Чтение онлайн

– Уже все? Все кончилось?..
– спросил Адалан.

Верховный магистр кивнул, вроде даже с улыбкой, а отец подошел, положил на лоб холодную ладонь и приказал:

– Спи.

Адалан хотел спросить еще что-то важное, но накатила такая слабость, что мысли смешались, глаза как-то сами собой закрылись, и все провалилось в мягкую темноту.

Потом он просыпался, засыпал, снова просыпался... Вроде пил что-то, то терпкое с горчинкой, то сладкое, густое, оседающее на языке... Вроде был где-то, не то в саду, желто-красном от осенних листьев, не то в небе, холодном, сочащемся серой моросью... Вроде замечал какие-то лица, знакомые и чужие... но раз среди них был и Ягодка, значит, все это могло оказаться просто сном или болезненным мороком... потом снова засыпал.

Пока не проснулся окончательно и не увидел у своей постели худощавого мальчишку лет тринадцати. Белая туника его выделялась в полумраке комнаты, отчего сам незнакомец казался очень смуглым, почти черным. Он дремал на скамеечке у постели, обнявшись с шандалом, в котором уже догорали свечи. Однако, как только Адалан пошевелился - услышал, вскинулся, тут же разулыбался. Черты лица его были крупными и грубыми, короткие волосы топорщились, как щетка, но улыбка и бесхитростный прямой взгляд сразу вызывали приязнь, даже доверие.

Мальчишка назвался Ваджрой, будущим целителем, учеником магистра Жадиталь. Этот Ваджра и сообщил Адалану, что с испытаний прошло уже пять дней.

– ...а учитель-то твой все дожидается. Велел, как только ты проснешься, чтобы тотчас ему сказали.

– Пять дней?

Адалан хотел по привычке вскочить - не тут-то было. Голова закружилась, и он опять свалился на подушку.

– Ну так что?
– усмехнулся чернявый, - бежать мне к твоему учителю, или еще поспишь?

– А у меня, значит, уже и учитель есть?

– Конечно. Белым магам по-другому не положено, всякого берет в обучение один из магистров. Тебя взял сам Дайран Могучий. Гордись!

Адалан и так понимал, что пять дней - это слишком, но после разговоров об учителе и о том, что положено-не положено в стенах Серого замка, окончательно убедился, что проспал все самое важное. А мог и свою судьбу запросто проспать.

– А кто это - Дайран Могучий?
– спросил он, поднимаясь теперь медленно и осторожно, как больной.

– Ну ты даешь, парень! Верховный магистр, вот кто!

Глаза чернявого, и без того круглые и выпуклые, как у лягушки, выкатились еще сильнее.

– Ты вообще откуда взялся, если Дайрана Могучего не знаешь? Вроде старшая кровь, светоч мудрости, а такой дикий...

– Сам ты дикий, - огрызнулся Адалан, сполз с постели и натянул свежую тунику.
– Не надо тебе никуда бежать, я пойду. Только расскажи, как мне найти этого Дайрана Могучего...

Одним рассказом не обошлось. Адалан хоть и храбрился, изо всех сил показывая, что справится сам, будущего мага-целителя обмануть не смог.

– Нет, одного не пущу. На дворе дождь, а если по замку, то выйдет далеко. Простынешь или перетрудишься, свалишься снова, а госпожа Таль с меня шкуру спустит, - ответил Ваджра.
– Сам доведу.

А потом подхватил Адалана под руку и потащил за собой по коридорам.

В коридорах было мрачно, тихо и немноголюдно. Замок освещали факелы, развешанные по стенам через каждые семь-десять шагов, но горели они неярко, некоторые так и просто тлели, а оставшийся свет скрадывал серый камень, превращая его скорее в полумрак и длинные колеблющиеся на сквозняке тени. Разглядеть среди них встречных обитателей замка было трудно. Адалан сначала пытался, но вскоре устал и бросил. Он заметил только то, что это в основном мужчины. Взрослые были в темных орденских плащах, юноши - в белом. Реже попадались женщины и уж совсем редко, раза три-четыре, мальчики увидели людей в одежде обычных горожан. Встречные же частенько обращали на них внимание, некоторые даже останавливались и смотрели вслед, тогда Адалан чувствовал, как начинает болеть затылок, и невольно прибавлял шаг.

– Чего они смотрят?
– спросил он Ваджру.

– На тебя смотрят, - ответил тот.
– Златокудрые, старшая кровь, редкость тут.

– А почему?

Мальчишка только плечами передернул:

– Не знаю. Говорят, ваша кровь и есть самая настоящая магия, а в ордене орбинитов почему-то почти нет. Только верховный магистр, госпожа-магистр Майяла, старый мастер ключей, да магистр Армин-книжник, мастер порталов... говорят, Армин с Датрисом - еще и первые в мире мастера меча, но это только так, болтовня, на самом деле никто не знает - войны-то уже почти двадцать лет не было. А зато наша госпожа-магистр занимается целительством, это всегда нужное дело, и на войне, и в мире...

Сначала они прошли вдоль ученического крыла со входами в комнаты, потом поднялись по винтовой лестнице и спустились по галерее, сплошь изрезанной стрелами арок-бойниц. По галерее гулял ветер, и в створы летели ледяные струи дождя. Адалан сначала обрадовался свежему воздуху, хотел выглянуть в сад. Но ветер был не просто свеж, он насквозь пронизывал хлипкие плащи, обсыпая водяной пылью, и им с Ваджрой, продрогшим до костей, пришлось бежать под защиту глухих стен. После пробежки Адалан долго пытался отдышаться, но восстановить силы так и не смог. Почти повиснув на руке провожатого, он поплелся дальше уже из упрямства да от нежелания снова лезть под дождь.

После галереи был спуск и опять коридор. На этот раз вместо арок по стенам попадались редкие двери на массивных металлических петлях. Опять подъем винтом и спуск, уже пологий, через несколько этажей-промежутков. Снова подъем и коридоры, теперь кривые и запутанные, настоящий лабиринт, которому, казалось, не будет конца... еще подъем - и вот Ваджра потянул Адалана в сторону, в узкий и темный проход, который всего через двенадцать шагов уперся в высокую деревянную дверь.

– Пришли, - сказал Ваджра.

Адалан толкнул дверь, попробовал дернуть на себя, а потом устало присел, опершись спиной о гладкое дерево.

– Заперто.

– Сейчас отопру, - Ваджра вытянул руку, помедлил, шевеля пальцами, и будто бы кинул чем-то в железную дверную скобу.
– Не упади смотри, златокудрый.

Дверь отворилась так плавно и легко, что Адалан и вправду чуть не упал. А когда поднялся - замер от удивления.

За дверью был небольшой зал, наполненный светом, но не маслянисто-тусклым, факельным, а ярким, чистым и холодным, какого Адалан в жизни не видел. Светились предметы, похожие на стеклянные пузыри, подвешенные на стены. Всего таких пузырей было три, и два из них - абсолютно белые, а третий сиял голубоватым светом, который казался почему-то и жутким, и очень красивым одновременно. Уже привычных серых камней тут не было и в помине: полупрозрачные с молочным оттенком стены сплошь покрывала резьба, а на полу пестрела самоцветная мозаика.

– Что это?
– только и мог вымолвить Адалан.

– Нефритовая башня, покои глав ордена из Узкого совета, - ответил Ваджра.
– Что столбом встал? Вот он, кабинет Дайрана Могучего, перед тобой. Иди! А я тут подожду.

Из зала вели несколько дверей, и одна из них была прямо напротив: широкая, светлого дерева с бронзовыми петлями и дверным молотком в виде кольца. Адалан еще раз оглянулся на провожатого, на темный проход позади, собрал все оставшиеся силы и постучал. Стук показался громоподобным, а уж когда из-за двери ответили: «Кто там? Входите!» - решимость и вовсе иссякла. Он так и не смог толкнуть дверь, пока та сама не отворилась. На пороге появился грозный старик, которого он запомнил еще на испытаниях: высокий, статный, в мехах снежных лисиц поверх лиловой мантии. Сейчас он казался еще значительнее и страшнее, чем в Зале Совета: мощь окружала его, заполняя все вокруг, подобно свету стеклянных пузырей у входа. Она подавляла, заставляла сжиматься, прятаться, как мелкое зверье прячется в страхе перед грозой.