Синий шепот. Книга 2
Шрифт:
К нему приблизился другой слуга:
– Почтенный владыка…
Чан И обернулся. В его глазах все слуги выглядели теперь на одно лицо.
– Мастер Лу Цзиньянь, который недавно перешел на сторону севера, повздорил с демоном-змеем. Они устроили драку, а следом люди сцепились с демонами. Драчунов развели, но обе стороны затаили обиду. Почтенный владыка, сейчас на плоскогорье собрались мастера четырех земель и множество демонов. Раньше нас было мало и мы жили дружно, а с тех пор, как мы приняли в свои ряды воинов объединенной армии…
– Убить их, – тихо отчеканил Чан И.
Слуга оторопел:
– Почтенный владыка…
– Казнить смутьянов.
Чан И развернулся и удалился прочь. Слуга застыл как вкопанный, обескураженно таращась в спину грозного владыки севера.
А-Цзи взяла узелок, преобразилась в молодого мужчину и отправилась на юг. Она думала, что заплутает и растеряется, но, вопреки опасениям, быстро освоилась. Странствуя среди высоких гор и бурных рек, девушка с удивлением обнаружила, что ей нравится такой образ жизни. Путница ни к чему не стремилась, не боялась потерь и беспечно наслаждалась блаженной свободой.
Покинув абрикосовую рощу, А-Цзи постигла свою истинную суть. Выяснилось, что ей нравятся синее небо, яркое солнце и ласковый ветер. Она с удовольствием ловила рыбу в ручье, ела досыта и засыпала среди душистых трав. Печаль и досада из-за разлуки с наставником остались позади. А-Цзи поняла, что Линь Хаоцин оказался прав: она всегда найдет, куда пойти и чем заняться…
Ясным солнечным днем А-Цзи брела вдоль ручья, размышляя о том, какую рыбу лучше поймать, чтобы зажарить, как вдруг услышала впереди женский плач. Странница удивилась и поспешила на крик.
На берегу ручья горько рыдала мать, обнимая ребенка, покрытого темно-синими пятнами. Малыш почти окоченел.
– Что случилось? – торопливо спросила А-Цзи.
Женщина не отвечала. А-Цзи осмотрела ребенка и нахмурилась. Взяв малыша за запястье, она ощутила слабое биение тайного пульса. Ребенок обладал духовной силой.
– Его отравили… отравили… – стонала мать. – Вода полна яда!
А-Цзи поглядела на ручей, из которого не раз пила воду и ни о чем не подозревала. Затем снова проверила у ребенка пульс и поняла, что тот слабеет. Демоническая сила путницы не могла сохранить жизнь малышу с двойным пульсом, а Линь Хаоцин строго-настрого запретил ученице прибегать к духовной силе, чтобы не выдать себя. Но… разве можно спокойно смотреть, как умирает ребенок?
Тело малыша свела судорога, в объятиях убитой горем матери оно выглядело беспомощным и жалким. А-Цзи не колеблясь сжала детскую ладошку и направила поток духовной силы в хрупкое тельце. Вскоре у малыша прекратились спазмы и выровнялось дыхание. Хотя его кожа по-прежнему отдавала синевой, он медленно приоткрыл глаза.
– Ты открыл глаза? Он открыл глаза! – засмеялась сквозь слезы мать, ощупывая и оглядывая сына. – Все хорошо, мама с тобой, мама рядом.
А-Цзи сделала два шага назад и улыбнулась, любуясь матерью, которая радовалась как дитя.
На ночь девушка укрылась с матерью и сыном в маленьком разрушенном храме. Женщину звали Лян Ли, а малыша – Лян Сяоань. Им пришлось покинуть родные края.
– Отец Сяоаня… погиб, – рассказывала Лян Ли, наблюдая за спящим мальчиком и вытирая слезы. – Когда сынок родился, лекарь сказал, что у малыша двойной пульс. Ночью мы с мужем взяли младенца и сбежали. Мы не хотели, чтобы сына отправили к покорителям демонов…
Пляшущие отблески костра освещали измученное лицо Лян Ли. Возможно, всему виной были неверное пламя и яркие всполохи, но в памяти А-Цзи внезапно мелькнула похожая картина: как отец с матерью торопливо бегут, прижимая к сердцу дитя…
– Мужа давно убили императорские солдаты. Мы с малышом скрывались в горах, надеясь, что Наставник государства умрет, власть императора рухнет и мы сможем вернуться в родные края. Наконец на севере вспыхнуло восстание, но кто мог подумать, что столичная принцесса решит отравить озера и реки? Я запретила сыну пить воду из реки. И каждый день собирала для него росу и дождевую воду, только этого не хватало. Малыша мучила жажда. Я недоглядела за ним, и он напился воды из ручья… – Лян Ли смахнула слезу. – А ведь собственной кровью готова была напоить его, лишь бы он не притрагивался к отраве.
История несчастной семьи потрясла А-Цзи. И породила острое отвращение к принцессе, которая совершила такое злодейство.
– Эта принцесса что, совсем ума лишилась?
Лян Ли покачала головой:
– Она может творить все, что ей взбредет в голову, а нам остается только терпеть. Я хочу отвезти сына на север: там много снега и всегда найдется глоток чистой воды.
А-Цзи помолчала и кивнула в ответ:
– Не горюй, сестрица. Завтра утром я помогу тебе набрать росы.
– Спасибо, молодой господин. Нам повезло встретить тебя…
– Не стоит благодарности, сестрица. Ты обещала, что завтра вы отсюда уйдете и навсегда забудете обо мне. Вам ни в коем случае нельзя вспоминать этот день.
– Я знаю, у каждого полно своих забот, – согласилась Лян Ли. – Ты спас моего сына, я не хочу навредить тебе. Но если ты по неведомой мне причине вынужден скрываться в глухих горах и дремучем лесу, почему бы тебе не отправиться с нами на север?
– Нет, не могу. – А-Цзи помахала рукой в знак отказа. – У меня есть другие дела.
Утром А-Цзи попрощалась с Лян Ли и ее сынишкой и направилась вверх по течению ручья. Она обещала Линь Хаоцину не показываться на севере и не приближаться к столице. Да и к чему ей туда соваться? Наставник государства, столичная принцесса и грозный владыка севера – птицы высокого полета, незачем с ними связываться. Вместо этого лучше сделать что-нибудь посильное и принести людям пользу. Например, отыскать исток ручья и найти способ очистить его от яда, чтобы дети с двойным пульсом больше не умирали на его берегах.
А-Цзи шла вдоль ручья два дня. Его извилистое русло вело на запад. Когда путница добрела до высокой горы, из-под которой бил ключ, уже темнело. Девушка решила отыскать место для ночлега, а на рассвете поразмыслить, как подобраться к истоку. Недолго думая, она вскарабкалась на дерево и удобно устроилась среди ветвей.
Не успела А-Цзи заснуть, как услышала крики и звуки погони. Она посмотрела вниз и увидела толпу людей, которые с факелами в руках прочесывали горы и лес. Девушка удивилась и спрыгнула с дерева.