Штрафной удар в сердце
Шрифт:
— Не-а, — отозвался он, откидываясь на маленький голубой шкафчик и расставляя ноги так широко, что я с ужасом поняла — ни штанов, ни шорт на нем не было.
Я молилась, чтобы хотя бы боксеры были.
— Я говорю выйди, pendejo.
Я уставилась на кузину с надеждой, что мой взгляд даст понять, какого придурка она притащила домой. Румянец на ее щеках дал надежду, что она поняла.
— Пошли, Вайпер, — пробурчала она и вытолкала его из ванной, схватив за плечо, не оборачиваясь.
Когда я вышла в основную часть квартиры, Грасиэлла уже развалилась на своей кровати — одна.
— А где дешевый клон Энди Бирсака28? — спросила я, открывая холодильник, чтобы достать воду.
Она показала мне средний палец, даже не подняв глаз от телефона.
— Ему нужно на репетицию.
Я фыркнула от того, насколько точно угадала с первой попытки, и этим заслужила ее полное внимание.
— Прости, что не все встречаются с горячим хоккеистом-звездой. С горячим, богатым хоккеистом, между прочим, — ухмыльнулась она, и все мои опасения по поводу ее злости тут же улетучились.
Я плюхнулась на ее одеяло в полоску, легла на бок, подперев голову рукой.
— Мы делаем вид, что встречаемся, — поправила я.
— Пока что. Но вот увидишь, вы влюбитесь без памяти друг в друга.
— Эй… — я цокнула языком на ее нелепое утверждение, но она даже не подумала остановиться.
— Нет, запомни мои слова. Я даже в дневник это запишу, — из-под бледно-розовой шелковой подушки она вытащила потрепанный блокнот. Она записывала все в эту чертову тетрадь. — Какое сегодня число? Ладно, неважно. Ариэлла и Далтон по-настоящему влюбятся, и это будет их любовная любовь, — произнесла она, строча в блокноте, пока я закатывала глаза.
— Ну да, особенно хорошо это все воспримет моя семья, — проворчала я, заваливаясь на спину и уставившись в потолок с открытыми трубами и воздуховодами.
— Конечно, мой дядя и primo29 сначала взбесятся, но потом остынут, — сказала она.
Я перевела на нее взгляд и прищурилась.
— Он что, заплатил тебе за поддержку? Ты же даже не знаешь Далтона.
— Нет, — протянула она. — Но я знаю тебя. И тот факт, что ты вообще дала этому парню шанс, говорит о многом. Подумай, Ари. Ты никогда ни с кем не ходишь на свидания, а тут согласилась, когда он был тебе совершенно незнаком.
Я поджала губы. Она права, но сдаваться я пока не собиралась.
— И ты доверилась ему со всей этой авантюрой.
— Да потому что у меня не было выбора, — возразила я, но даже сама не особо поверила в свои слова.
Граси фыркнула:
— Да ладно, никто не может заставить тебя что-то делать. Именно поэтому Рики так бесился, когда мы учились в колледже. Ты не подчиняешься — ты отстаиваешь себя.
Ее слова одновременно согрели и ударили под дых.
С одной стороны, я гордилась тем, что прокладывала свой путь, но с другой — это напомнило, что многие мои решения шли вразрез с ожиданиями семьи.
— Ты с ними разговаривала? — тихо спросила она.
Я глубоко вздохнула. Да, разговаривала. Но каждый раз, как только они звонили, я выдумывала причину, чтобы закончить разговор побыстрее. Надолго этого не хватит. Скоро они что-то заподозрят, и тогда мне придется объяснить, почему я их избегаю.
— Да, разговаривала. Но не с тех пор, как… — я резко села, указывая пальцем на Граси, которая смотрела на меня с округлившимися глазами. — No digas nada30. Ладно? Ни слова о том, что я встречаюсь с Далтоном.
Она скривилась и снова показала мне средний палец.
— Ага, прям первая моя мысль — рассказать им о твоей любви.
— Я не влюблена.
— Пока что, — парировала она, лицо вдруг стало серьезным. — Но серьезно, что ты собираешься им сказать насчет Далтона?
Я снова завалилась на кровать, уставившись в открытые трубы на потолке.
— Ничего. Я найду решение, расстанусь с Далтоном и продолжу жить как планировала. Им вообще не нужно знать.
Граси расхохоталась так, что я всерьез испугалась, что ей понадобится ингалятор.
— Ари, как королева игнора проблем и жизни в розовых очках, даже я понимаю, что это тупейший план на свете. Он буквально золотой мальчик НХЛ. Его отец владеет командой. Вас с ним скоро везде начнут показывать.
Она не сказала ничего нового. Я и сама все это уже обдумывала. И она была права — я просто делала вид, будто этих проблем не существует.
— Мой папа пересматривает одни и те же футбольные матчи с прошлого века, — пробормотала я то ли ей, то ли себе. Этот мужчина точно не будет смотреть хоккей.
— А Рики? — она метнула в меня осмысленный взгляд. — Ты правда думаешь, что твой двадцатисемилетний брат, который следит за тобой, как ястреб, не будет следить за командой, в которой ты теперь работаешь? Или не загуглит твое имя, чтобы узнать, что там новенького?
Я застонала и закрыла лицо рукой.
Она озвучила вслух то, чего я боялась больше всего — ту самую загвоздку в этом всем «соглашении», о которой старалась не думать.
Кроме, конечно, встречи с отцом Далтона.
И именно в этот момент, будто по сценарию злой вселенной, на экране телефона высветилось имя моего брата.
Мы с Граси уставились на вибрирующее устройство, потом переглянулись, расширив глаза.
Это было как тогда, когда мы обе соврали, что ночуем друг у друга, чтобы сбежать на вечеринку. Рики позвонил минут через десять после того, как мы туда пришли, и потребовал знать, где мы, черт подери.
— Ни. Слова, — прошептала я своей кузине, отвечая на звонок и включая самый невинный тон. — Рики, как приятно, что ты позвонил! Мы как раз о тебе говорили.
О, боже, он точно что-то заподозрит.
— ?Que chingados estas haciendo31?
Я застыла.
— Что… что ты имеешь в виду? Я ничего не творю. Мы с Граси просто сидим у себя в квартире, ничего не делаем… совсем ничего.
Она беззвучно спросила губами: «Какого хрена?» — прежде чем вмешаться и спасти меня от этого бреда.
— Привет, primo. Как там Калифорния? — спросила она, отняв у меня телефон и включив громкую связь.
Рики нервировал меня больше, чем папа. Он как будто чувствовал, когда я собиралась сделать что-то, что ему бы не понравилось.