Чтение онлайн

Хотел уже отключиться, как вдруг услышал:

– Крёстный, подожди. – Я вновь приблизил телефон к уху. – Для сведения: Юрьев всё ещё под следствием, но до меня дошли слухи, что на него вешают какие-то дела с сомнительными захоронениями…

– Понял, – сухо ответил я и, разорвав связь, кинул мобильный на столешницу. Он тут же загудел, оповещая о входящем сообщении.

Сергей:

«Селивёрстова Злата Руслановна

тел. (XXX) XXX XX-XX

Карины у неё нет. И даже не звонила»

Я нервно сглотнул, оттягивая удушающий воротник рубашки. Опять закурил, включая мозг на полную мощность и заставляя его искать ответы.

Вперив взгляд в дверное полотно напротив, я снова и снова прокручивал в голове события двухлетней давности и рассказ Соловьёвой – подруги Карины в попытке пройти по возможному сценарию инсценировки смерти Радонежского.

Тиран и жертва...

Жертва и тиран…

Что, если они поменялись местами?

Не имея достоверной информации о планах Кары, Радонежский никак не мог это почувствовать.

– Почему нет? – с силой выпуская дым в потолок, подвергнул сомнению свои мысли.

Тиран неожиданно почувствовал себя жертвой. Догадался, что ему уготовлена учесть пациента психиатрической больницы.

– Как? – сместил фокус сознания на детали.

К примеру, заметил, как жена добавляет таблетки ему в чай, или получил непредсказуемые результаты, сдав экстренные анализы.

Допустим. Что дальше?

Жёсткий абьюзер. Каковы его мысли?..

Он знал, что Соловьёва работает в психушке. А значит, именно она поделилась с ней рецептами для приобретения нужных препаратов... А может даже сама же ими и снабдила – не важно.

Награждая себя глубокой затяжкой, я вытащил свободной рукой несколько листов из пачки бумаги и принялся кратко, но торопливо записывать карандашом свои мысли. Добавил на бумагу убийство Радонежского, начертив крестиками четверых участников; стрелкой обозначил переезд Карины с детьми и Кириллом в этот город; слева изобразил её близких до трагедии – мать, кум, Соловьёва, а справа – после: мать, Соловьёва, Селивёрстова, Кирилл.

Взглянул на общую картину и поморщился – Кирилл… Всегда рядом. Крёстный мальков. Друг семьи.

Невесело хмыкнул и, стряхнув с очередной сигареты пепел, пробормотал себе под нос:

– А ведь Радонежский – патологический ревнивец.

Стопроцентно он недолюбливал Сомова. А значит, итоговая связка для него, скорее всего, выглядела так: Карина – Кирилл – Соловьёва.

И вот тут я снова подбросил себе свой вопрос: каковы его мысли?

«Карина решилась избавиться от меня – я теряю над ней свою власть, теряю сильную позицию. Я слабею»

Эти размышления натолкнули меня на следующий, по моему мнению, самый важный вопрос: что для него сверхценность? Власть, или Карина?

Если – исключительно власть, то он мог, почуяв неладное, отойти в сторону и подыскать себе другой объект. Зачем такие сложности?

– Дело ни в том, ни в другом? – попробовал изменить свои предположения и начал чиркать зажигалкой.

Что ещё могло вынудить бизнесмена инсценировать свою смерть?

Долги?

Да, как выразилась Соловьёва, у него действительно «осталась целая куча долгов». Но это абсолютно точно не те суммы, ради которых рискуют жизнью.

5:00

– Выходит, Карина… – я достал последнюю сигарету из пачки и, щёлкнув зажигалкой, закурил.

В этом случае всё кристально ясно. Своей смертью он хотел избавиться сразу от двух препятствий: подставить Кирилла, устраняя таким образом своего конкурента, и убить Радонежского, тем самым перерождая нового себя.

Нового себя…

Горло перехватил спазм, и я откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. Натренированное ощущение угрозы разрасталось внутри с бешеной скоростью. Примешивающийся к нему бессильный гнев на короткое мгновение ухитрился затопить моё сознание, заставляя до боли в суставах стиснуть рукой подлокотник.

Временное жильё… Другая внешность… Поддельные документы…

Я лихорадочно затянулся.

Переезд следом за Карой и детьми… Период восстановления после операций…

Долго… Терпение на исходе… Воровство вещей…

Знакомство в новом обличии…

Вот только было ли?..

В солнечном сплетении болезненно закололо, будто ледяную иглу воткнули.

– Кто? – с хрипом выдохнул клуб дыма и выпрыгнул из кресла, стараясь навести резкость.

В памяти всплыл лишь один человек.

– Уничтожу! – зарычал, подхватывая телефон со стола.

Камыш

6:00

Худшее, что может быть – это выбрать не тот путь. Ведь каждый выбор имеет последствия. Следовательно, мне необходима серьёзная зацепка, которая смогла бы подтвердить мои выводы. Именно за этим я и сорвался к Селивёрстовой.

– Я не представляю, куда Кари могла податься на ночь глядя! – взволнованно говорила девушка, шлёпая жёлтыми тапками в сторону своей небольшой кухни. – Девчонок я сразу обзвонила. Последний раз мы переписывались в чате вчера утром… Присаживайтесь, – указала рукой на табуретку возле стола и направилась к электрическому чайнику.

– Куда она ещё могла пойти? – уточнил я, опускаясь на сиденье.

– Только к Кириллу…

– Сомов в Красноярске.

– А… – начала она, размещаясь напротив.

– В его доме её нет – проверили, – перебил, предвосхищая её вопрос.

Злата задумчиво пожевала губу, а затем, нахмурившись, спросила:

– Вы её обидели, да?

– Злата, подумай хорошенько, вспомни. Есть ещё кто-то? – проигнорировал её слова. – Ты сейчас должна быть максимально откровенна.

– Я думаю, правда, – под моим пытливым взглядом она сгорбилась, обхватывая себя за плечи. – Но больше Кари некуда идти… Если только в гостиницу, или отель… Или снять квартиру на сутки.

Твою ж мать…

– Может, какой-то знакомый? – подкинул идею я, чувствуя, что начинаю заводиться.

– Назар! – воскликнула девушка, её глаза заблестели.

– Кто он?

– Он… он… – замялась Злата.

– Говори, как есть! – гаркнул я.

Селивёрстова подпрыгнула на месте и тут же затараторила:

– Да я о нём почти ничего и не знаю. Они познакомились на одной из свадеб. Ещё полгода назад. Где-то в начале января.

– Конкретнее. Чья свадьба? Контакты?

– Сейчас, – бросила она на ходу и выскользнула из кухни. Пара секунд, и девушка вернулась, удерживая в руках толстую записную книжку. – Это было… – усевшись за стол, принялась листать странички. Внезапно раздался щелчок чайника, вода забурлила, – десятого января. Да, точно! Дарина и Евгений. У них ещё большая разница в возрасте… – встретившись со мной взглядом, она оборвалась на полуслове. – Э-э-э… Да! Есть их мобильные, – укладывая прямо передо мной раскрытую книжку. – Назар тогда очень помог Кари.