Чтение онлайн

В назначенный час спустились в захваченную тварями шахту.

Брэнди вел боевой отряд гномов, я с дружинниками шел следом. Лизалия прикрывала позади — стрелять в тесноте пещер было сложно, но на случай, если вдруг полезут, ее ночное зрение и лук точно лишними не будут. Замыкали нашу процессию гномы с тягловыми ящерами, везущими бочки с порохом.

Добрались до развилки, где тоннель раздваивался. Один путь вел к Гнезду — оттуда уже тянуло характерной вонью Искажения. Второй — в старые выработки с залежами золота. По плану мы должны были заложить бочки в обоих тоннелях, в самых узких местах, и подорвать одновременно, чтобы обрушить перекресток и похоронить под камнями и тварей, и Гнездо.

Пока возились с фитилями, из темноты выскочили несколько разведывательных слепых тварей — мелких, зубастых, похожих на помесь крысы и паука. Гномы были начеку и встретили их топорами, срубив на подходе. Но больше никто не лез — будто чуяли, что сейчас здесь будет жарко.

Мы заложили бочонки в трех местах, соединили фитили в один. Я лично проверил каждый узел, каждую веревку. Если взрыв сработает не там, где нужно — мы откатимся на три дня назад, а в следующий раз твари уже могут не дать нам спуска. Есть ли среди них полуразумные искаженные главари — я, честно говоря, не горел желанием проверять. Даже их самые мелкие представители напоминают порождения сущего кошмара… Бр-р.

— Поджигай, — крикнул Брэнди, как только я дал добро.

Один из гномов чиркнул кресалом. Фитиль зашипел, и мы побежали на выход.

Тут нам пригодились тягловые ящеры — большие, но послушные создания с цепкими лапами, которые легко карабкались по крутым стенам и не боялись темноты. Гномы держали их наготове в соседнем зале. Мы вскочили на ящеров и рванули прочь.

Услышав топот десятков лап, в глубине шахты взревели десятки глоток, часть тварей явно кинулась было нами, но поздно. Взрыв грохнул так, что заложило уши, когда мы уже почти выскочили из шахты. Жаркая взрывная волна лишь придала хладнокровным ящерам ускорение.

Я пригнулся к шее скакуна, чувствуя, как горячая пыль обжигает затылок. Мы буквально вылетели в ведущий к городу туннель под перепуганных крики ожидавших нас там гномов. За нами повалило облако горючей пыли, смешанное с искрами. Спрыгнув с ящера, я оглянулся. Тоннеля позади больше не существовало. Сплошная рваная стена из камня.

— Живы? — спросил я, кашляя пылью и щурясь сквозь взвесь.

Брэнди сполз с ящера, ощупал себя, помотал головой.

— Живы, — выдохнул он.

Лизалия показала большой палец вверх. Ну этой непоседе все нипочем — это я и так знаю…

В следующие дни мы помогали гномам укреплять оборону — ставили подпорки в уцелевшем тоннеле и расставляли ловушки на случай, если взрыва тварям окажется мало. Теперь гномы по крайней мере знали, как с ними эффективно бороться.

На прощание глава клана — старый, седой гном с тростью — пожал мне ладонь и сказал, что клан Каменных Топоров никогда не забудет моей помощи и переданных знаний. Торговля и гарнизон гномов нам теперь были обеспечены. Да и многая гномья молодежь наверняка захочет мир посмотреть… Всегда будем рады и примем.

В подарок гномы передали нам несколько десятков тягловых ящеров — с ними удобно было перевозить грузы по горам и лесам. Ящеры оказались ловкими, послушными и почти всеядными. Мы погрузили на них олово — гномы расплатились с нами не только словом. Олова оказалось столько, что хватило бы на добрую дюжину бронзовых пушек.

Обратный путь занял пять дней. Лизалия почти все время сидела рядом со мной на одном ящере. Сначала я удивился — обычно она держалась на расстоянии… А тут — посмотрите-ка на нее. Выходит, Асалия была права?..

Когда показались знакомые реки и холмы, я с облегчением выдохнул. Дом, милый дом. Экспедиция прошла успешно.

— Вернулись! Барон вернулся!

У ворот нас уже ждали. Марко стоял впереди, махая лапищей, Эдгар — чуть поодаль, довольно улыбаясь в седую бороду. Файгер взмыл в небо и с оглушительным ревом описал круг над стеной. В деревне закричали, засуетились, и через минуту толпа радостно хлынула нам навстречу.

Нас быстренько накормили — горячей похлебкой с мясом, свежим хлебом, квашеной капустой. Напоили травяным отваром и по бокалу «Огненного солода» для аппетита. Потом разобрали по домам и баням — отмываться от дорожной пыли. Я рухнул на кровать еще до заката и проспал почти до полуночи.

Вечером, когда проснулся, и суета улеглась, Марко зашел с коротким отчетом. Харлем приплелся следом.

Говорил в основном воевода, управляющий лишь кивал и изредка добавлял детали. За четыре недели в мое отсутствие в Орлейне многое изменилось.

Во-первых, переселенцы. Прибыло еще три десятка семей. Поселили их на восточных и северных окрестностях, выделили лес на постройку, давали скотину в долг под будущий урожай.

Во-вторых, урожай. Озимые пережили паводок лучше, чем ожидалось. Яровые взошли дружно — духи потрудились на славу. Харлем прикинул, что к осени соберем зерна вдвое больше, чем планировалось. Излишки продадим — цены на рынке растут — многие соседние баронства из-за междоусобиц сидят на голодном пайке.

В-третьих, дружина. Марко и Ганс за месяц набрали и обучили еще полсотни новобранцев. Когти пополнились двадцатью отборными бойцами — в основном из тех пленных, кто согласился перейти на нашу сторону. Лоуренс благодаря ученикам наладил выпуск целебных мазей чуть ли не в промышленных объемах — теперь каждый десяток в дружине имел при себе походную аптечку. Асалия с сестрами расширила зону патрулирования до бывших земель Морландера. Теперь ни одна банда разбойников не могла подобраться к Орлейну незамеченной.

Росаль затих. По словам Товрина, сидит в своей столице и пока не высовывается, пытаясь наладить неразбериху в графстве. Слухи о разгроме его армии разлетелись по соседям, и теперь ему было не до нас — вассалы требовали объяснений и поблажек, банкиры — денег. Ни на то, ни на другое у него сейчас не было возможностей. Старый финансист Арчибальд, напуганный перспективой сидеть в яме до конца своих дней, настрочил десяток тайных писем в Торн. Банкиры расправили крылья. Графу придется несладко.

Из окна увидел, как над полями мелькнули знакомые искры — Роза проверяла всходы в полях. Боб копошился в горохе, Златик возился у теплиц, Грум, кажется, дремал где-то под кустом…

Последующие дни я в основном отдыхал и отъедался. Тело требовало восстановления после похода, и я не спорил. Только иногда, сквозь дрему, чувствовал присутствие Файгера — он лежал у себя в ангаре и чутко охранял мой сон. И Стража — он медленно оживал в своей родной роще, набираясь сил. После Слияния он пострадал куда больше меня. Кора его почернела, листва завяла, корни истончились. Сейчас я уже понимал: тогда он отдал мне часть своей жизненной силы. Без нее я бы вообще мог не выжить или остаться калекой. Так что я был ему благодарен и, коли придется, обязательно верну этот должок.