Чтение онлайн

Глаза Боба округлились.

– Правда?

Когда я кивнул, Боб повернулся и улыбнулся крупному мужчине, сидевшему рядом с ним.

– Видишь, я знал, что он отлично впишется в нашу компанию. Судьба не дала бы Самсону пару, которая не вписывалась бы в нашу компанию, не тогда, когда он принадлежит нам.

У меня отвисла челюсть, когда я увидел, как Шейд растаял. Мужчина наклонился и запечатлел поцелуй на губах Боба.

– Ты был прав, любимый.

Боб просиял.

Я пообещал себе, что испеку для него самый большой шоколадный торт, какой только смогу, просто чтобы снова увидеть эту улыбку на его лице. Внезапно стало немного легче дышать.

– Я человек, - сказал Боб, оглянувшись на меня.
– А ты кто?

– Боб, - предостерег его Шейд.
– Невежливо спрашивать кого-то, в кого он превращается. Я уже говорил тебе об этом.

– Ну, конечно, - ответил Боб.
– Но Генри - это прайд. Его можно спросить.

Я заерзал на своем месте, когда все взгляды обратились ко мне.

– Технически, он еще не в прайде, Боб, - объяснил Синклер.
– Помнишь ту штуку с мизинцем?

Боб кивнул.

– О да.

Я прищурился.

– Что-то с пальцами?

– Обмен кровью.

– Ах да.
– Я вспомнил. Оборотни принимались в прайд сразу после рождения, но официально становились взрослыми членами, когда впервые превращались и обменивались кровью с альфой. Мне было четырнадцать.

– Ну что ж, - сказал Боб.
– Тебе просто нужно будет обменяться кровью с Синклером.

Хм.

– Сначала нам нужно немного времени, чтобы прийти в себя, Боб, - сказал Самсон.
– Ты должен помнить, что ни Генри, ни я не принимали душ уже несколько недель. Нам нужно поесть, принять душ и немного отдохнуть. Все остальное может подождать.

Я был рад, что Самсон сказал хоть что-то, и мне не пришлось этого делать. Мой разум был не готов к тому, чтобы иметь дело с переходом между прайдами и всем, что за этим следовало. Я был измотан. От меня воняло. И я хотел провести немного спокойного времени в настоящей постели со своей второй половинкой.

Весь остальной мир мог катиться ко всем чертям.

К тому времени, как я отложил вилку, у меня слипались веки. Я был готов принять горизонтальное положение. Ванна - настоящая ванна с горячей водой, мылом и прочим - звучала еще лучше.

Черт, это звучало как нирвана.

– Давай, детка.
– Самсон встал.
– Давай поднимемся наверх, пока ты не заснул стоя.

Мне нужна была рука Самсона, чтобы встать, и чтобы он обнял меня за талию, когда мы шли по коридору и поднимались по лестнице.

– Давай уложим тебя в постель, - сказал Самсон, как только мы вошли в комнату.

Я предположил, что это комната Самсона, но я был слишком уставшим, чтобы вникать в суть.

– Сначала принять душ.

– Генри...

– Пожалуйста, - умолял я.
– Я не принимал душ с тех пор, как меня похитили.

Самсон вздохнул.

– Хорошо, малыш.

Может, я и не заглядывал в спальню Самсона, но его ванная заставила меня ахнуть.

Возможно, я никогда не уйду.

– Это твоя ванная?

– Наша ванная.

Мне понравилось.

Мне особенно понравились прозрачные стеклянные стены, которые открывались в душевую кабину, достаточно большую, чтобы в нее поместилась моя машина. С обеих сторон в ней были насадки для душа, выступающие из стены, и одна реально огромная насадка для душа, свисающая с потолка.

Я мимолетно отметил приятную эстетику белой плитки «сабвэй» на стенах душевой кабины. Вся сантехника была выполнена из темного матового металла. Это приятно контрастировало с плиткой.

– Я хочу здесь жить.

Самсон усмехнулся, когда начал снимать с меня одежду. Признаюсь, я был довольно бесполезен. Я просто стоял и с благоговением смотрел по сторонам, пока Самсон раздевал меня.

Я застонал, когда он зашел в большую душевую кабину и включил воду.

Я был не настолько ошарашен, чтобы не заметить, что он был голый.

Боже, он был голый.

Да, у нас был секс. Да, мы провели большую часть времени, разгуливая голышом. Нет, у меня не было времени оценить, насколько впечатляющим был этот мужчина.

– Боже милостивый, ты прекрасен.

Ухмылка Самсона была такой самодовольной, как у мачо.

– Да? Ты увидел что-то, что тебе понравилось, Генри?

Я энергично закивал.

Я застыл на месте.

– Знаешь, - Самсон схватил губку с полки и вылил на нее жидкость для мытья тела.
– если ты зайдешь сюда, то сможешь намылить меня, чтобы убедиться, что я не пропустил ни одного пятнышка.

Это было, пожалуй, самое лучшее предложение, которое я когда-либо получал.

Я встал под душ.

Глава девятая

Самсон

Если бы я улыбнулся еще шире, у меня бы разболелось лицо. Моя пара смотрел на меня так, словно хотел облизать с головы до ног. Я знал, что Генри устал, но, как только он зашел в душ, он, казалось, воспрянул духом.

Я наклонился ближе и обнюхал шею Генри. Кончик одного из моих клыков показался сквозь губы. Эти темно-карие глаза смотрели на меня так, словно я был всем, о чем он когда-либо мечтал.

Прямо здесь и сейчас я поклялся никогда не подводить Генри.

– Моя пара, - прошептал я, наклонившись и уткнувшись лицом в его обнаженное плечо. Я принюхался и уткнулся носом в изгиб его шеи, облизывая и рыча, прижимаясь ближе.

Генри взвизгнул, когда я поднял его и прижал к стенке душа. Я наклонился и схватил его за задницу, убедившись, что мои пальцы проникли в его тугую дырочку.

– Хочешь, чтобы я заявил на тебя права, Генри?
– Прошептал я.

– Да, - прошипел Генри. Его руки поднялись, чтобы схватить меня за голову, он запустил пальцы в мои волосы, притягивая мою голову к своей шее.
– Сейчас, Самсон, сделай это сейчас!

Я прикусил зубами кожу на шее Генри, прежде чем вонзить в нее клыки. Когда Генри вскрикнул, возбуждение затопило каждое нервное окончание в моем теле. Мой член за миллисекунду затвердел, как закаленная сталь.

Мои глаза закрылись, я наслаждался сладким вкусом моей второй половинки, моей навеки. Это был восхитительный аромат, которым, я знал, я буду одержим всю оставшуюся жизнь.

Я открыл глаза и поднял голову. Я наклонился и высунул язык, затем обвел один напряженный сосок, прежде чем втянуть его в рот. Жалобный крик Генри заставил меня улыбнуться. Я снова взял сосок в рот и нежно прикусил. Это было похоже на включение выключателя. Генри пришел в неистовство. Его бедра начали толкаться в меня. Чем сильнее я кусал, тем более диким становился Генри.