Чтение онлайн

— Что?

— Ничего! — взорвался Морган. — Ужасная женщина! С ней совершенно невозможно нормально поговорить! Всё переиначивает, обвиняет учителей, что они её руками солнце тушат, а сама такими же манипуляциями пытается с тобой закрутить отношения. Йонгейка! Пусть будет проклят тот день, когда я вступил на борт этой посудины.

— Со мной? — всё, что смогла уяснить Клара. — В каком смысле?

— Да! Требовала от меня, чтобы я объяснился с тобой! И главное, думает, что это в порядке вещей. Я только сказал, что считаю это вашим личным делом и даже пошел на уступку. Я! Я! Понимаешь? Согласился с параллельным вашим романом, сказал, что против не буду. А она! Она! Она как рассердится! Говорит: «для вас это нормально?» Неужели у людей так принято подыскивать себе третьего? Через незаинтересованного в паре?

— Так, Морган, возьми себя в руки. Успокойся. Нормально расскажи мне, что случилось там внизу. Последовательно. Ты что ей сказал?

— Что я не знал любви, — повторил Морган, осознавая как должно быть неуместно и многогранно прозвучало такое признание для капитана. — Да, не слишком умная вещь вышла. Но я, в конце концов, и не герой любовник!

— Приятель, никогда не поздно сменить квалификацию, — не сдавалась подруга. — А в каком контексте это прозвучало? Ты же перед этим объяснил?

— Клара, я безнадежен, — застонал Морган, опрокидывая себя на кровать и прикрывая глаза рукой. — Безнадежен! Я и так, и эдак, и прямо и скрыто, ничего не выходило! Муся как специально отупела в тот момент. И тогда я воспользовался твоим советом.

— Офигеть! — обрадовалась Клара, но тут же начала тревожиться. — Капитанша тебя молнией ударила, да?

— Она ответила мне взаимностью! — опять сел Морган, чувства его сменились на диаметрально противоположные, он блаженно улыбнулся, закатывая глаза, и безотчетно провел пальцами по своим губам. — Это было великолепно! Поцелуи оказываются такие… такие… сладкие, что ли? Да, у Муси такие нежные губы, такая страстная натура. Я думал, меня внутри разорвет. Чуть не сорвался и не укусил её, настолько было хорошо! И почти без слюней. Хотя, конечно, я поступил плохо, она не могла сопротивляться. Я всё же вел себя как насильник. Может поэтому Муся мне отказала? Она как-то упоминала, что женщины на такое беспардонное поведение не способны.

— И тогда капитанша ударила тебя молнией?

— Да нет! Говорю же, ответила мне взаимностью. И не просто так, а потребовала повторить! Но вот потом… потом началось это обсуждение тебя, и что ты скажешь, и как ты отреагируешь, и что надо бы мне всё это разъяснить. Может у неё раздвоение личности?

— Я, кажется, поняла, — догадалась Клара. — Ничего нового не произошло. Пойду поговорю с капитаншей.

— Не смей! — резко выкрикнул Морган, схватил подругу за грудки и бешено затряс: — Клянись, что не пойдешь с ней разговаривать! Что же я за мужчина такой? Это позор! Больше ваших советов я слушать не буду. Либо сейчас же напишу рапорт об отставке, либо и дальше буду показывать ей, какой я незаменимый. Однажды Мурси поймет, что я достойная ей пара и уже не захочет третьего!

— Однажды она поедет с Коди на задание и вернется в его объятиях! — отпихнула его от себя Клара.

— О, не говори мне этого! — Морган в припадке безумия опять повалился на кровать, хватаясь за голову. — Напишу рапорт, а сам выйду в космос! Прямо сейчас. Сию же минуту. Прощай, Клара! Ты была хорошим другом.

— Эй, ты чего! — Дорн присела рядом на кровать и попыталась его успокоить: — Не гони. Отдохни, выспись. Утром может оказаться всё по-другому. Может капитанша просто устала, хотела побыть одной, и ты попался под руку. Её реакция никак не связана с вашими отношениями. Ведь она же ответила тебе взаимностью перед тем, как разговор коснулся меня?

— Клара, а ты бы стала с ней, ну, завела бы ты с ней отношения? Если бы она захотела?

— Морган, совсем мозги поплыли? Ты сам неверно истолковал её слова. Капитанша, как и остальные, думает, что я твоя вторая половинка.

— Я вроде целый и самодостаточный, — катар недоверчиво себя ощупал. — Или ты прибегла к метафоре? Это Муся думает, что у меня раздвоение личности? Но почему?

— Точно, у тебя мозги закипели. Отдыхай, я сейчас принесу успокоительное. И ни о чем не волнуйся, договорились? Капитанша тоже в последнее время сама не своя. Может, испугалась, что Коди подсматривает, может не с той ноги встала, может быть поцелуй этого хрыча на неё так сказался и она вспомнила об нем во время вашего. Всякое может быть. Уверяю тебя, как только все лягут, оставят её в покое, она обдумает еще раз в тишине ваши лобызания и переменится к лучшему.

— Поклянись мне, что не скажешь Мусе! — потребовал сызнова Морган.

— Клянусь. Я не скажу капитанше, зачем ты лез к ней целоваться. Не скажу о твоих чувствах, не буду выступать свахой. Но пойду и прямо заявлю, что не интересуюсь подобными отношениями с ней. Имею право, пусть не строит иллюзий! Скажу, мне вообще твилекки по вкусу.

— Вообще, на такое ты действительно имеешь право, — согласился Морган. — Хотя, может, подумаешь еще? Тебе ведь тоже понравилось с ней целоваться.

— И думать нечего! — отрезала Клара и ушла, забыв, что пообещала другу успокоительное.

________

М. Башаков "Под крылом солнце"

Коди несколько удивился, когда увидел промчавшегося мимо него разъяренного катара. Зря, этот самонадеянный Морган решил, будто особенный. Если Мо сказала, что хочет побыть одна, значит, так оно и есть. И плохо придется тому, кто посягнет нарушить её уединение. Агент Ко как никто другой умело различал все оттенки настроения руководительницы, распознав их, к сожалению не единожды, на собственной шкуре. А была сеньорита-капитан после вчерашней встречи с Жованни явно не в духе — поделился собственными переживаниями через «небывалое прикосновение», один Разум ведает, какие страсти терзают жовауха, а теперь и её тоже; на сделку не пошел, отстаивая тайну мест сбора инквизиторов; еще и чухню всякую о добре и справедливости, плоскую и фальшивую до ужаса, нёс весь вечер, в очередной раз, навешивая на Мо ответственность за целую Галактику.

В общем, проку с него оказалось как с кворча молока, да и того скисшего. Плюс поцелуй, скорей всего, окончательно добил её тонкую натуру, подкошенную уже смертью Шона и отца Дорн. Примеряя на себя задание наставницы, Коди невольно скривился. Эмпатия, безусловно, самое вредное чувство для работника СРС и от неё избавляются в первую очередь. Но агент Ко, как ни старался, так и не выработал способность подавлять собственное, часто неуместное сопереживание. Приходилось создавать видимость глубокого безразличия к чужой беде. И всё же, когда близкий человек — а агент Мо бесспорно являлась одной из таковых — испытывал боль или омерзение, Коди не мог не отзываться тем же самым внутренне. А этот бесшабашный и полоумный капрал с чего-то решил, будто все правила не для него писаны! Неудивительно, что так скоро вернулся назад, можно сказать даже выстрелом вылетел с нижних ярусов.

Еще больше Коди удивился, когда Клара, не дослушав его увлекательную юмористическую историю, поспешила следом. Конечно, в глубине души он понимал, что соперничать с катаром будет сложно. Этой паре на руку играло и долгота знакомства, и экзотическая внешность, и некоторые творческие способности Моргана. Но не до такой же степени! Как Клара чутко отреагировала на изменение его настроения. Как тут же всё бросила и побежала следом. А какое волнение читалось на её лице! Побледнела, покрылась легкой испариной, руки в бока уперла — всё говорило о том, что Дорн не оставит без внимания ни катара, ни его обидчика. Да и перед самим Коди не извинилась, даже не посчитала нужным просто намекнуть, чтобы подождал.

Но что вообще убило агента Ко наповал, так это появление капитана. Она поднялась по ступеням грузными шагами, будто это вакуй топотал, а не худенькая йонгейка, с выпитыми Силой жизненными соками, кинула на Коди испепеляющий взгляд и прошла к себе, не говоря ни слова. Да и не нужно ей было ничего произносить, чтобы всем вокруг стало ясно, в каком состоянии прибывает Мо. Если кто-то посмеет сейчас к ней пристать с расспросами, тот получит молнию в лоб, а то и не одну. Однозначно! Что же наделал там внизу катар? Неужели назвал её «солнышком»?