Чтение онлайн

Можно я лирически отступлюсь и побуду пейзажистом? Нам очень сильно повезло, что мы на Сицилии весной, летом и осенью тут, скорее всего, все выжженно солнцем. А сейчас просто глаза разбегаются. Храмы стоят на почти плоской долине, расположенной у подножия холма, с которого мы спускались. Солнце еще несмело прогревало землю, воздух в терракотовой дымке и вся долина нежно-пастельного тона, включая и сами храмы, яркими мазками между строениями цвели разноцветы. С каждым поворотом картинка, приближаясь, увеличивалась, добавляя деталей, четкости.

На стоянке мы оказались первыми, и тут нам опять повезло. Сейчас в Долине только мы и Храмы в дорическом стиле, утонченном и изысканном. Окружающее пространство поражало божественной гармонией камня с окружающей природой. В очередной раз убеждаюсь, что греческие боги не лишены вкуса.

Решили начать с храма Геры (она же Юнона, она же жена Зевса, она же покровительница и защитница женщин и брака. Хотя мне со студенческой зубрешки она запомнилась как ревнивая жена и злая мачеха). Храм расположен выше всех и отсюда открывается великолепный вид на всю долину, а сейчас это - море цветов, в которых островами обозначались величественные руины античности V-VI веков до н.э.. Когда-то в храме хранилась знаменитая картина с изображением Юноны, написанной греческим живописцем Зевксисом. Для этой картины Зевксис осмотрел в обнаженном виде всех девушек древнего Агридженто и выбрал из них пять, чтобы воспроизвести на картине то, что у каждой из них в отдельности было им одобрено. Оказывается, идеала не было и в то время, собирали, что называется с мира по нитке.

Дорожка вела нас параллельно старой городской стене с большими сквозными дырами наподобие арок. Василина тут же забралась внутрь одной для запечатления себя.

– Интересно, для чего они тут проделаны? – спрыгнув, поинтересовалась она.

– Захоронения тут раньше были, - внесла я предложение.

– Это я получается осквернила память усопших? – расстроилась подруга.

– Не переживай, сейчас это достопримечательность. До тебя тут всё успели осквернить толпы народа, начиная с карфагенян.

Подошли к храму Согласия (Concordia), согласно путеводителю, он лучше всего сохранился. Античное святилище в VI веке превратили в храм, это и спасло его от дальнейшего разрушения и варварства.

Храм Геракла (он же Геркулес и сын Зевса, нарекла его так прорицательница пифия, что в переводе "совершающий подвиги из-за гонений Геры") олицетворял собой силу и мощь Геркулеса, которого особенно любили на Сицилии. Из 38 колонн храма Геракла сохранились только восемь.

Перешли дорогу и оказались у самого величественного Храма V век до н.э. Зевса Олимпийского (он же Юпитер, он же самый главный на Олимпе, именно у него непререкаемый авторитет и власть). Для устойчивости здания, помимо уже привычных нам колонн, использованы Теламоны 7,5 м высотой (это такие "атланты", которые на согнутых руках поддерживали антаблемент храма). Одного такого Теламона оставили поверженным лежать недалеко от храма, а его собрат хранится в Археологическом национальном музее. Греки размахнулись ради Зевса, его храм занимает площадь 6500 кв.м, высотой более 30 м, 112 м в длину и 57 м в ширину. Зевс на то и Зевс, чтобы возвеличиваться над всеми.

Обойдя все храмы, возвращались к машине уставшие и немного придавленные всей этой величественностью и масштабностью, нам повезло сегодня и в третий раз, про отсутствие народа я уже говорила, а вот про утро… утром все иное, в утренней прохладе храмы другие, более откровенные, более уязвимые. У меня не возникло чувство умиления, щемящей тоски от вида былого великолепия, как не так давно в Катании, когда я видела заброшенные палаццо, тут было просто восхищение пропорциями, размахом, но больше удовлетворение эстета от общей картины, от самой Долины. Когда мы возвращались, солнце начало хорошо припекать, толпы туристов быстро обегают строения. Храмы стоят замкнутые своей величественностью, недоступные божественностью. Ушла гармония, единение с природой, Долина превратилась в многолюдную достопримечательность, закрылась официальными ярлыками: «наследие ЮНЕСКО», «объект мирового значения».

Припекаемые солнцем, вернулись в город, нашли симпатичный ресторанчик и разрешили себе расслабиться, просто посидеть, никуда не торопясь, насладиться неспешно трапезой на итальянский манер. А то мы всегда галопом, не то что торопимся, но обед для русских – это просто прием пищи, а для итальянцев – это праздник и отдых. Вот и решили отдохнуть, посмотреть на сицилийцев за соседними столиками, окунуться в их шумную неторопливость. За соседним столиком обедают четверо служащих мужского пола, они щедро одаривают нас стандартными комплиментами, прицокивая, причмокивая, прижимая руку к сердцу, прикрывая другой ладонью глаза, ослепленные нашей неземной, божественное красотой, но на большее не решаются.

Сицилийцы – прирожденные актеры, и вся их жизнь порой выглядит одной длинной пьесой. Большую часть жизни они проводят на публике, выставляя себя напоказ, а показать себя они умеют. Вот и сейчас, заигрывая с нами, они словно проигрывают на сцене каждый свою роль. Каждый жест отточен: мимолетная улыбка, подаренная Василине, мимолетна ровно настолько, чтобы заинтриговать, а жгучий взгляд мне – посыл к действию. У них это очень естественно и легко происходит. Относиться к жизни легко, а главное – показать другим, что ты относишься к жизни легко, где бы ни был – на пляже, на дискотеке или на службе – это и есть стиль жизни для них.

Очень много внимания итальянцы уделяют своему внешнему виду. Сицилиец всегда одет подобающим образом, ведь для роли нужен соответствующий антураж. Начальник вокзала должен быть в форме, чтобы выглядеть как начальник вокзала, не то он может провалить свою роль. Главное в жизни – это стиль. Таксист, учитель, врач, адвокат, инженер должны быть одеты и вести себя в точности как таксист, учитель, врач, адвокат, инженер. Благодаря стилю, итальянцы с удовольствием занимаются самой что ни на есть нудной работой, скажем, служат охранниками или телохранителями. Сами посудите, сколько тут возможностей показать, как ты хорошо выглядишь, как доволен своей жизнью. И неважно, что работа утомительная или за нее мало платят, неважно, умеет ли охранник стрелять, есть ли у него лицензия на ношение оружия – важно хорошо смотреться в своей роли.

Наши Казановы были явно служащими, в темно-синих отутюженных пиджаках, белых рубашках, начищенных до зеркального блеска туфлях. Мы с ними успели вволю накокетничаться, пока нам не принесли вина, и пока мой взгляд не упал на соседний столик слева от нас.

– Васькаааааааааааа, - простонала я, растекшись по столику.

Она перевела взгляд туда и тоже зависла в немом восхищении. Рядом с нами сидел Аполлон неопределенного возраста, ему могло быть и тридцать, и сорок, черные вьющиеся волосы до плеч, карие глаза, одет очень ярко: светлые брюки, красный джемпер и синий шарф. Но не все это было главным, а его оценивающий с усмешкой взгляд брутального мачо с хищным блеском в глазах. И я готова отказаться от сегодняшнего десерта, поспорив о том, что он не опускается до банальных комплиментов, ему достаточно только раз посмотреть на женщину, и она уже согласна идти за ним на край света.

Мы с Васькой, как два кролика, уставились на него. Я даже рот открыла от восторга, знакомая дрожь легких иголочек пробежала по правой руке – захотелось взять кисть в руки.

– Scusi, - выдавила я хрипло по-итальянски и перешла на привычный английский, - можно вас сфотографировать?

– Si, - немного удивился он, но выглядел при этом очень довольно.

– Васён, быстро к нему за столик и можешь даже слюни пустить от обожания.

Она уже сделала движение к этой соблазнительной брутальности, но с сожалением плюхнулась на свое место.

– Мне муж нос сломает, если увидит это фото, - с горечью выдохнула она.

– Черт, держи фотоаппарат. С разных ракурсов, чтобы и ноги, и крупно лица вошли, - сунула ей камеру и уселась напротив сицилийского божества. Васька в принципе знает и без меня, какие ракурсы мне нужны, ну так… чтобы привести ее в чувства.

Он развернулся ко мне, вынул, не глядя, из стакана на столе розу, протянул мне. Васька, судя по всему, зависла. Мне нужен этот мужчина, сейчас я оценивала его, как картинку: сзади хороший фон, свет падает на него правильно, поза очень удачная.