Чтение онлайн

К тому времени Сула уже вошла во внутренние помещения, ближе к любимой подстилке. И оттуда донеслись какие-то неправильные звуки. Шандор, уже не оглядываясь и на ходу готовя магические щиты, выбежал следом за ней и сразу увидел на полу еще одно тело, а над ним – чуть припавшую на передние лапы Сулу. Будь у него нервы чуть более расшатаны, непременно решил бы, что грифон решил кого-то добить. Но на самом деле Сула, напротив, за кого-то сильно волновалась. И в тот же миг он узнал, за кого:

– Фарат!..

По стене тянулась длинная кровавая полоса – парень, видимо, шел так, опираясь о стену, потому что услышал грифонью истерику снаружи.

Но далеко не ушел, свалился.

– Фарат! Эй, ты с нами?! Где рана?! Дай взглянуть!

– За… зачем вы… Дакар, они не за вами… нез…

Он лежал, скрючившись, и Шандор догадался отвести в сторону его руки. Похоже, в Фарата стреляли.

– Тихо! Сейчас доктора приедут!

Магворк повис у самого лица и Шандор быстро и четко объяснил дежурным медикам ближайшей больницы, что случилось и куда ехать, сам при этом обеими руками зажал рану, хоть и не верил, что это может помочь. Добежавший до них полицейский услышал:

– Стрелял в Сулу… я оттолкнул, но их двое… им не мы нужны…

– Бандиты хотели убить грифона? – уточнил полицейский.

– Может… мне показалось. Они просто… сами. Не знали. В меня попали, потому что я сам на них… Я сначала не понял…

Речь у Фарата путалась. Но все-таки вскоре стало понятно, что с час назад или чуть меньше, в здание ворвались минимум трое бандитов. Вели себя громко и нагло, все перевернули в кабинете у Тиссы. Фарат знал, что единственная настоящая ценность здесь – собственно Сула, и перебрался к ней в вольер, приготовив нож.

Когда бандит ворвался в вольер с пистолетом, то Фарат оружие выбил, а Сула, решившая, что это на Фарата нападают (а трепать Фарата в этом здании имеет право только она!) снова забыла, что частично парализована. И атаковала врага со всей стремительностью молодого резвого грифона.

Бандит отступил, вернее, бежал, но как оказалось, был он не один. И второй принялся палить по грифону и вообще по всему, что рядом.

Суле повезло, ее не задело. Она, помогая себе крыльями, совершила очень длинный, хоть и не очень элегантный прыжок, и ударила бандита клювом. В это время Фарат к ним уже подбегал, и получается, сам подставился…

Так все обстояло, когда сюда прибыли полицейские.

От входа вновь зашумели, появилось новое действующее лицо, и Шандор вздохнул с облегчением – Крейн Багран не из тех, кто отступится, поняв, что из объектов нападения никто не пострадал. Крейн когда-то сам начинал в форте всадников.

Поздоровался с Шандором, быстро вошел в курс дела. В это время медики уже грузили тело жертвы грифоньего гнева на носилки. Ему предстояло вскрытие, но и так причина смерти ни у кого сомнений не вызывала.

Крейн же вдруг присмотрелся к убитому, нахмурился и уточнил:

– Шад, а ты точно уверен, что это приходили по твою с грифоном душу?

– Есть сомнения?

– Да, парень мне знаком. Хотя, его физиономия многим знакома, он с месяц, как в розыске. Но нам с тобой он знаком по другим причинам…

Шандор, как ни вглядывался, знакомых черт в бандите не находил. Так что Баграну пришлось объять самому:

– Этого парня я запомнил, потому что именно он стал собственником дома Примулы Фелана после ее смерти. Якобы за долги. Да, он из картеля, и теоретически, его могли отправить сюда избавиться от Сулы. Но мне не нравится его связь с Фелана. Верона сейчас дома? У нее все хорошо?

Шандор потер лицо руками. Хорошо ли? Они попрощались в дворцовом парке, теоретически там безопасно, всюду охрана.

Но если предположить, что здесь сейчас они имеют дело не с неудачным нападением, а…

– Это может быть попытка как-то отмстить девушке? Эй, Дакар, ты о чем сейчас подумал?

– О том, что это может быть не месть. Нам надо во дворец. Если все так, то, боюсь, без следователя не обойдется!

Сулу с трудом удалось убедить остаться в вольере – она высоко поскуливала и норовила тоже куда-то бежать и что-то делать… но пока что ее физические возможности вызывали у Шандора большие сомнения. И надо сказать, справедливо.

Он на ходу уже вызвал Тиссу и объяснил ситуацию. Попросил полицейских организовать охрану здания… но все мысли были уже не здесь.

Только в пути он высказал старому приятелю свои опасения:

– Мы узнали, что Верона по крови наполовину дайварка.

– Думаешь, каритская инквизиция до нее добралась? Очень сомнительно. Во-первых, этой организации уже четверть века не существует. Я думаю, это просто более изощренная месть тебе. Если так, то жди, свяжутся. Во-вторых, кроме вас, об этом факте. Что она – дайварка, хоть кто-то мог знать?

Шандор осторожно припарковал мотор у обочины и почти ласково уточнил:

– Бумаги Катрины ди Стева, похищенные из дома старой гадалки. Их ведь так и не нашли. Мы полагали, они как-то связаны были с договоренностями между ди Стева и картелями. А что, если нет…

– Не нагнетай. Или хочешь, я поведу?

– Еще чего! Едем!

Вокруг меня безусловно что-то происходило, но скользило по краю сознания и улетучивалось в бездну. Меня, кажется, куда-то везли. С кем-то ругались… потом заставили выпить какое-то… что-то мерзкое и холодное. Завернули в одеяло… или это, как в старой пьесе, был пыльный ковер?

Сколько это длилось, была ли еще ночь? Или это была уже другая ночь? Мотор тихо гудел, что-то щелкало. Пахло алкоголем и почему-то знакомыми духами.

Духи я пыталась вспомнить, но ассоциации были нейтрально-неприятные. Что-то из академии. У меня в академии друзей мало, но и врагов можно по пальцам пересчитать… Милена Латава, да Эльза Здана…

Эльза сбежала, Латава болеет. Не о чем тут говорить…

Я проваливалась в сон, потом вдруг просыпалась, но в голове по-прежнему варилось некое густое зелье из несочетаемых ингредиентов – воспоминаний и догадок, и просто случайных образов. Мне, пожалуй, хотелось куда-нибудь побыстрей приехать. Даже не важно куда – лишь бы это выматывающее бесконечное движение закончилось.

Помню телепортацию. Как кто-то долго объяснял, что я – чья-то там дочь и что хотела сбежать из дому… ерунда, может, сон.

Потом снова долго-долго куда-то ехали. В салоне мотора было тепло, даже жарко, а на меня еще накинули теплых вещей. Одеял, может, шуб.

А вернулась в сознание уже окончательно я оттого, что меня снова кто-то бросил в воду. Как тогда, в детстве! Как будто снова собирались утопить…

Я закричала, забарахталась, наглотавшись тепловатой, пахнущей илом воды, и далеко не сразу поняла, что до дна совсем недалеко. Можно даже встать на колени. Или сесть. Мелкий бассейн, локтя в три глубиной.