Символ могущества
Шрифт:
– Эм, нет. Извините, но он сам сделал свой выбор. Я не буду за ним бегать. К тому же, он пытался забрать у меня мой медальон, пока я спала. А это очень подло!
Старушка поджала губы.
– Уверена, у него есть на то свои причины.
– И я уверена, – сказала девушка, перекидывая прядь русых волос на другой бок, – В общем, я пойду, да?
Целительница махнула головой в знак согласия, но на её лице нарисовалась заметная печаль, будто разлад в доме касался не только её чувств, но и мира в целом. Аббигейл тут же встала с корточек и пошагала по пухлой земле к выходу, в спешке перешагивая через воткнутые в землю растения.
– Ну ты же знаешь, что этот праздник значит? – прокричала ей вслед целительница, но девушка уже не слышала и припрыгивая вошла в глиняный дом.
Аббигейл со крипом отворила старый платяной шкаф и стала рыться в одежде целительницы. Вещи вылетали друг за другом, проносясь словно десятилетия моды. «Интересно, почему фавиллы носят человеческую одежду?» – подумала девушка и пообещала себе, что задаст этот вопрос позже кому-то из представителей данной расы. Она перерыла всё и нашла лишь одно бежевое платье в пол, совершенно обычное, трикотажное. Ей даже показалось, что такие надевали ранее, как ночнушки. Ситуацию спас темно-коричневый корсет и маленькая черная шляпка, которую она прикрепила на макушку. «Еще один штрих и все готово» – сказала себе Аббигейл вертясь перед зеркалом и стала рыскать в комоде в поисках косметики. Она открыла каждую тумбочку, но не нашла ничего подобного карандашу для глаз или туши. «Точно. В моей сумке была помада» – вспомнила Аббигейл и кинулась в комнату, где спала. Кожаная потертая сумка валялась прямо под кроватью и оттуда вывалилось половина содержимого. В том числе и листок с нарисованным символом. Девушка взяла его в руки, повертела и скомкала, словно мусор.
– А вот и помада, – прошептала она, поднимая содержимое сумки и саму сумку на кровать вместе с тонной пыли. Клочок бумаги с символом Аббигейл оставила на полу.
Затем девушка обвела красным цветом губы, бросила тюбик ко всему остальному и в последний раз, посмотрев на себя в зеркало, вдруг улыбнулась. Увиденное ей понравилось. Крупный бронзовый медальон, как никогда притягательно смотрелся на её бледной коже, падая тяжёлой цепью на грудь. Корсет сделал талию в разы уже и девушке стало сложно дышать, но это однозначно стоило таких усилий. Сейчас Аббигейл казалось, будто она похожа на свою мать. «Ей бы понравилось» – подумала девушка и грустно выдохнув, вышла из дома на мощенную камнем дорогу.
Издалека уже доносился свист и гам, как бывает, когда в одном месте собирается много народу. Наверняка, звук шел с центральной площади. Девушка подумала, что уже опаздывает и ускорила шаг. Она миновала огромные деревья, создающие арку над дорогой, дома разных мастей, в том числе и дом Хоуп, семьи Эванджи Э Лэйн и еще одной подруги, прошла сквозь рынок, кричащий и бушующий круглыми сутками и очутилась на главной площади, усеянной опилками и сбитыми будками из ярко-красного дерева. Отовсюду кричали женщины и мужчины, завлекающие купить то ли напиток, то ли зелье, то ли амулет. Площадь уже забилась фавиллами под завязку и каждый пестрил необычным нарядом в духе эпохи Возрождения. Дамы в пышных юбках с родинками у губ и кружевными зонтиками, крестьянки с пышным корсетом и кувшинами, джентльмены в мантиях и лосинах. Даже детям подобрали необычные наряды.
В толпе, возле стойки с громадной деревянной бочкой, наполненной каким-то яблочным напитком стояли новоиспеченные друзья Аббигейл. Хоуп Чест, как и всегда была в бордовом. На ней идеально сидело пышное платье, а волосы девушка собрала в сетку со сверкающими камнями. Чернокожая Риз Клемоу не особо изменила свой образ, оставшись как всегда в круглых очках и больше напомнила парня из какой-то эпохи, так как надела широкие кремовые штаны-бананы и заправила их в высокие ковбойские ботинки. Рядом с девушками стоял Энди Э Лэйн в брюках-палаццо и средневековой белой рубашке. Он держал в руках картонный стакан и не отрывал взгляда от приближающейся Аббигейл.
– Я не опоздала? – спросила девушка, жадно хватая воздух, который воровал её корсет.
– Ты как раз вовремя, – ответил Энди, протягивая девушке напиток в картонном стакане. Она взяла его в руки и улыбнулась в знак благодарности.
– Что это у тебя? – спросил парень, завороженно осматривая губы Аббигейл и указывая пальцем на свои.
Она непонимающе взглянула на него и ответила:
– Губы.
– Э, нет. На них что-то…цвет.
Аббигейл посмотрела на друзей. Все уставились на нее так, словно она инопланетянин.
– Это помада. У вас разве нет?
– По-ма-да? – завороженно спросил Энди.
– Вы носите вещи, которые шьют люди, но не знаете, что такое космет…
– Тааак, а ну хватит тут любезничать. Скоро всё начнется! Нужно идти! – сказала Риз Клемоу, поправляя очки, чтобы скрыть напряженность в лице.
– Но разве праздник не в центре города? – не унималась Аббигейл.
– Ээ, нет! Хах, интересно конечно было бы, но вряд ли жители города хотят испепелить его дотла.
– Испепелить? – глаза Аббигейл заметно округлились.
– Ну да. Вестнесс был основан, когда люди начали жечь ведьм на костре. Поэтому каждый год… – объясняла Хоуп, но Риз ворвалась в разговор, получив от продавщицы свой напиток:
– Не томи её своими рассказами о Вестнессе. Пусть сама все увидит.
Хоуп закатила глаза.
– Ладно, пойдем.
Ребята двинулись за толпой, уходящей на запад от города. Обогнув центральную площадь, пройдя несколько домов, похожих на глиняные замки, они вышли на просторную зеленую поляну. Отсюда открывался вид на лес и реку вдалеке. Собралось уже не мало народу и все они стояли вокруг трех больших снопов с сеном и столбами, торчащими посередине. А рядом возились подростки в ободранной одежде. Они то переминались с ноги на ногу, то вытирали капли пота со всего лица, а девушка возле третьего снопа и вовсе рыдала навзрыд.
– Что это? – спросила Аббигейл.
– Они готовятся к церемонии сожжения, – ответил кто-то из толпы.
Дрожь прошла по всему телу девушки.
– Чтоо? Ребята, это правда? Но… я не понимаю, – обернулась к своим друзьям она. Хоуп и Риз лишь захихикали, а Энди положил свою руку на плечо Аббигейл. От этого её кожа покрылась холодком и словно ощетинилась, защищаясь.
– Все будет хорошо с ними, – ответил он. Но то ли прикосновение Энди, то ли факт того, что она увидит, как горят люди заживо, ввёл девушку в полный ступор.
Тем временем троих подростков уже обвязывали толстыми веревками и поднимали к столбам. Девушка все также продолжала плакать, падать на колени и что-то кричать. Издалека это походило на «Не нраавдооо». Слова звучали неразборчиво. Пара мужчин подняли брыкающуюся девушку под локти и поставили на маленькое выступление у столба. Они обвязали её веревками еще раз, чтобы та не вырвалась. К столбу подошла пожилая женщина, взмолилась на девочку и что-то прошептала уходя. Трое мужчин, подобных палачам с горящими факелами начали петь:
«В этот день чудесный,
Падут оковы снов,
И солнце даст нам силы,
Чтоб победить врагов.
Луна и звезды в помощь,
Нам станут в один ряд
И все фавиллы в полночь
Сгорят, как в жилах яд»
Песня продолжалась и все вокруг подвывали палачам. Кроме Аббигейл. Она с ужасом наблюдала за происходящим и хваталась за свой стакан с яблочным напитком, как за дверную ручку, дабы устоять на месте. Трое мужчин с широкими плечами поднесли факелы к столбам и огонь тут же охватил сено и ветки под ними. Жаркие языки пламени сначала коснулись подножия столбов, а потом начали обжигать и ноги подростков. Первой воспламенилась ткань и по всей поляне разнеслись вопли ужаса и боли. Парень на третьем слева столбу покрылся волдырями, его одежда сгорела. Он предстал полностью голым перед публикой и вдруг вопли сменились на душераздирающий рев, схожий на рев льва перед царством зверей. Парня всего изогнуло, тело покорёжило, и он грудью разорвал веревки, которые наверняка были пропитаны чем-то, что не может гореть. Он вышел из костра обнаженным, раны тут же начали заживать. Однако парень продолжал испускать пламя всем телом. Теперь на его лице красовалась коварная улыбка и он мигом запустил огненный шар в воздух. Тот пролетел метра с три точно, а потом растворился. Толпа ликовала, поднимала бокалы и пела песню хором.