Чтение онлайн

Разговоры велись нейтральные, схемы и цифры писались на бумажках, передаваемых друг другу. А иногда просто набивались на калькуляторе и предъявлялись собеседнику. Эзопов язык, сленг и мат заменяли и характер действий, и ФИО, и врио. Без персоналий, но доступно. Примерно так:

– Пусть наш общий друг передаст этому...передасту, что он, возможно, передаст... наши (на калькуляторе шесть щелчков кнопками) поздравления своему лысому хрену. Если мы никого не заметим на этой полянке, кроме наших клоунов, якши?

И это еще не идеал, так как неплохо читается "лысый". Следовало заменить на "этот..., ну ты понял, да". Телефоны зачастую отключались, из них вынимались аккумуляторы. Их оставляли в машинах, разговаривали на улице. Только прошу, можно я сегодня без пояснений, а то потеряю нить?

Важный разговор мог произойти в коридоре администрации мимоходом на лестнице, а мог и в лесу в охотничьем домике. Быстро и без свидетелей, или при огромном стечении народу, но вполголоса. И тут же следовали отвлеченные темы. Природа, погода, бабы, машины, футбол. Впрочем, с кем попало, никто ни о чем не говорил. Да и паранойей страдали только самые опытные. Хотя и они понимали, что если будет отмашка, то ...сам признаешься, да еще и столько вспомнишь и додумаешь, что Конан-Дойл обзавидуется. Даже если ты чист, аки стеклышко

Один молодой, но мудрый чиновник заметил однажды, что в таком случае, наверное, особенно обидно. Я согласился, включив дурака. Он повторил, с уклоном на то, что предлагаемая мною сумма настолько незначительна, что можно считать ее несуществующей. Пришлось подарить свою визитку. Через месяц с ней пришла его молодая теща и ее неотложные проблемы обошлись мне еще в три первоначальные суммы.

А вообще, какими забавными стали борзые щенки! От переуступки прав аренды некоему лицу до негласного абонемента на услуги любого рода. Пришел, и пользуешься. Безвозмездно, то есть даром. Пока ты нужен, у тебя если и не коммунизм, то платиновая карта постоянного клиента с хорошим бонусом.

Я хлебнул проблем из-за своей Лизаветы, которую один нужный перец принял за мою секретаршу-референта. И настоятельно хотел с ней выпить кофе. Я сказал, что она кофе не пьет. Она сказала, что кофе не пьет. Он сказал, что я немного его не слышу. Закусился. Пришлось сказать, что вообще-то мамзель не мамзель, а мадам. Причем принципиально непьющая кофе, ни с кем кроме меня.

Он сказал, что ему это индифферентно, он предложил, его предложение пока в силе. Мы с Лизаветой заржали и удалились. Через день этот идиот имел глупость перезвонить. Мы еще немножко похихикали, хотя деньги тогда были б не лишними. Очередной кризис. Но не такой же ценой!

Через пару лет мужчина заматерел, перешел повыше, потом по горизонтали в область. И вскоре пропал. Говорили, что повесился в каком-то лесу. И чего он там делал?

Ладно, хрен на них, хапуг. В конце концов, при тогдашнем всеобщем бардаке коррупция порою играла роль циатима, или вазелина, если так понятнее. Не так больно было двигаться... при существовавшем тогда кривом и несовершенном законодательстве. Но обидно. Особенно лет через десять, когда стало ясно, что все это не только не затухает, но и усугубляется.

Но я ж разговор-то вел за технологии. За технический прогресс и его роль в доступности информации. Стремительно наступили времена, когда утаить что-либо стало почти невозможным. Любой непрофессиональный крендель, получивший на мгновение доступ к, ну допустим, секретным чертежам, мог сфотографировать их на свой телефон и тут же отправить их к конкурентам. Или профессионалу, который превратив схему вечного двигателя в фото любимого кота, мог послать его дяде Сэму. Или Киму. Да кому угодно! Всё! Не скроешься. А чего ты так смотришь? Сфотографировать на телефон? Ну да, глупо звучит. Сюрреалистично. Впрочем, не более странно, чем наблюдать бывшего генсека и единственного президента Союза, рекламирующего пиццу.

При желании можно было найти почти все. Вопрос времени, таланта и везения. Скажем, я шпион поганый. И надо мне узнать, как некая вундервафля крепится к хренотени обыкновенной. Я ищу соответствующий завод, институт, персоналии. Просматриваю форумы и аккаунты, регистрируюсь, вливаюсь в обсуждения, спорю, провоцирую, беру на слабо, усомняюсь в квалификации, обидно смеюсь, удивляюсь и восторгаюсь. Шоу!

– Вы у себя в Задрищенске балаболы, - пишем на каком-нибудь форуме с интересными персонажами, - семнадцатая вундервафля не может крепиться таким способом в принципе! Хренотень тупо не выдержит её биения на конечной стадии!

– Конечно, не выдержит! Это же не обычная пятнадцатая, и не восемнадцатая, которую никто, даже я, не видел. Тут все сложнее. Для этого и существует обходная технология ее замены на этом этапе. Смотри сюда: берем... и т.д.

И это все, порою, не выходя из кабинета, на какой-нибудь оклахомщине. Надо только знать процесс и людей. А они стали гораздо беззаботней.

Таким же макаром можно узнать раскладки и по фигурам, принимающим решения, их связям и тайным интересам. Вплоть до чтения интимных смс. Вчера, кстати в хозяйственном на порошке читаю-СМС-синтетическое моющее средство. А я и забыл! Но не об этом. В деталях погрязнем ...

Там потом еще краше стало, расскажу как-нибудь. Я о доступности и уязвимости любой информации. Представляете себе такое, товарищи чекисты? Этого не может быть никогда, потому что это редкий и неправдоподобный бред, да? А идиотизм ведь скорее в том, чем, спрашивается, занимаются в тот момент ваши коллеги? А хрен их знает! Но, наверное, что-то отжимают, делят или уже... переваривают. И феликс, это всего лишь кошачий корм. Да и не поможет уже традиционное "запретить и не пущать". Вы много сейчас контролируете магнитофонных записей? А представьте, что видеомагнитофон будет в каждом доме, и смотреть по нему можно будет не только "Укол зонтиком", но и ... проповеди в любой художественной форме. А если у каждого будет и телефон, и видеомагнитофон, и телевизор, и фотоаппарат, и проигрыватель, и все это в одной коробочке, размером с сигаретную пачку? Хочу - звоню в Австрию, хочу в Австралию. Хочу, сфотографирую вот этот документ и за пять секунд отправлю туда. Страшно? Это вы еще не слышали про реалии второй половины века. Хотя, и в первой-то... Цирк и кони! Каменный век вперемежку с двадцать первым. Не веришь?

Знаешь, что для меня стало, скажем, так, особенно символичным? Помнишь, есть такое устойчивое выражение, про "микроскопом гвозди забивать". Почти дословная цитата, слушай.

У нас были всякие приспособления, для безопасного наблюдения из укрытия. Иногда в условиях городской застройки, например из-за угла. Но иногда приходилось изгаляться с подручным материалом. В общем, в мирное время были такие телескопические палки, как ручной штатив, снимать себя любимого, одного или в компании. Чтобы соблюсти расстояние, попасть в кадр и все такое. Монопод кажется. Вот и у нас была такая хрень, с аппаратом на конце. Как дубина двадцать первого века. Высунешь ее, экранчик к себе развернешь и смотришь. В режиме реального времени. Или она тебе передает по беспроводному протоколу на дисплей в укрытие. А сама, допустим, привязана к дереву. Но чаще в руках. Высунул, посмотрел - перебежал. Или затаился. Так вот один боец попал в такую ситуацию, что отбивался этой штукой, как дубиной. Город, тесно. И не такое бывало. Но именно это было как-то очень уж символично.

Глава 82

. Счастье .

Сибирь. Вечер. Снег по-особенному скрипит под ногами, искрами переливается в свете фонарей. Множество студентов, группками и по одному. Девчонки, ребята - все вперемешку. Их гомон немного заглушается плавной инструментальной музыкой из динамиков. По краям широких тротуаров, идущих по центру проспекта, высокие сугробы - чистят трактором. Китаец, типа беларуса. Он стоит тут же под светодиодным фонарем. Снега много. Около домов давно чистится (или вытаптывается?) только тропинка и люди идут гуськом, притормаживая перед встречными. Одной ногой в сугроб, другой вперед. Так и дальше не снижая темпа. Никто не раздражается. Прохожие улыбаются. Предновогоднее настроение. Кафе. Усталая вежливая красавица, неужели сама хозяйка на кассе? Почему бы и нет? Хорошо... У вас так уютно! Неожиданно просто. Отвык. Солянка, чай с лимоном и два по пятьдесят вот этой вашей хреновухи. Только сразу. Нет, достаточно. Я ж просто покушать. А потом определимся. Спасибо.