Чтение онлайн

Последней Тетрик и Аэлла вместе призвывают магию Ноэроса, Предвечного Владыки, Создателя Сроздателей Мира. В Мирфэйне есть лишь один его Храм, но и там крайне редко применяют магию, данную божеством. Нет ничего опаснее и труднее, чем изменять время. Магия системы Ноэроса — магия времени.

Все это — одновременно с продолжающимся танцем-заклятием. Он избран основой, соединяющей разнородные заклятия воедино.

Ни одна система магии, составляющая Силу Мира, не пробуждается просто так, «чтобы была». Каждое заклинание необходимо, выполняет какую-то одну часть работы. Например, совмещенная с Силой Мира, магия Ноэроса позволяет «забросить» Силу Мира в Мирфэйн, вернувшись назад во времени. В момент, когда Врата закрывались, но еще не закрылись. Магия Исмины должна скрепить всю последовательность чар воедино, расставить заклятия по местам. Так, чтобы они начали взаимодействовать, но не как противонаправленные чары, а строго определенным образом, порождая сверхзаклятие, вобравшее в себя всю Силу Мира. Лишь собранная воедино, она может отделиться от нынешних носителей. Остальные заклинания нужны для запоминания создаваемой, по сути дела, заново, Силе Мира. Вслед за людской магией Тетрик, сам себе удивляясь, призывает магию орков, эльфов, гномов и даже драконов. Без них не обойтись: только тогда Сила Мира станет по-настоящему неодолимой, когда она охватит все разновидности мирфэйнской магии. По крайней менре, все действительно значимые.

— Отлично, — произносит Наместник. Оказывается, он неотрывно следит за ними, дабы немедленно пресечь малейшую попытку бунта.

«Как же хорошо служить Единому» — думает Тетрик на случай, если Наместник умеет читать мысли. По лицу Наместника не определить, но чуть заметный кивок свидетельствует: умеет. Мгновение спустя Тетрик и сам проделывает подобное. Оказывается, Сила Мира, полностью приведенная в движение, способна и на такое. «Какие понятливые попались, — думает Наместник. — Много времени сберегли».

Вспыхивает и гаснет, подавленная усилием воли, ненависть. Еще не время. Если Наместник спохватится и не пропустит нужный момент — все пропало.

— Прекрасно, — нарушает молчание Наместник…. Сейчас уже, скорее, Надсмотрщик. — Теперь отделите Силу Мира от себя.

Следующий шаг — тоже почти не отличим от того, какой хотел бы видеть Наместник. Тетрик и Аэлла одновременно приказывают Силе Мира оставить их. Сила подчиняется с трудом, боль такая, будто тянут из тела живую кость.

— Тетрик… Не выдержу, — хрипит Аэлла, и колени опытной, способной выступать ночь напролет танцовщицы подламываются. Не прерывая заклятие, Тетрик поддерживает женщину, позволяет опереться на руку. Риск предстоит отчаянный, боль гнет к земле, ломает заклятие. Словно штормовые волны бьются в борт утлой рыбачьей шаланды, швыряя ее, как щепку, неподалеку чернеют кручи Рыбачьего острова. Холодные волны Третьего месяца, кидающие шаланду, как щепку, толкают суденышко на скалы. Не удержать…

В последний момент его словно поддерживает чья-то рука. Открывает глаза Аэлла. Неистовая вспышка боли, от которой перехватывает дыхание — и сразу облегчение. Будто прорвало запруду, в измученное тело потоком хлынула новая Сила. Новая? Как бы не так: своя, исконная. До сих пор Сила Мира ее заслоняла, но в то же время помогала пробудиться. Теперь, выполнив свою задачу, Сила Мира должна уйти.

Тетрик приходит в себя не сразу. Глаза заставляет открыть движение чего-то теплого и мягкого под головой. Он открывает глаза и осознает, что лежит на руке Аэллы. Над ними, прямо под куполом звездного неба, стоит кажущийся с земли огромным Наместник.

— Теперь вы освободились от Силы Мира, — торжественно произносит он. — Отныне ваша Сила — только ваша, не заемная. Вам не нужно обращаться к каким-либо Богам или демонам, чтобы ее получить. Но вы вместе со всей вашей Силой отныне принадлежите Единому. Никогда об этом не забывайте. Пошлите Силу Мира обратно, верните ее Мирфэйну, и я скажу, что нужно делать. Заодно проверите новые способности.

Тетрик облизывает губы. До этого момента все шло точно по плану Наместника. Почти по плану — едва ли он предвидел, как трудно избавляться от Силы Мира. Или предвидел? План Наместника выполнен, настала пора исполнять собственный…

— Это и есть Сила Мира? — немного придя в себя, показывает Аэлла на висящие над головой жемчужные сферы величиной с крупную тыкву, то и дело по поверхности пробегают искорки всех цветов. Кажется, они просто парят в воздухе, но теплый бриз с посеребренного луной моря не может снести шары ни на пядь. Обе сферы висят точно над головой.

— Да, это она, — отвечает Наместник. — Что дальше делать, знаете? Как всегда… Прикажите им плавно двинуться к месту, где были Врата. Потом переместите их во времени в момент, когда Врата закрывались, сразу после вашего прохода. Вы в тот момент глазели по сторонам и не заметили шаров. Прикажите Силе пройти через Врата, пока они не закрылись, и ваша связь с ней и власть над ней закончится… Медленнее, медленнее, иначе не успеете остановить.

Но Тетрик и Аэлла делают все наоборот. Они приказывают сферам Силы Мира разогнаться как можно скорее, да еще помогли всей разбуженной Силы, заставляя шары резать воздух в тысячи раз быстрее пушечного ядра. Визжит нещадно рассекаемый воздух, не успевая расступиться перед колдовскими снарядами. На пути мчащейся сферы встречается ствол векового карагача — и падает, точно скошенная трава.

— Осторожнее! — кричит не на шутку перепугавшийся Наместник. Точнее, перепугался тот, кто с его помощью руководит превращением людей-Ключей от Мира в пушечное мясо для борьбы с Хаосом. Слово растягивается, повисает в воздухе, время услужливо раздвигается благодаря магии Ноэроса. Но сейчас не до осторожности. Бесполезно гадать, что за это сделают с ними самими. От родного Мира отстанут лишь тогда, когда он станет бесполезным для посланцев Единого. Когда в нем станет невозможно выращивать Героев. У людей Мирфэйна будет возможность жить так, как они хотят, а не служить дровами для очередного мирового пожара, зажженного извне.

В руках мастера магия бесконечно разнообразна и многолика, даже если он владеет всего одной системой. А когда она выходит из-под контроля в руках у неумехи (или если мага успевают убить), Сила истекает в Мир в образе взрыва. Чем более сильное заклятие пошло в ход — тем сильнее ахнет (порой выжигая целые континенты — пример тому Мортоз) оно, распадаясь, тем более долговременные и неприятные последствия ждут место катастрофы.

Сила, выбравшая Тетрика и Аэллу на роль новых Героев, такова, что ей не могут противостоять и Боги Мирфэйна, по крайней мере, по отдельности. Даже ее переход через Врата в Мирфэйн не может остаться незамеченным, должен аукнуться потрясениями десятков, если не сотен Миров. Но в последний миг, когда до Врат оставалось лишь несколько копий, Тетрик и Аэлла дают Силе Мира новый приказ: истечь в «Мир подскока», прорвав жемчужные стены магических глобул — и замуровать Мир, сделать его столь же недоступным извне, как Мирфэйн. Теперь тем, кто хотел бы пробраться в родной Мир Тетрика и Аэллы, придется взламывать не один, а два барьера. Старый и новый. В ход идут силы, по сравнению с которыми прошлогоднее заклятие Левдаста Атарга кажется школярской забавой.

Создание нового «закрытого» Мира не может пройти незамеченным. Ни на Мирфэйне, ни в «Мире подскока». На Земле Ночи, где еще недавно стояли Врата, рвется к небу неистовый фонтан огня, разметывая, испаряя шлак, спекая до зеркального блеска гранитную плиту, на которой покоился весь континент, прожигая ее насквозь и открывая дорогу лаве. Тряска земли разбивает лед на поверхности созданного Тетриком озера, миг спустя вся вода испаряется. Где были Врата, исходит пламенем и ядовитым смогом колоссальный вулкан. На равнине шлака бушует неистовый ветер, поднимавший в воздух даже крупные куски и с нечеловеческой силой швыряющий на землю. Рушатся обступающие равнину горы, некоторые вдруг превращаются в вулканы, и из расколовшихся вершин, испаряя вековые льды, тоже течет магма. На берега Земли Ночи, расколов многолетние паковые льды, обрушивается порожденное подводным землетрясением цунами. Дробятся о скалы, разлетаясь со скоростью пушечных ядер, куски льда с трехэтажный дом величной…

У Земли Ночи несколько дней бушует неистовая буря. Большую часть ярости потревоженного Замерзшего моря принимают на себя окраинные острова, но и во Внутреннее море мало кто рискует выйти. Тем более, что лучшие рыбаки полегли на Земле Ночи.

Материк… Материк пострадал меньше. В Поле Последнего Дня случилось, первый раз за много тысячелетий, сильное землетрясение. Снесло то, что осталось от Саггарда, в Марддаре обрушились несколько промороженных насквозь зданий. Впрочем, город, в котором осталось не больше сотни человек, этого не заметил.

Кое-что рухнуло и в Салванге. И надо же такому случиться, что среди рухнувших строений оказался нужник, а в него как раз зашел коннетабль Бланмениль.

…Когда обломки разобрали солдаты, их взорам предстало малоприятное зрелище. Массивная каменная кровля так придавила коннетабля, что его пришлось соскребать… Выуживать из отходов жизнедеятельности гарнизона.

Южнее не было и того. Не узнал, что лихое время кончилось, медленно оправляющийся от пережитого Нехавенд. Осталось все по-прежнему в стольном граде Ствангаре. Тем более ничего не заметил Эрхавен, самозабвенно празднующий наступление Междугодья нового, 1141 года. Не было, наверное, ни одного из полумиллиона жителей, не молившего покровительницу города, чтобы будущий год не омрачился новой войной и таинственным кошмаром, творящимся на Севере. Еще южнее, в Кханнаме и Аркоте? Там ничего зримого не могло быть тем более. Изменения заметили лишь жрецы, да и то только те, кто владели Даром…