Чтение онлайн

– Ну, тогда молю Вас привести отрывок из текста, чтобы доказать это!

Шарвапа ответил:

– Кто ты такой, чтобы не верить Владыке Нагарджуне? Разве он не сказал: «Пусть их грехи созреют на мне! Пусть все мои добродетели им принесут плоды» [340] .

Тогда он попросил:

– Теперь молю Вас дать мне наставления по этому Учению.

Шарвапа ответил:

– О, Господи! Сохрани себя от всяких случайностей, а я дарую тебе тайные наставления постепенно.

Затем в течение 13 лет он постоянно давал ему шлоки «Blo-sbyong» (Обуздание ума – лочжон; здесь – «Tshig-brgyad-ma»), и понимание их родилось в его уме. Он написал такие слова: «Из-за моего большого себялюбия я попросил тайных наставлений, чтобы подавить самомнение, не делая различия между счастьем и бедой, злыми словами. Теперь, даже если мне придется умереть, я не пожалею».

Кажется, Шарвапа не давал эти наставления другим. Чтобы произвести впечатление на других, он еще раз слушал эти наставления в компании одного уроженца юга. [16а] Как-то раз, когда он был на занятиях, где его Учитель излагал текст «Уттаратантры», Учитель сказал:

– Следует, господа мои, отдавать собственное счастье и добродетели живым.

Если вы можете совершать подобную практику в своем уме, то сделайте так!

Он пишет: «Я понял, что мой Учитель сказал это для меня, другие не поняли этого».

В это время он служил своему Учителю два года в Шо, шесть лет в Гэгоне и столько же в Шарва. Затем он поочередно жил в Чене и в других местах. Живя в Дэпу, он сказал своим сотоварищам:

– Если у вас есть масло, то давайте поднесем масляный суп аскетам-созерцателям! Нам следует устроить праздник наречения имени по случаю наречения наименования этому Учению.

Он преподавал «Don-bdun-ma» («bLo-sbyong Don-bdun-ma»). В Дэпу Гомчен-дине он преподавал ее в классе, и обычай преподавания лочжон группе монахов ведет начало с этого времени. Затем он отправился в Мэлто и основал монастырь Старый Чека (Чека-ньингма в Пэн-юле). Он также предсказал Сэ Чилбупе, что тот в наши дни создаст Новый Чека. Затем он посетил Ча Урмо, написал «raThar-thug-gsum-gyi gdams-pa» («Наставления Трех Возвышенных») и автобиографию в шлоках. Он писал:

Сказав так, он скончался. Этот Ча Чехапа родился в год Железа-Змеи (1101), на 32-м году жизни Шарвапы. В 30 лет он встретился с Шарвапой в год Железа-Собаки (1130), когда Шарвапе был 61 год. Они были вместе 12 лет, до года Железа-Курицы (1141). После этого он прожил еще 34 года. Ушел в нирвану в 75 лет в год Дерева-Овцы (1175).

После него – Сэ Чилбупа. Его родовое имя – Сэ. Он родился в Дармагане в Верхнем Ньеле в год Железа-Коровы (1121). Его звали Чойкьи Гьялцэн. Много лет он следовал за Чехапой, в год Дерева-Обезьяны он построил Новый Чека, он также построил монастырь в Чилпу. После смерти Чехапы в течение 14 лет попеременно жил в этих двух монастырях, с года Огня-Обезьяны (1176) до года Земли-Курицы (1189).

Его ученики: йог Чансэн, Гьяпантанпа, Лха Гэндун-Ганпа и Ньян Лхадинпа основали монастыри Тоса, Панса, Гэндунган и Ньян Лхадин. Он умер в 69 лет (1189) в Чилпу. При кремации его останков появилось много чудесных реликвий, включая реликвию в форме раковины, закрученной направо. После него лха [341] – Лунги Ванчуг, сын Чово Нэнчжора и Пэлдэн, владелицы Нанама, родившийся в год Земли-Тигра (1158).

Когда ему было восемь лет, он получил от Гуривы Великого обеты упавасы (поста) [342] и разрешение (lung) совершать ритуалы подношения. В 14 лет он получил от Гуривы обет упасаки. В 15 лет он пригласил Лубкара, упадхьяю из Гья-ура, и кальянамитру Цанпа Кьюнпо из Чимпу и попросил первого быть ачарьей, а второго – упадхьяей и, таким образом, получил посвящение. Ему дали имя Жанчуб Ринчен. Он также изучал «Виная-карику» [343] , дважды слушал «Sum-brGya-ра» [344] и овладел ею. В том же году он проповедовал и в Пугу-о, а, увидев изображение кальянамитры Ча Чехапы, преисполнился веры и спросил:

– Как его имя? [17а]

Они ответили:

– Его звали Чехапа. Он умер, но сейчас жив Сэ.

Он укрепился в вере и отправился к Сэ. Монахи общими усилиями построили ему хижину. Когда ему исполнилось 24 года, Сэ сказал:

– Стань монахом!

Они пригласили из Гьясаргана упадхьяю Лана и попросили его участвовать в церемонии посвящения в монахи. Ачарья Шан исполнил ритуал, а Ньяг был тайным наставником. Так он получил полное посвящение. Он служил многим учителям, например, таким как Каче Панчен – великий кашмирский пандита Шакья Шрибхадра. После смерти Сэ Чилпы пост настоятеля в течение 43-х лет с года Железа-Собаки (1190) до года Воды-Дракона (1232) занимал Лунги Ванчуг. Он умер в 75 лет в год Воды-Дракона (1232). Он владел волной бодхичитты и имел много видений божеств-покровителей (идамов), таких как Lon-yod zhags-pa (Амогхапаша) и др. Он также получил разрешение на весь Ганжур и поэтому стал известен как Владыка разрешений (Лунги Ванчуг).

Лха Довэ Гёнпо (Лха Догён). Его отцом был Чобаг, а матерью Лхачиг (царевна) Дзамлин, сестра царевича Диганпы. Он родился в год Огня-Коня (1186). В шесть лет он получил обет упавасы от великого винаядхары Кора. В 16 лет он отправился в Чеку к своему дяде и получил обет упасаки. Сразу же после этого он попросил Бэлти быть в Кьормолуне упадхьяей на церемонии его посвящения в монахи, а кальянамитру Стхавиру (Нэтэна), уроженца Тосавы, быть ачарьей. Он стал послушником и получил имя Жанчуб-вё. Позднее он пригласил в Пото кальянамитру Нэтэна в качестве упадхьяи, а кальнамитра Гьялца из Пугу-о был карма-ачарьей. Чоцюн был тайным наставником (gsang-ston), и так он получил окончательное посвящение в монахи.

Лха Догён много учился у своего дяди, а после его смерти, в год Воды-Земли (1233), стал настоятелем. Он занимал этот пост 27 лет до года Земли-Овцы (1259) и защищал Учение. Старейшины (стхавиры) и кальянамитры Пото, следовавшие основным текстам кадампы, собрались на совет и преподнесли ему монастырь Пото вместе с подчиненными ему монастырями, а также вручили ему ключи примерно 30 монастырей Конпо с такими главными из них, как Табар, Бучу и Чанлун. Монастыри из Дагпо вручили ему с их крепостными и еще монастыри Лада и Кэнмёншо. Позднее в течение долгого времени он обычно назначал в них хранителей храмов (dkon-gnyer) и судей (mi-dpon). Из Ньела он получил приглашение от Санпо Великого и совершил церемонию освящения великой чайтьи (sku-’bum chen-mo). Ему преподнесли монастырь Санпоче с подчиненными монастырями и ключи от этой вихары. Его пригласили в Ронцекар исполнить церемонию освящения Великой гробницы (Дункан-ченмо) и вручили этот монастырь и его ответвления. У него было много последователей духовной линии Чилпупы в Санпоче и Тагоре. У него было много сторонников и учителей из Е-ру, Будала и других мест. Вообще же Лха Догён имел видения многих божеств-покровителей и, в частности, не мог отличить себя от Ачалы (Мийовы). Поэтому его знали как Царевича в тигровой шкуре. В Гонпари, в Ярлуне, у него было видение Симханады. В Пото было изображение Муни (Будды), проповедовавшее ему Учение. В Чилпу, когда он совершал посвящение в послушники, явились 16 старейшин (стхавир). С тех пор умножилось количество живописных икон, представлявших его окруженным 16 стхавирами. Он обычно хранил 16 цулшинов (tshul-shing, кусочки дерева для подсчета голосов и переклички) для 16 стхавир, используемых для церемонии открытия периода летнего уединения. Во время чаепития он обычно читал молитву в честь 16 стхавир.

В Лхасе Лха Догён получил наставления от Владыки (Чово). Когда он пришел в Радэн, Учитель Атиша сам явился ему. В Даме злой дух вселился в большое изображение, и никто не мог изгнать его. Он поехал туда, совершил церемонию изгнания злого духа (’gegs), и два голубя вылетели из-под мышек статуи. Затем они превратились в волков. Это видели все присутствовавшие. [18а] После этого он совершил обряд освящения изображения. Когда Довэ-Гёнпо Пагпа (хутухмта) вернулся в родные места, на его место были посланы другие кальянамитры. Догён сказал: «Я не могу расстаться с Вами! Давайте поедем вместе!» Они доехали до Шапосана.

Он трудился на благо ученых, монахов и знатных людей и умер в 74 года, в год Земли-Овцы (1259) в Чилпу. После его кремации было найдено в пепле много реликвий, включая изображения богов. Его глаз поместили в золотое изображение, хранящееся во внутреннем реликварии (nang-rten) в Чилпу. Сердце забрали в монастырь Чехапа и поместили в гробницу О-да. Его язык забрали в Пугу-о и поместили в изображение Махабодхи. Остались также четыре раковины, закрученные направо. Одну положили в золотое изображение в Ругпа. Другую поместили в гробницу среди реликвий, образовавших долю Пансапы, и теперь она хранится в О-да. Третья раковина сейчас хранится в Чилпу и показывается как реликвия.