Чтение онлайн

Дилас лежал, дожидаясь своего конца, и конец не заставил себя ждать: раз, другой, третий — лезвие рассекает труп по всей его длине…

— Печально, — маска младенца, скрывающая лицо, изображает скорбь. — Надеюсь, вы с ним были не очень близки.

— С кем?

— С Диласом.

— А это кто?

— А ты всё шутить, и это похвально, но кого ты пытаешься обмануть. Помнится, в день прибытия на остров ты хотел вывести бывшего дозорного из строя. Нет? Сказать, почему ты хотел это сделать? Потому что видел состояние бывшего соперника, ты знал, что он загнал себя в погоне за десятым уровнем. Отправить его в больницу было бы величайшим благом… Но увы — мы видим результат твоего бездействия.

— Хватит этих игр, Нулла. — Ума-змей теряет любое подобие эмоций. — Ты просто псих.

— Как и ты.

— Ахах, возможно, возможно. Но ты обещал, что после сердечных разговоров ты позволишь использовать моё самое сильно оружие.

— Обещал, да. И я позволяю. Можешь попытаться. То, что однажды уничтожит мир. Слово. Слово, что должно убедить меня отступить. Да, ты же так любишь забираться людям в голову, шептать, причинять боль, даже не касаясь. Пусть каждый обманывается твоей любовью к битвам, однако только словесная дуэль может иметь последствия невообразимых масштабов. Подтолкнуть к самоубийству, развязать войну — пустяки, по сравнению с тем, что делает с миром набор звуков, символов и изображений… Да, только чудовища вроде нас, что видят истинную природу чувств могут использовать обычное человеческое общение как оружие, и плевать, что чудовища вроде нас уже никогда не почувствуют себя людьми. Давай, ты можешь пытаться, используй на мне искусство, созданное твоим разумом, только учти, что это уже не обязательно, тебе не нужно тянуть время. Ты должен это делать, только если сам этого хочешь… — Организатор взмахом руки активирует трансляцию, — эти события происходят прямо сейчас…

На экранах показан остров. Клочок земли штурмуют боевые боты, спецотряды под предводительством офицеров нобилити десантируются в боевом порядке, врываются в здания, вскрывают двери и вытаскивают участников в такой слаженной манере, будто занимались этим всю свою жизнь…

— Это ещё не всё, — шепчет Ума, — участники ещё не в безопасности…

— Возможно, — кивает Нулла, — хоть штурмовая группа и отключила все устройства на острове, есть вероятность, что я установил химический заряд и могу подорвать эту провальную пьесу в лучших традициях каждой безумной постановки.

— И я должен убедить тебя не делать этого?

— Никто никому ничего не должен, Ума.

— Почему нас до сих пор не обнаружили?

— Почему? Ах, ты всё-таки идиот. Я знал, что они идут. Мы начали передвижение, как только ты прибыл в мой офис. Не моя вина, что полёт настолько плавный, что ты не можешь его ощутить. В настоящий момент вероятность того, что нас отследят — меньше чем процентов сорок: мы уже отлетели достаточно далеко.

— А если всё же отследят…

— То у меня есть заложник.

— Оставляешь козырь при любых условиях…

— А ты нет? Хо-хо, Ума, тебе не кажется странным, что только ты так яростно хотел встречи? Больше никто. И вместо того, чтобы разобраться со мной, как подобает монстру, ты хочешь решить всё мирной беседой. Если бы я тебя не знал, то решил бы, что ты тянешь время. Но зачем, если твои друзья мертвы? Или нет? Так позволь спросить: не ты ли стал причиной того, что ассоциация помешала нашей игре слишком рано. Не пришёл ли ты сюда, чтобы потянуть время? И не «убил» ли ты свою команду, зная, что я по доброте природной не трогаю трупы, чтобы живые могли с ними попрощаться? Давай, ты же хотел поговорить, хотел, чтобы я увидел картину под другим углом, ну так покажи мне мир своими глазами, Ума, вскрывай карты!

Взмах руки — экраны гаснут, чтобы не мешать беседе. Нулла ждёт. Уходит несколько секунд, прежде чем взгляд Умы меняется, и на его лице рождается улыбка. Искусственная улыбка змея девяти искусств — обязательная часть предшествующей размеренно-завораживающей манере речи. Юноша говорит, а где-то там, внутри, королевская кобра начинает свой танец. Слова льются, а змея раскачивается, распустив капюшон и заполоняя собой всё доступное сознание… Привлечь, заворожить, успокоить…

— Всё началось, когда я узнал, что Вы спасли меня после финала чемпионата «Ню Нова». Это дало нам небольшое преимущество: в отличие от других команд мы точно знали, что десятый уровень нужно воспринимать как смертельную угрозу. Позже мы узнали, что некоторые команды пропускают по блату, не придерживаясь определённых правил синтраж, и это дало нам представление о Ваших возможностях. Мы знали, что намечается нечто особенное, однако и предположить не могли, что нас буквально выкрадут под предлогом участия и заставят выступать для одного единственного человека. Никто в здравом уме не станет устраивать такое шоу ради себя. И это было слишком смело: идти против ассоциации, не говоря уже о затратах и рисках. Но я решил перестраховаться, и когда за нами прилетели транспортировочные боты, я сообщил одной из информационных корпораций сведения о своём психотерапевте, а точнее о том, чья она дочь. А Вы до сих пор и не знаешь, с кем недавно говорили, маэстро, и это не делает Вам чести. Её окружение Вас бы сильно удивило. Что говорить, если одно её имя стоит миллионы… Эта информация должна была не просто поднять шумиху, а заставить всех информационных агентов планеты меня искать. Возможно, это и послужило причиной того, что остров обнаружили раньше срока. Так как Вы распланировали испытания на несколько дней, то это место и должны были искать несколько дней. А значит, найди ассоциация нас раньше, то у нас появился бы шанс покинуть остров без лишних потерь. И вишенкой на торте стало банальное предположение, клише, что мы можем оказаться в ситуации, где членам команды придётся сражаться друг с другом. Поэтому мы тренировались, мы изучали друзей тщательнее любого врага и условились, что при необходимости будем сражаться почти в полную силу. Док вживил нам пилюли, что могли сымитировать состояние смерти, а Винсент использовал против нас резиновые пули, я с Тессой переборщил, конечно, но она крепкая девочка, выдержит. Думаю, больше временной контузии никто не заработал. С капитанами нашего блока, признаюсь, было посложнее — пришлось импровизировать. Если им не окажут своевременную помощь — умрут… если уже не мертвы. Мне оставалось только надеяться на аудиенцию с Вами, организатор, чтобы использовать свой навык убеждения. Конечно, всё прошло не идеально, но пока мы живы, я буду придерживаться плана…

— Как ты мог, Ума? — личина замирает в ужасе. — Я по доброте душевной вышел из тени, чтобы спасти тебя на турнире, а ты использовал это против меня? Прервал веселье… Как низко… Всё-таки, придётся тебя убить. Или нет? Может, будет достаточно смерти твоих друзей?

— За это нижайше прошу прощения, уважаемый организатор, — Змей холоден, Змей скользок, Змей полон сарказма. — Но я ещё не закончил.

— Что-то ещё?

Во взгляде Умы загораются озорные огоньки. Королевская кобра делает выпад, чтобы медленно и плавно вернуться на место. Ещё, ещё — змея бросает своё тело из стороны в сторону, расшатывая сознание и даруя холодной улыбке всю имеющуюся у неё власть.

— Во-первых, я бы не стал так опрометчиво называть моих друзей моими друзьями. Во-вторых, это всё какая-то хрень собачья, а не веселье. Где истинные страданья выбора? Где вынужденные сражения? Вы совершенно не постарались придумать что-нибудь достойное. Истинное удовольствие наблюдать, как двум привязавшимся друг к другу людям приходится сражаться насмерть. Я бы сказал, что вы слишком добры, раз ради своего плана просто не убили всех участников, но это была бы та ещё чушь, мы ведь не убиваем не поэтому.

— Вот оно, — маска начинает смеяться. — Ты сказал это, ты говоришь о моём плане. Ты думаешь, что что-то увидел, почувствовал, раскрыл?

— Раскрыл? Куда мне идиоту, я просто предположил.

— Давай же, порази меня, пока я ещё хочу быть поражён…

Ума в напряжении сжимает левой рукой правый кулак. Где-то внутри кобра застыла перед мангустом. Она знает, что проиграет, и опускается вниз, в пучину хаоса решений. Королевский вид убирает капюшон, и кобра перестаёт быть собой. Гадина смотрит на угрозу, и её хвост приходит в движение. Треск отвлекает врага, треск позволяет сделать выпад. Гремучая змея должна превзойти всё, что есть у истребителя гадов. Она должна…

— Вы очевидно имеете доступ к базе данных «идущих», обладаете достаточными средствами и властью, чтобы выкрасть две сотни участников, перенаправив их в нужное вам место так, что никто и не заподозрил. Вы не смогли бы этого сделать, не будь вы вхожи в ассоциацию «Нобилити». Более того, я уверен, что вы один из высших офицеров, если только уже не покорили синтраж, и вхожи в доверенный круг председателя.

— Дальше… — стонет организатор.

— Вы просто привлекаете внимание, зная, что именно по этим характеристикам Вас и будут искать. И раз Вы подставляете себя под удар, то уверены, что сможете переиграть всю ассоциацию и выйти сухим из воды. Вы и вправду развлекаетесь, но не здесь, наблюдая за нашими смертями, а среди офицеров, дожидаясь, пока кто-нибудь достаточно гениальный не сможет понять, увидеть, раскрыть… Вероятно, просто прохождение для Вас уже слишком скучно, чтобы удовлетворить Вашу жажду. Вам настолько скучно, что вы готовы баламутить пруд размером с целый мир. Даже не удивлюсь, если предыдущий председатель ушёл в отставку именно из-за Ваших теневых действий. Проблема только в том, что, подвергая опасности молодых участников, Вы лишаете меня возможного развлечения. Ломаете мои потенциальные игрушки. По крайней мере, я уважаю, что нам дан шанс выжить и стать сильнее, чтобы, дойдя до высших уровней синтраж, мы смогли попытаться отыскать Вас и излить всю ту ненависть, что Вы же и породили…

— Ммммм, — стонет Нулла. — Мимо или не мимо? Что ж, если ты прав, то убийство лишней сотни участников пойдёт мне только на пользу…

— Столько людей, столько сюжетов. Это будет равноценно незаконченной рукописи, недописанной картине, прерванной пьесе.

— Зато, какая мотивация мести по отношению ко мне. — Маска на время меняет голос организатора . — …И через долгие годы он, наконец, стоит над человеком, что однажды отобрал у него всё. Нога ступает на маску, чтобы та с хрустом разлетелась на куски, рука хватает безумца за волосы, чтобы оторвать голову от земли и взглянуть в глаза скрывающие причины каждой из смертей. Окровавленное лицо безумца искрится вариацией чувств, губы изгибаются в подобии улыбки. Время мести …