Чтение онлайн

–  Сжечь?
– с негодованием воскликнула Пиппин. Сжечь платье, в котором она спасла Дэша? Да это ее талисман… Дэшу оно нравится.

–  Миледи, оно уличает вас в измене, за которую вам не захочется отвечать. Избавьтесь от него.
– Это звучало как приказ.

Ее пальцы вцепились в красный шелк.

–  Если я должна…

–  Да, именно.
– Ларкен метнул взгляд на герцога.

–  Ты позволишь ей увидеть его?
– повторил Холлиндрейк.

Ларкен холодно кивнул, и Пиппин шагнула в конюшню.

–  Пиппин, - окликнул ее Холлиндрейк. Повернувшись, она увидела, что он протянул руку.

–  Да, Тэтчер?

–  Пистолет.

–  Ах да, - сказала она, отдавая оружие.
– Как жаль, что я про него забыла.

Ларкен фыркнул и покачал головой, бросив на герцога настороженный взгляд, говоривший «это безрассудство на твоей совести».

Пиппин поспешила к стойлу, где содержали Дэша. Сидевший на табурете мужчина по кивку Ларкена немного отошел.

Упав на колени, Пиппин ухватилась за брусья. Дэш мешком лежал в дальнем углу.

–  Дэш, - прошептала она.
– Дэш, это я, Я пришла… Зачем? Спасти его? Помочь ему? Пиппин огляделась.

Черт, она не имела ни малейшего представления, что теперь делать.

–  Я пришла, чтобы быть с тобой, любимый, - сказала она.
– Пожалуйста, посмотри на меня. Я должна знать, что ты цел.

Дэш долго не двигался, застыв от звука ее голоса. Наконец он медленно перекатился и, морщась, схватился за ребра. Господи, как он выглядит! Один глаз заплыл… Его били, когда хватали. Теперь он страдал от боли.

И она тоже. Боль пронзила Пиппин с головы до ног при виде его.

– Уйдите, миледи. Уйдите, - сказал Дэш, прежде чем перекатиться обратно.

–  Дэш! Что ты говоришь? Подойди сюда, у меня мало времени. Еще есть шанс, мы можем…

Несмотря на раны, он вскинулся и повернулся к ней.

–  Ты ничего не станешь делать. Ничего.

–  Прости, - сказала она.
– Это я виновата. Я должна была знать…

–  Как ты могла знать, что у меня больше врагов, чем у любого другого?
– Он покачал головой.
– За исключением Бонапарта.

Пиппин улыбнулась его шутке.

–  Дэш, пожалуйста, подойди сюда, подойди ближе. Я не могу вынести разлуки с тобой..

–  Цирцея, ты должна научиться жить с этим, поскольку, боюсь, для нас теперь нет будущего.

Покорность в его голосе потрясла ее.

–  Дэш, что это значит? Ты бывал в худших переделках. Это всего лишь… всего лишь затруднение, - вспомнила она слово, каким он назвал свое положение, когда оказался в ловушке замерзшей Темзы.

Он покачал головой:

–  Боюсь, это гораздо хуже, чем затруднение. Это мой конец. Меня наверняка повесят.

–  Но я…

Дэш с трудом поднялся на ноги, шатаясь, пересек узкое стойло, опустился перед нею и сжал ее пальцы.

–  Ты ничего не станешь делать.

–  Но я не могу…

–  Ты должна, - горячо сказал Дэш.
– На этот раз ты в безопасности. Ларкен обещал мне. Но он не может второй раз закрыть глаза. Ты должна позволить мне уйти.

Пиппин покачала головой, жгучие слезы катились по щекам.

–  Дэш, должен быть выход. Я не могу отпустить тебя. Не отпущу…

–  Ты ничего не будешь предпринимать. В конечном счете, человек должен расплачиваться за свои грехи. Мое время пришло, маленькая Цирцея.
– Потянувшись, он взял ее за подбородок.
– Я познал небеса в твоих объятиях и не боюсь смерти. Ты должна обещать мне, что будешь жить и найдешь хорошего человека…

–  Но у меня уже есть…

–  Нет.
– Он рассмеялся и покачал головой.
– Ты найдешь хорошего человека, такого, каких одобряет твоя кузина, который будет оберегать тебя от неприятностей.

–  Но кто научит меня быть пиратом, если не ты?
– тряхнула головой Пиппин.

Он снова рассмеялся:

–  Ах, маленькая Цирцея, у тебя сердце пирата. Чему еще я могу тебя научить? Ты совершила измену и готова была совершить убийство ради меня…

–  Яне…

–  Только не говори, что не думала всадить пулю Ларкену между глаз.

–  Гм, он ужасно…

–  …прямодушный и преданный, но он хороший человек, и ты не причинишь ему вреда.

–  Если ты настаиваешь, - с трудом выговорила Пиппин.

–  Да.
– Он погладил ее по щеке, смахивая слезы.
– Чему еще я мог бы тебя научить?

–  Но, Дэш, я думала…

Это ужасно. Она думала… Подняв на него глаза, она молча умоляла позволить… позволить ей попытаться найти выход.

–  Не в этот раз, Цирцея. Я знаю, знаю. Я думал, что мы и на этот раз справимся. Думал так еще несколько часов назад.
– Он притянул ее ближе и, как мог, поцеловал ее сквозь брусья.
– А теперь иди, милая, и не возвращайся. Если ты думаешь спасти меня, то не делай этого, я не смогу тебе помочь и не стану глубже втягивать тебя в свой мир. Я теперь понимаю, как ошибочно было думать, что мы, что ты могла… - Дэш застонал, оторвался от нее, шатаясь, поплелся в свой угол и свернулся в клубок спиной к ней.
– Уходи!
– крикнул он.

Пиппин, спотыкаясь, отступила.

–  Нет, ты так не думаешь, Дэш. Ты не должен…

Он стремительно повернулся, на лице отразилась смесь боли и ярости.

–  Черт побери, уходи. Ты загубила мою жизнь… думаешь, я любил тебя? Никогда.

Она не могла шевельнуться, не могла поверить тому, что услышала. Он так не думает…

Дэш поднял ком грязи и бросил в нее, словно прогоняя бродячую собаку. Ударившись о брусья, комок рассыпался в пыль, но этого было достаточно, чтобы привести Пиппин в себя.

–  Дэш, я…

Он поднялся, сотрясаясь всем телом.

–  Оставь меня, черт побери! Прочь с глаз моих. И не приходи сюда. Никогда!

Слезы слепили глаза. Спотыкаясь, Пиппин вышла из конюшни. Мир вокруг рушился. Она прижала руку к округлившемуся животу. Что ей теперь делать?

Дэш дрожал всем телом и смотрел ей вслед. Вынужденная жестокость рвала ему сердце, но это был единственный способ спасти Пиппин, спасти ее от него. Не надо ему было четыре года думать о ней, пробираться в Лондон, целовать ее, встретив случайно, заниматься с ней любовью, губить ее жизнь. Он не мог позволить ей следовать за ним, поскольку был более чем уверен, что пришел конец его дней.

Потому что как он мог жить без нее?

Его старый противник Ларкен шел по проходу между стойлами.

Дэш отвел взгляд.

–  Она думает спасти меня.

–  Теперь это невозможно, - сказал Ларкен.
– Надеюсь, она это знает.

–  Да, - ответил Дэш с мучительной болью в сердце.
– Знает.

–  Тогда это было хорошо сделано.
– В голосе Ларкена не было обычного высокомерия.

Дэш по- прежнему не мог поднять на него глаз.

–  Она теперь в безопасности?

–  Да.