Чтение онлайн

Корделия повела подбородком и зацепилась взглядом за Элизу у витрины.

— Девочки, гляньте. Нищая Лиза снова стекло протирает.

Соня прыснула в кулачок, а Матильда поправила новую жемчужную серьгу.

Элиза убрала кошелёк в карман и повернулась к ним.

— Здравствуй, Корделия.

— Лиза, я тебя как подругу спрашиваю, — Корделия подошла на пару шагов и склонила голову набок. — Зачем ты ходишь в нашу Академию? Тебе же неловко, да и нам, если честно, тоже. У тебя на ленту для волос денег не хватает, а ты сидишь с нами на одной скамье и решаешь те же задачи.

— Решаю я их, кстати, лучше тебя, — спокойно ответила Элиза.

Корделия моргнула, и по её лицу скользнуло раздражение, тут же спрятанное за улыбкой.

— Решай их где-нибудь на окраине, потому что там для таких, как ты, есть приходские школы, и подружек найдёшь себе по достатку. А на выпускной тебя всё равно не пустят, ведь в уставе Академии чёрным по белому написано про парадное платье из шёлка.

— И туфли, — добавила Матильда. — С перламутровой пряжкой, ещё двадцать серебряных, между прочим.

Соня снова хихикнула, и от этого хихиканья у Элизы внутри что-то щёлкнуло.

Она посмотрела Корделии в глаза.

— Я приду на выпускной, в платье и туфлях. А через несколько лет ты, Корделия, придёшь ко мне сама и попросишь об одолжении, потому что я стану в этом городе самой влиятельной женщиной из всех, кого ты знаешь. И тогда уже я решу, помнить мне этот разговор или нет.

Её слова прозвучали так уверенно, что Соня перестала хихикать, а Матильда дёрнула Корделию за рукав.

— Она ненормальная, пойдём, у Беатрис в три примерка, опоздаем.

Корделия задержала на ней взгляд ещё несколько мгновений, после чего отвернулась с напускной скукой и махнула прислуге.

— Пойдёмте, с ненормальными лучше не спорить, они от этого только заводятся.

Процессия двинулась вверх по улице, шёлковые свёртки покачивались в руках служанок, а Соня обернулась через плечо ещё раз.

Элиза держала спину прямой ещё несколько мгновений и только потом медленно выдохнула, и под рёбрами наконец отпустило.

Прижав ладонью карман с кошельком, она торопливо пошла вниз по улице к дому. Папе нужна была её помощь…

Карета остановилась у двухэтажного здания с облезшей вывеской «Торговый дом Винтерскай». Я выбрался на брусчатку, поправил на плече Рида в малой форме. А Дина, фыркнув, степенно сошла по подножке, выпятив розовый пузик впереди себя.

— Тибон, дальше я сам. Передай Элрику мою благодарность.

Кучер кивнул, тронул вожжи, и Вулканы покатили карету обратно к центру.

Я осмотрел свой новообретённый филиал.

Окно склада справа заколочено крест-накрест двумя досками. У дальнего причала болталась ржавая цепь. На фасаде шелушилась краска. Грузчики, посыльные, конторские мальчишки — пусто.

Хм… Бухгалтерия Виктора рисовала горы прибыли, а по факту меня встречала молчаливые руина в стадии медленного банкротства.

Ладно, пойдем посмотрим дальше.

Я вошёл внутрь.

Внутри пахло старой бумагой и нежилым помещением. На конторских столах лежал слой пыли, в которой кто-то пальцем вёл линию, так и не закончив её. У дальней стены покосились стеллажи с торговыми книгами. Под потолком в углу висела пустая клетка.

Я прошёл вглубь и открыл дверь кабинета управляющего, судя по табличке на ней.

Там за столом сидел мужчина.

Он никак не отреагировал на меня, будучи сильно занятым. Он держал перед собой стеклянный пузырёк с тёмной жидкостью и смотрел на него с тем сосредоточенным спокойствием.

Перед ним на столе лежало запечатанное письмо с написанным именем — «Элизе».

Хм… Под действием навыка Духовного кулинара я видел потоки и свойства духовной энергии внутри жидкости, и то, что я там видел мне сейчас чертовски не нравилось.

Витавшая, там энергия была тёмно-фиолетового цвета, и она отнюдь не выглядела доброй.

Твою ж мать… До меня всё сразу дошло.

Яд.

Не теряя ни секунды, я подскочил к нему, перехватил кисть и выбил флакон. Пузырёк звякнул о столешницу, прокатился по дереву и остановился у локтя хозяина.

Содержимое плеснулось внутри маслянистой жидкостью пролив на стол несколько капель.

Мужчина моргнул и посмотрел сначала на свою пустую ладонь, потом на меня.

— Спокойно. Сидите, — я обошёл стол, налил воды из кувшина и поставил стакан перед ним. — Пейте.

Он машинально взялся за стакан обеими руками и сделал глоток. Я закрутил пузырёк крышкой и опустил в карман.

Письмо так и лежало между нами. Я его не тронул, ибо адресовано не мне, а видимо какому-то близкому этому мужчине человеку.

Сел напротив, оперся локтями на стол и принялся ждать.

Рид мягко спрыгнул с моего плеча, прошёлся по подоконнику, оценил вид и устроился калачиком. Жёлтые глаза прикрылись наполовину, оставив щёлочки наблюдения. Дина в это время обнюхала корзину для бумаг, толкнула её носом и недовольно сопела на запах чернил.

Управляющий допил воду, поставил стакан и наконец сфокусировал на мне взгляд.

— А вы кто? — спросил он дрогнувшим голосом.

— Ив, племянник Виктора и ныне владелец всех бизнес-активов семьи Винтерскай, в том числе в находящемся в этом городе филиале.

Он перевёл взгляд на фамильный перстень на моей руке, а затем сверил герб с моим лицом.

— Вы… простите, господин Винтерскай, я представлял вас иначе.

— Старше и с бородой? — я хмыкнул. — Привыкайте. Как вас зовут?

— Морган Дайл. Младший партнёр вашей семьи. Доля десять процентов по контракту с покойным господином Виктором.

— Я в курсе. Расскажите, что у нас тут происходит.

Морган опустил руки на колени, сжал кулаки и медленно разжал. Посмотрел на свой жест с лёгким удивлением.

— У нас тут конец, господин Винтерскай. Полтора года назад мы потеряли три корабля подряд на Северном речном пути… Сначала засада дикарей, потом корабли сами просто пришли в негодность. У нас остались только лодки, которые еще хоть как-то могли обеспечивать логистику и доставку грузов, но наш главный клиент, Секта чёрного хлыста, увы… почему-то разорвала с нами все договорённости. Чтобы покрыть поставщикам срыв из-за потонувших кораблей, я взял заём у дома Клейн под коммерческий вексель и поручился по нему лично, имуществом семьи… — Он перевёл дыхание. — Полгода назад я писал господину Виктору. Просил о встрече и о пересмотре условий. Ответа не было, и я решил, что он отказался от филиала. Сегодня последний день выплаты. Своё поместье, лошадей и библиотеку отца я уже продал, но этого не хватило. Под арест уйдёт всё имущество, что осталось.