грудки.

– Я тебя, кажется, о чем-то спросил!

Придурок посмотрел на Штирлица мутными глазами.

– Только попробуй! Я драться не умею, я если бью - сразу насмерть!

Штирлиц дал ему по голове, парень повалился на кровать и заплакал.

– Ну что, парень, будешь говорить?

– Какой я тебе парень?
– захныкал сосед.
– Мне восемьдесят два года! Я здесь уже пять лет сижу... Меня Ванек зовут... Как там наверху? Кто у власти-то?

– Свои, - лаконично ответил Штирлиц, отпуская уже поднятый кулак.

– Здесь тепло, кормят каждый день, - паренек, перестав плакать, радостно запрыгал на кровати.
– Хочешь я тебе неприличную частушку спою?

– Одну?

– Ага.

Ванек вскочил с железной кровати и вприсядку прошелся по комнате. Здесь обнаружилось, что одна штанина обмотана у него вокруг ноги, вторая оторвана вовсе. Потанцевав, Ванек встал, широко раскинул руки в стороны и прокричал в лицо Штирлицу:

– Триппер - это не болезнь,

То ли дело сифилис!

Моя Манька заболела,

Все клопы повывелись! И-эх!..

– Чудак ты первой величины!
– заметил Штирлиц, вытирая непрошенную слезу.

Да, тяжело жить рядом с придурком. Штирлиц вздохнул.

Заскрежетали железные двери, в комнату вошел Зайчик, одетый в белый халат.

– Здорово, старички. Пожрать вам принес...

– Ты санитар, что ли?

– Теперь санитар.

Штирлиц нехотя поел. Потом Зайчик нацепил на него какие-то датчики и пол-часа снимал показания загадочных приборов. Закончив, он сделал Штирлицу укол, от которого разведчик снова забылся. На мгновение ему показалось, что сквозь дымку и пелену сна над ним склонилось лицо мелкого пакостника Бормана. Штирлиц пробурчал ему "Сгинь, отрава!" - и отключился.