Чтение онлайн

– Теперь, друг, – обратился Вася к шарообразному, – ищи, где тут шарик, который упал вниз.

– Он не тут… он там… упал… вниз.

Шарообразный подошел к одной из стен и начал разгребать мусор. Подоспевшие ему на помощь космонавты вмиг разбросали весь мусор у стены. В ней обнаружился небольшой тоннель.

– Все ясно, – сказал ПИП, – такой же тоннель, как в том храме. Только там по нему храм наполняется водой, а по этому вода уже давно не поступала.

Шарообразный полез в тоннель и прошел по нему метров сто. За ним следовал ПИП, Афанасий и Вася. Отец забрал у тети Вали аппарат-переводчик и теперь, согнувшись, тащил его под мышкой.

– Тут… тут… – пробубнил абориген.

– Ага, в устройство управления задвижкой провалился. Вася, возвращайся назад, без тебя обойдемся.

– Почему, пап?

– Потому что так надо. Иди.

Обиженный Вася поплелся назад и стал ждать у входа в тоннель. Оттуда раздавались глухие удары. Прошло минут пятнадцать, прежде чем из тоннеля вынырнул сначала шарообразный, а за ним отец. Следом вышел ПИП, неся в руках гладкий зеленый шар, обросший окаменелой пылью.

– Где он был? – спросил Вася.

– В каменную яму провалился, наверное, когда аборигены пытались его вытащить из пирамиды, – сказал ПИП, – а лезть туда побоялись. Потом много лет камень вспыхивал светом, пока в нем сохранялась накопленная энергия. Потом перестал вспыхивать, его мусором занесло, и остался камень в преданиях, превратившись в легенду.

– Так. Все возвращаются. Остаются я и ПИП, – скомандовал отец.

– А вы? – спросил Вася.

– Мы пока здесь покопаемся. Может, чего-нибудь еще найдем.

– И мы хотим покопаться.

– Не хнычь, – строго сказал Эдуард, – космонавт должен быть в первую очередь каким?

– Дисциплинированным, – отчеканил Вася.

– Вот именно. Пошли!

Шарообразный вывел космонавтов к первому космотанку, Эдуард снова поднял его на верхнюю площадку и поставил рядом со вторым. Зеленый шар лежал у Васи на коленях, и он ласково счищал с него насохшую за тысячелетия пыль и грязь. Вася помнил, как в том, в другом храме, стоило ему дотронуться до такого же кристалла, как в нем появилась внимательная многоглазая физиономия. Сейчас это круглое лицо не появлялось. «Ничего, – подумал он, – дядя Федя чего-нибудь придумает, и эта страшная ро… э… лицо снова появится. А может быть, и подмигнет мне двумя-тремя глазами».

Прошло еще полчаса, и в приемопередатчике прозвучал голос отца:

– Ребята, кажется, мы заблудились в этих лабиринтах. Высылайте местного шарообразного.

– Хорошо, – ответил Эдуард, – мы с ним идем вам навстречу. Попытайтесь вернуться в центр пирамиды.

– Это мы можем. Я по привычке цветные стрелки оставлял.

Встретились на площадке в центре пирамиды. Шарообразный вывел всех к космотанкам, после чего у всех отлегло от сердца.

– Там такие лабиринты, – объяснял ПИП, – что черт ногу сломит. Если бы не привычка Афанасия Николаевича оставлять цветные метки, мы бы не выбрались.

– Ничего бы с вами не случилось, – успокоил его Эдуард, – достаточно было бы вызвать армию аборигенов. Они бы облазили все щели и нашли вас. Кстати, куда девалась твоя хваленая память, ПИП? Можно было возвращаться по пути, по которому вы вошли туда. У тебя что, склероз начинается?

– Так нас водил всезнающий местный шарообразный, я и отключился на время. Корабль вспомнил, Марину Петровну, Галину Семеновну, Клару Иосифовну, Барсика, Бешку.

– Эх ты, мечтатель, – ухмыльнулся Эдуард, – вы лучше скажите, нашли что-нибудь?

– Ничего не нашли, – ответил Афанасий, – скорей всего, все местные аборигены растащили, а потом забыли, где потеряли. Только один кристалл и помнят. И то только потому, что в храме потеряли, а потом долгое время наблюдали свечение.

Возвратились к большому дому, поблагодарили Местного за помощь, объяснили ему, что еще два таких же кристалла хранятся в храме на другой стороне планеты, попрощались с ним.

– А этот мы берем себе для того, чтобы договориться с «могучими» о скорой встрече, – сказал ему Вася.

Прощались шарообразные с космонавтами, потрясая пиками, как при встрече.

Дальше путь космонавтов лежал к каналу между двумя океанами на экваторе планеты. Лететь надо было еще тысяч шесть километров, и занять этот перелет должен был часа три. Главный оазис кончился, и космотанки вынуждены были подниматься над грядой высоких горных хребтов. Через два часа горные вершины пропали, и перед космонавтами открылся еще один оазис, протянувшийся узкой полосой вдоль канала от восточного до западного побережья Разделенного континента. Внизу пролетали густые леса, поля, озера и, наконец, предмет их интереса – широкий многокилометровый канал, закованный в каменистые обрывистые берега высотой в километр. Через каждые пять километров по длине канала были расположены многочисленные турбины гидроэлектростанций. По всей длине канала их было не менее тысячи. Космотанки приблизились к каналу и совершили посадку возле одной из гидроэлектростанций. Временную базу организовали на всякий случай высоко в горах. Там же подвесили искусственное солнце, а отдыхать спустились на космотанках на зеленую полянку неподалеку от канала. Там ПИП развернул свою походную кухню и быстренько приготовил ужин на семь персон. Оказалось, что местные овощи и фрукты значительно вкуснее тех, что произрастали на корабле. Что же касается мясного, то одно и то же блюдо из биомассы он умудрялся подавать с различными гарнирами и соусами так, что космонавты не замечали однообразия в пище. Даже Боб и Крупный с удовольствием сначала обслюнявили, а потом проглотили произведение кулинарного искусства ПИПа.

Утром на экваторе было тепло, и космонавты решили позагорать в лучах восходящего Рыжего карлика. Загорать пришлось недолго. За время, прошедшее с тех пор, как с планеты улетели «могучие», на ней расплодилось огромное количество хищников. В оазисах бурно расцветала растительность, которая, будучи пищей травоядных, создавала для них благоприятные условия размножения. Чем больше пищи, тем больше и ее потребителей. Больше зелени – больше травоядных, больше травоядных – больше хищников. А уничтожать их некому. Единственный враг – «могучие» – улетели. Хозяевами планеты стали почти неуязвимые хищники.

Вот эти-то неуязвимые и появились теперь на горизонте. Это были вышедшие из леса гигантские пауки, с которыми космонавтам уже дважды приходилось тягаться силами там, на Сплошной части континента.

Пауки, а их было пять, увидев, что в их царстве засверкал искусственный источник света, решили, что что-то новенькое появилось и надо навести порядок, а это значит, сожрать. Блаженство, которое испытывали космонавты, загорая в лучах Рыжего карлика, кончилось. Надо было снова одеваться, заползать в душный космотанк и принимать бой. Больше всех заволновались Боб и Крупный. На них надвигался самый страшный враг, какого они только могли себе представить, и никакая уверенность космонавтов не могла их успокоить. Они первыми нырнули в космотанк и стали молить своего шарообразного Бога, чтобы тот защитил их от страшной участи.

Космонавты расположились на своих местах и приготовились. Когда до пауков оставалось метров пятьдесят, и сердца у шарообразных находились уже в их многочисленных пятках, командир дал команду:

– Взлет!

Космолеты взлетели. Эдуард получил команду увести свой космотанк на безопасное расстояние. Сам после этого вышел на пауков со стороны леса. Пауки продолжали двигаться к каналу, чувствуя запах жареной биомассы, которую приготовил ПИП. Когда они подошли близко к каналу, командир опустился на безопасную высоту. Один из пауков поднял лапу, чтобы достать космотанк, и в это время Афанасий на полную мощность включил электромагнитную защиту.