Чтение онлайн

Глава 4 6 . Беседы комбатантов.

– Утверждать, что события, происходящие в мире, не имеют под собой соответствующей подоплёки, это - то же самое, что говорить о случайности, - Наглер в обычной своей манере нервно расхаживал по учительской вперед-назад и скорее рассуждал, чем пытался кого-то убедить,- повторю, это - то же самое, что говорить о случайности событий в конце восьмидесятых...

Он подошел к окну, опустил конспект на перемазанный подоконник, посмотрел вниз и закурил. С седой головой и багровым загаром издали Наглер напоминал негатив самого себя, только несколько лет назад. Разве что залысины на лбу стали отчетливее.

– Очевидно ведь, что Советский Союз не развалился сам по себе, - продолжил он, - этому предшествовал комплекс мер, реализация которых способствовала как непосредственно ослаблению государственных институтов и подрыву экономики, так и запуску процессов, направленных на изменения в сознании людей. В головы вбивались постулаты индивидуализма, стяжательства..., подменялась система ценностей.

– Да это вы со своей конторой все просрали... и слили, - подал голос дремлющий в кресле Чечен.

– Мы? А, вы, блядь, орлы, у себя раскачали и воспользовались!
– парировал Наглер.

– Следи за помелом, начальник!
– вскинулся Чечен, - время показало, что да, к независимости мы не готовы. Менталитет не тот. Мы воины, а не чиновники. Допускать наших до власти по идее нельзя вообще. На любом уровне. Как, впрочем, большинство... любых кавказцев... и чурок. Азиатов. Касыма нет? Хорошо. Любых. Для нашей же пользы. Назначенный главврачом начнет подтягивать всех своих, неважно какой ты доктор или медсестра. И завтра там нельзя будет лечиться. Директор предприятия назначит главным инженером своего племянника-барана, который купил диплом. Надо чтобы наверху были честные и справедливые, которым без разницы, из какого ты тейпа. Профессионалы, а не по блату.

– Ух, какой ты у нас сегодня самокритичный, - засмеялся Наглер, - чего-то даже страшно. Ничего такого не съел?

– Это потому, что он один тут такой, - заметил Чапа, - было б больше, так только б письками и мерились.

– Завалите свой поганый рот, - не поворачивая головы продолжил Чечен, - Вас не спрашивали. Я очень серьезно. У нас многие понимали, что России будущего нет. Знаешь, когда в зал не приходил тренер, мы назначали тренером кого-нибудь из своих, любого опытного, кто знает порядок проведения разминки и тренировки. Потому что самостоятельно... каждый сам по себе... не шло ничего. Только по команде, все в одинаковых условиях.

Чечен замолчал, достал из гламурного портсигара самокрутку, запалил, несколько раз жадно затянулся и вдруг неожиданно заявил:

– Я вообще считаю, что лучшие чиновники - это немцы! И исполнители, и руководители. Им это еще и нравится до усрачки.

– Вот вы их в ту войну и встречали хлебом-солью!
– сказал Чапа с усмешкой.

– Я не встречал!,- огрызнулся Чечен, и повторил значительно, с упором на местоимение, -я– не встречал.

– А ты хорошо ответил, генацвале, - заметил Бонда,- меня во все времена бесило, когда вылезет вперед какая-нибудь гнида и начинает в стиле: "Конечно, мы все виноваты в том, что произошло. Мы все голосовали за Иванова, все голосовали за Петрова, мы все желали победы народу Чуркестана!". А я говорю: "А с хера ли ты за всех говоришь? Я вот себя виноватым не считаю, ни за одного из этих пидоров не голосовал, ничего такого не желал и имею право слать Вас лесом!"

"У нас нет порядка.... Мы должны покаяться"! А у меня, блядь, порядок есть, и каяться я не собираюсь!

В советское время помню, ненавидел субботники по уборке мусора. Я его, мусор, блядь, не кидаю! С хуя ли я его должен собирать! Потом, правда проникся, с возрастом, что проще иногда подмести и подчистить, чем видеть...нечистоты...раздражаться и терпеть.

– Но это ведь не совсем про субботник, не так ли?
– раздался сзади тихий голосок.

Бонда вздрогнул от неожиданности, но, не подав виду, обернулся и, глядя в глаза вошедшему Ходыреву, в нарочито блатной манере запел: "Сколько я зарезал, сколько перерезал! Всяких разных тряпочек цветных...Исключительно про субботник, товарищ прапорщик!"

– Почему сразу прапорщик?
– поморщился Ходырев, - я человек гражданский.

И тотчас поправился - К воинским званиям отношения не имею.

– Потому что ты у нас кусок, - заржал Чапа,- ты же представитель военторга и овощебазы. Шматко, блядь нерусская.

– На строевого офицера ты не похож ни разу, даже по комплекции, да и возрасту, а подполковники у нас, похоже, со слов нашего кавказского друга, исключительно вайнахи. И все полковники тоже. И один майор,- продолжил Бонда.

– Два майора, - нарочито вежливо поправил его Чапа,- Чечен рассказывал про майора- младшего племянника, и про майора - сына хозяина бензоколонки.

– Я про второго не слышал, - засмеялся Бонда,- но он, конечно же, из спецназа?

– Конечно. Иначе никак. Других не держат.

– И он - чемпион мира по?

– Он был чемпион России по тхэквондо, - спокойно уточнил привыкший к подколам Чечен.

– Охотно верю, - сказал Бонда, - я знавал троих чемпионов по разным версиям разных единоборств. Все они были из моего города... Кстати, вполне достойные люди. Ну, повезло им - ехали в шапито анапском выступать, а оказалось, это целый чемпионат мира. Даже какие-то хорваты приехали. У всех, конечно, по-разному, но соревнований много всяких тогда было. Я сам чуть не стал чемпионом города по кекусинкаю в своем неудачном весе. И проиграл-то обидно - в дополнительное время, по очкам. В 90-м году. Сразу выбил одного, другим уже меньше соперников осталось. В итоге, мне дыхалки не хватило. Я как тигр - долго драться не люблю.

– Товарищ командир, - раздался высокий голос новенького спеца, - а почему у нас на шевронах тигра, а отряд называется "Багира"?

– О! Наконец-то! С почином!
– Чапа покатился со смеху, другие заулыбались - вопрос был традиционный.

– А это Вы у Бонды спросите, юноша, - улыбнулся Наглер, - его идея была.

– Для конспирации, сынок, для конспирации, - вздохнул тот.

Глава 4 7 . Угроза.

– Ты просто не представляешь, насколько они оторвались от реальности. У меня родственник, будучи с товарищем по делам в районе Рублевки, решил, что раз уж в столице, да еще и время лишнее есть, то не прокатиться ли. Хоть на заборы поглазеть. Для общего развития.

Как бы ни так! На подступах тормознули менты и очень вежливо посоветовали не мозолить никому там глаза своей шушлайкой. А автомобильчик, на минуточку, был почти новый француз гольф-класса.

Нахера вам нужны часы за полтора зеленых миллиона? Вы, блядь, госслужащие, откуда у вас... И, главное, зачем?!? Нравятся цацки, ну и рисуйтесь друг перед другом в закрытых помещениях, меряйтесь...причиндалами, не раздражайте народ-то! Туфли за триста тысяч, автомобили за двадцать миллионов. Безудержный, а порою бесспысленный хапок. Это я уже про местных. Вам-то зачем? Кого копируете?

В Москве, отравленной миазмами, другая атмосфера. Там мораль - всего лишь препона для рывка вверх, а насаждаемая религиозность - традиционный инструмент для удержания стада. Но у нас-то климат поздоровее! Хотя, когда все ветры веют оттуда, то чего ожидать.

И как вам, там наверху, можно верить? С чего вы решили, что за вами пойдут? Вы не думаете, что бесконечное создание безальтернативной ситуации в стиле "а те, еще страшнее, чем мы", в конце концов, приведёт к тому, что большинство скажет: "Да нам уже похую, пусть хоть кто, только не вы!" И на этот раз, вам уж точно не выгорит...