Чтение онлайн

Я присел под первым ударом, второй прошёл в миллиметре над макушкой, третий — я поймал, остановив лезвие сложенными пальцами. Демон, наносивший его, успел удивиться, прежде чем я ударил в плечо, не только сломав тело, но ещё и вбив его в брусчатку. И это было лишь мгновение начавшегося боя.

Новые навыки ощущались иначе, чем старые. Они были куда более плавнее. Частью меня в большем понимании этого концепта. Раньше применение каждого из них было отдельным усилием, отдельным жестом воли, несмотря на то, каким он был сильным, как ломал цифры или продавливал то, что Система начертила в описаниях.

Сейчас они просто были. Ближайшее схожее сравнение было бы с дыханием. Когда не думаешь о нём, и оно просто происходит.

Благодаря Первой Охоте я заметил движение флангового бойца раньше, чем тот успел даже начать его, и всё тело само подстроилось под угол атаки, не потребовав команды, на чистых инстинктах. Ловкость вместе с восприятием просто подняли общую картину боя до той степени читаемости, при которой происходящее замедляется не потому, что ты быстрее, а потому, что видишь больше.

Задумавшись, следующий удар я пропустил намеренно. Просто чтобы понять, что такое броня теперь.

Клинок серебряного ранга ударил меня в плечо. Хорошо приложил, вложив навык — что-то пробивающее, должное разложить плоть, что оно сейчас и делало. Мерзкий навык, стоит признать. Демоны ведут себя под стать своему именованию в человеческой истории и мифологии. С их переполненной жаждой к насилию, пыткам, людоедству и прочим «прелестям» тёмных тварей.

Но это всё не важно. Главное сейчас — собственные ощущения.

Просто толчок. Твердыня впитала его без усилий, броня из здоровья сработала ровно так, как было написано в описании, так же, как и раньше.

Не совсем то, что ожидал. Впрочем, всегда можно повторить.

Потеряв всякий интерес к злобно скалящемуся демону, старающемуся продавить клинок глубже, обернулся навстречу другому системному оружию, летящему в меня. Серп и копьё.

Убрав очки брони, или, правильнее сказать — подвинув их в сторону и обнажив истинные очки здоровья для получения урона, прочувствовал всё на собственной плоти.

Я тут же сверился с системным меню. Впечатляющие цифры, на самом деле:

Очки Здоровья: 3 824 031/4 067 676

В теории серебряный ранг может заковырять даже платину, получается. При таких вводных данных, что его противник с реакцией, превышающей атакующего, будет стоять и не сопротивляться. Присмотревшись в меню персонажа, заметил, что ещё и количество физической защиты сильно просело — тоже по моей воле. Получается, при желании я могу попросту убить себя?..

Делать этого, я, конечно же, не собирался, так что наступила моя очередь ответить.

Открытой ладонью в корпус, с вложенной в удар долей того, что раньше называлось Разрушением Пустоты, а теперь стало просто Пустотой. Демонический боец с недоумевающей рожей отлетел метров на двадцать, повалив двух стоявших за ним на второй линии.

Я остановился на секунду — посреди разворачивающейся атаки, под летящими в меня навыками, — и просто наблюдал, как эти трое валяются на вымощенном камне внутри чужого Осколка, общее впечатление от которого напоминало вырванный из реальности кусок города.

Сейчас я ощущал даже не азарт боя или злость. Эти эмоции попросту отступили на второй план, как и сам бой, как и обращение в новую, улучшенную форму Титана. Я убью всех находящихся здесь — это уже вынесенный приговор. Хотя бы за те грехи, что они уже совершили, достигнув своих относительно высоких уровней. Видно было, что бойцы они аховые, и эти их уровни, растерянность в реальном бою, крики… они всё же по большей части выходцы с ферм. Так что им суждено умереть.

Несмотря на очередное кровопролитие, мои мысли сейчас были где-то очень далеко.

Ведь где-то за пределами этого Осколка, за тонкой мембраной пространства, в которой существовал карман чужой воли, сейчас происходило то, что я запустил полчаса назад.

Двести целей…

Я двигался сквозь сомкнувшуюся дугу, оставляя после себя тела, пробитые Пустотой.

Двести ядерных боеголовок.

Я подсчитывал. Суммарная мощность только одного залпа — около ста мегатонн. Это грубая цифра, без учёта разброса типов боеголовок, без учёта того, в какую среду попала каждая, какая там атмосфера и потоки системной энергии, насколько плотной была застройка. Системные миры разные.

Переменных слишком много, чтобы считать точно.

Но порядок цифр считается легко.

Хиросима — пятнадцать килотонн. Погибло от восьмидесяти до ста сорока тысяч человек. В зависимости от источника, в зависимости от того, как считать — сразу или вместе с многолетними последствиями.

Сто мегатонн — это сто тысяч килотонн. Это почти семь тысяч Хиросим.

Я вынес уже второй фланг, думая об этом. Телесно это ощущалось как лёгкое усилие, не больше. Платиновый ранг делает из боя что-то механическое в плане собственных ощущений — я перестал чувствовать противника как угрозу ещё в момент, когда шагнул на их Осколок. Просто очередное препятствие между мной и следующей точкой маршрута.

Семь тысяч Хиросим.

Конечно, подсчёт слишком грубый, и миры были отдельными экосистемами, но у всех имеется схожая тенденция. Из-за так и не прекратившегося еженедельного открытия разломов в инициализирующихся мирах они все заселены одинаково плотно. Командные центры явно находились в жилых кварталах. И фермы — это пленные, которые, скорее всего, погибли вместе с теми, кто их держал. Это отдельный счёт, отдельная строчка.

Но по любой оценке — это миллиарды.

Я выбросил это из оперативного сознания и переключился на продолжение боя.

Слово Системы подсветило слабое место лидера группы раньше, чем тот успел применить накопленный навык, который я посчитал опасным. Мне пока что сложно читать все тонкие энергии, но если чувствую через Первую Охоту опасность — надо устранить как можно быстрее.

Левый нижний стык грудной брони, за которой скрывается сердце. Короткая телепортация Перемещением, удар Пустотой в форме Воина Пустоты — и спустя секунду у меня в руке было вырванное сердце демона.

Оно ещё пульсировало, хотя его хозяин ещё был жив. Опять Система с её выходками. Уверен, опусти я его сейчас — вполне может вырастить себе новое. Поэтому отпускать я его не стал, расщепив Пустотой голову демона золотого ранга вместе с сердцем, что было у меня в руке.