Синтраж. Том 1
Шрифт:
— Продолжай, потом объясню.
— Мммм. Было доказано, что Планету-Исток заселяло три или четыре различные расы гуманоидов. Урийцы и кроссы — прямое тому подтверждение. Проблемой стало перенаселение планеты, разрушающее атмосферу низко-технологическое производство, неспособные сократить население до приемлемого количества эпидемии и войны, циклично влекущее за собой всё вышесказанное. Психо-энерго-информационный разрыв предвещал уничтожение планеты и всего человечества… ой! — Мальчик, забывшись, нарушил сидящую позу, и игла в шее причинила тупую боль. Пришлось поправить положение, пока по телу не растеклось привычное тепло.
— Спасением должен был стать проект Веста, возглавляемый ассоциацией учёных, отобравших контроль у некомпетентных властных структур мирными и насильственными способами, заключив союзы с крупнейшими преступными синдикатами и корпорациями, не имеющими деловых отношений с властями крупнейших национальных объединений и государств. После финансового уничтожения конкурентов, Веста перешёл к глобальным проектам. Но решить проблему с контролем рождаемости не удалось: ни вакцинации, ни искусственно созданные эпидемии не смогли обеспечить желаемого результата. Восстановление экосистемы проходило слишком медленно, на внедрение передовых технологий в производства не хватало средств. Создание единого языка, валюты, и открытие границ повлекли за собой рост экономических преступлений, неподконтрольных преступному подразделению Весты. Ресурсы планеты истощилися, а экспериментальная колония соседней планеты после создания стабильной искусственной атмосферы заявила о своей автономности и нежелании предоставлять ресурсы планете-Истоку. Рационализм Веста превзошёл сам себя: колония была уничтожена вместе с её атмосферой и автономностью. Ха! Ситуация ухудшалась, ассоциация теряла власть, началась «охота на вест». Но политики, продвигавшие себя за счёт уничтожения представителей Веста, вскоре оказывались мертвы из-за неизвестного штамма вируса. Дело ухудшили природные катаклизмы, что уничтожали искусственные материки. Ассоциации нужно было больше времени. В менее развитых государственных единицах снова пришлось воссоздать ситуацию военного конфликта. Развитие затормаживали, большую половину… то есть часть средств вкладывали в космографию. Запасы пошли в расход… кхе-кхе…
— Что случилось?
— Я пить хочу.
— Потерпишь.
— Эххх… Лаг-шанс окупился, новый прорыв после терра… терраформирования, позволил бы осуществить переселение за пределы звёздной системы Истока. Путешествие в один конец. Был создан список планет пригодных для заселения. Реа-движки могли выдержать только один прыжок, так что перелёт до самой планеты назначения занимал многие годы. Кого посчитали нужным — «упаковали» в криогенные капсулы, остальных оставили умирать. Кораблей было много, потенциальных планет — тоже, так что колонизаторы потеряли контакт друг с другом после прыжка. Кому повезло — погибли, остальные — добрались. Но ни создания искусственной гравитации, ни атмосферы не оказалось достаточно — пришлось адаптироваться. Искусственные мутации, естественные мутации, эволюция во что-то совершенно новое, контроль рождаемости, недостаточно быстрое развитие технологий. Смерти и лишения. Сотни лет создавались автономные цивилизации, знания о планете-Истоке забывались, на замену сохранённым культурным аспектам создавались новые, и люди научились жить и радоваться со всем, что у них есть… как и всегда. Вскоре люди снова вышли в космос, и потерявшие друг друга братья встретились на просторах космозалы… Звёзды, я счас расплачусь!
— Не ныть!
— Не жить! Контакт, военные конфликты, попытки наладить торговлю. Обмен технологиями, агрессия, союзы. Одиннадцать систем узнали о существовании друг друга, вызывая как интерес и восхищение, так и боязнь и отвращение. Из тех, кто оставался полноправными гуманоидами, получилось неплохая смесь из альянсов, войн и предательства, других же пытались не трогать. Более развитые системы пытались силой осчастливить менее удачливых, но всё оказалось не так просто: этим они лишь подстегнули своих жертв к развитию, что со временем привело к всеобщему перемирию (не считая внесистемных и пограничных конфликтов). Вскоре наступил «кризис последствий». Реа-движки первых кораблей поселенцев не были доработаны, так, как теперешние, и как искусственное вмешательство в физику космоса повлекли за собой необратимые последствия. В каждой из одиннадцати систем полотно космоса выворачивалось наизнанку, неспешно и необратимо, создавая червоточины, постепенно всасывающие в себя всё и вся. Учёные предвидели подобную возможность, но кто тогда их слушал. Решение было одно — Второй Исход. И неизвестно, какая система первая обнаружила планету Тетра-Виа, но вскоре о ней узнали все. Наиболее оптимальный вариант для переселения. Пригодная для жизни атмосфера, огромная площадь, и достаточно далёкая от обречённых домов, но достаточно близкая, чтобы до неё можно было добраться. Здесь война была не выход — планету пришлось поделить, заселить и оберегать всем вместе. Расы, не имеющие собственного флота, такие как потагеты и мутагенты, были эвакуированы, вероятно, с расчётом на их дальнейшую помощь в ожидающейся войне (потомки Веста были прагматичны). Переселение проходило как по учебнику: общее горе объединяло выживших. После стабилизации экономики и расходования имеющихся запасов, пришло время колонизации соседних звёздных систем. На некоторых планетах были созданы условия для воссоздания и выведения новых видов известных нам животных. Хранители знаний Веста попытались воссоздать проект и провести полную космолизацию, ставя в пример сохранённый результат первого Исхода — схожий для всех язык общения. Но военные трибуны не желали расставаться с положением, что привело к Всеобщей Войне Исхода, длившейся добрую сотню лет. Спас положение новый кризис — учёный, известный как Изгой, для устранения которого потребовалось объединение всех домов Тетра-Виа. Избавление от Изгоя и его последователей, известное как Последняя Война, сделало невозможным продолжение военных действий. Объединённые государственные Дома исхода перестроили разрушенное и создали новое. Проект Веста был возрождён, расы перемешались, но Дома оставили за собой самостоятельное ведение внутренних дел. С тех пор прошло более восьми веков, и процесс космолизации вышел на приемлемый уровень, но, как утверждают специалисты, ещё не завершён. А совокупность звёздных систем, в пределах которых люди способны совершать путешествия без последствий использования реа-движка, получила название «Бездна», расширение которой происходит очень медленно. Таки мы живём в поганеньком мире Бездны и всякое такое. Я уже в туалет хочу!
— Хорошо, вынимай иглы, — разрешает голос учителя. — Хватит тебе мучений на сегодня.
— Оооой, — с облегчением стонет мальчишка, вытаскивая виброиглы. — А можно потом к манекенам?
— К манекенам? Нет. Пойдёшь в граврум, будем отрабатывать шаги.
— Нееет, ну за что это мне?
— Хочешь знать причину? Тебе просто не повезло, — хмыкает наставник.
Глава 20. Ещё не конец
Ума открывает глаза. Вокруг него что-то пульсирует, и юноша не сразу понимает, что он находится в реге-капсуле. Монах начинает двигаться, и лепестки кокона раскрываются, выпуская пациента на волю.
Незиец прислушивается к ощущениям. Все раны были искусственно затянуты и кроме лёгкого зуда ничего собой не представляли, даже слабость и боль в перегруженных мышцах не особо волновали, мстя хозяину за чрезвычайную эксплуатацию лишь чрезвычайным недомоганием. Ещё очень хотелось есть. И в туалет. И было холодно, или даже зябко, вероятно, потому что он был гол.
Одежда нашлась тут же, недалеко от капсулы — стандартный больничный набор. Туалет тоже долго искать не пришлось. А вот с едой вышла заминка. И как назло голод становился всё невыносимей. Может монах и получал питательные вещества внутривенно, но пустой желудок — это пустой желудок. Поначалу всё казалось просто: Ума покинул медицинский отсек через одну единственную дверь. А вот дальше пришлось поплутать. Дверные панели одна за другой раскрывались перед капитаном корабля, уводя его в пустые комнаты и повторяющиеся коридоры.
«Это же небольшой корабль! Как тут можно заблудиться?»
Поворот, комната, назад, поворот, поворот, и вот уже он стоит перед медицинским отсеком.
— Да где же эта кухня, вашу мышь?
Корабль услышал вопрос и поспешил подсветить нужное направление. В этот раз юноша без труда добрался до нужного места.
— Мило, — пробубнил незиец, разглядывая уютный отсек питания. Всё в круглых тонах: круглая комната, овальный стол, круглые стулья, и закруглённые узоры синего цвета на стенах.
Холодильник нашёлся быстро, и Ума поспешил набить себе живот всем, что он мог посчитать привлекательным на вкус. Через минуту он пожалел о своей спешке и, добравшись до санузла, выблевал всё съеденное вперемешку с кровью.
Схватка с офицером нобилити не прошла без последствий, и, понимая это, монах не преминул помянуть судью Кристо бранным словом.
Дальше — ванная. Привести себя в порядок и, приходя в себя, не спеша заплести косу.
И вот уже совершенно новый Ума Алактум готов к встрече с остальным экипажем корабля.
— Командный пункт, — говорит он и направляется вдоль указателей.
***
На одном из курортных спутников планеты Гунбаур, колонии Дома Ида, две девушки устроили дебош в баре-ресторане «Виктим». Восемь избитых ими парней валялись по всему бару, а непричастные к драке посетители поспешили ретироваться.
Оправив свои платьица, девушки, как ни в чём не бывало, сели за стойку и самым милым голосом на свете попросили по бокалу «винтрезо». Бармен почесал щетину, окинул взглядом стонущих на полу парней и решил принять заказ.
Было не удивительно, что парни настойчиво пытались добиться внимания дам, но удивительно было, что дамы оказались теми ещё демосами. Одна из них была особенно хороша: фигуристая смуглая с фиолетовым отблеском глаз — пантера, иначе и не назовёшь. Вторая была менее заметна, бледновата, но весьма мила и грациозна: журавль из детских сказок или, скорее, лебедь. Такие разные и, вероятно, поэтому такие близкие.
Бармен не старался вслушиваться в их диалог, но из обрывков слов понял, что в скором времени кто-то прилетает. И оставалось только гадать: стоит ли завидовать вниманию дам к прилетающим или же сочувственно покачать головой…
***
— Ума, ты меня слышишь?
«Как же меня достало просыпаться от этих слов!»
— Что случилось? — спрашивает он и только потом осознаёт, что лежит на полу командного пункта.
— Мы сидели, смотрели мульти… то есть обсуждали стратегию, как вдруг появился ты. «Ты появился» сказал я секундой ранее, не поленился повторить… и я, было, обрадовался, что ты наконец-таки проснулся, но не тут-то было. Ты пришёл только чтобы снова рухнуть без чувств. — Врач проверяет пульс, внимательно рассматривает глаза и щупает пальцы больного. — Ну ничего, это ерунда, ты быстро поправишься, — не понятно кому врёт Док и начинает наносить точечные удары пальцами в область живота, затем переходит на всё тело Умы, нажимая на нервные узлы и биологически активные точки.