Чтение онлайн

– Влас! Али в гонцах?

– Здорово! Садись с нами!

– Какие вести? С чем радостным?

Все ли здоровы?

Влас истово помолился в правый угол и потом отвесил всем общий поклон.

– Хлеб да соль!
– сказал он.

– Садись к мисе ближе, - ответил ему за всех Антон, - речи после будет. Чай умаялся?

Влас присел, взял ложку, перекрестился и жадно принялся за еду. Только тогда, когда очищена была вся миса и Влас положил ложку, Антон спросил:

– Ну, с какими вестями? До князя?

Влас вздохнул.

– До князя!
– ответил он, - а как сказать и в ум не возьму. Гневлив он и лют во гневе-то.

– А что за вести?
– снова спросил Антон, - али худые?

– Вести-то... такие вести. Одно слово: кнут вести!

– Да не томи нас-то!
– крикнул Антон.
– Али на глаз князю?

– Не для-ча на глаз. И так можно. Сорому нет, а только...

– Эх, лисий хвост, будешь говорить, что ли!

– Что говорить-то! В два слова вести-то: князюшку нашего скоморохи скрали, и матушка-княгиня вне себя в бане лежит, воет!..

Антон вскочил, но тотчас опустился на лавку и словно окаменел.

– Что ж, погоню-то нарядили?

– А когда стрянулись?

– Как выкрали-то?
– послышались вопросы, на которые Влас только отмахивался. Антон залпом выпил целый ковш квасу и оправился.

– Ох ты, Господи, беда акая!
– сказал он сокрушенно.

Влас сумрачно зачесал в затылке.

– Теперь и рассуди, каково мне ему эту весть принести.

– Убьет, как есть, убьет!

– Ну, вставай с лавки, - сказал Антон, - ложись спать и не думай! Я сам князю про горе расскажу, а ты опосля придешь, позову!

Влас вскочил и поклонился Антону, коснувшись руками до полу.

– По гроб жизни тебе спасибо, Антон Дементьевич!
– сказал он с чувством.

Все полегли отдохнуть, только один Антон не мог заснуть после полученной вести и сумрачный ходил по заднему двору, поджидая своего любимого господина и думая, как осторожно передать ему страшную весть; но размышлять долго не пришлось, потому что вскоре к нему подбежал шустрый отрок и сказал:

– Князи наверх зовет!

Антон побледнел и вздрогнул.

– Да рази он вернулся?

– Сейчас вернулся.

Антон перекрестился и с видом решимости пошел в княжеские покои.

Князь уже сбросил с себя кафтан и доспехи и теперь ходил по горнице в легкой синей ферязи поверх желтой рубахи.

При входе Антона он ласково кивнул ему и спросил:

– Что людишки наши?

– Живем твоей милостью, батюшка-князь, - ответил Антон и переминаясь прибавил: - Влас с вотчины твоей приехал.

– Влас?
– встрепенулся князь.
– Зови его! С какими такими вестями? Али худо?
– он тревожно взглянул на Антона, и тревога его усилилась. Знаешь? Говори!
– сказал он, подходя к Антону. Антон упал ему в ноги.

– Ох, батюшка-князь, дурные, черные вести! Не доглядели твои слуги верные......

Князь тяжело перевел дух.

– Что случилось?
– тихо спросил он.

– Сына твоего скрали скоморохи! Княгинюшка...

– Сына? Скоморохи?!
– не своим голосом вскрикнул Теряев.

Антон взглянул на него и испугался: так от гнева перекосилось его лицо.

– На коня! В погоню! Зови Власа!
– снова закричал князь, быстро схватывая шлем и меч.

– Куда заспешил, Терентий Петрович?
– послышался дружески веселый вопрос, и Шереметьев вошел в горницу.

– Домой, в вотчину, ответил князь.

Шереметьев развел руками.

– С чего? Али беда какая, упаси Боже?

– Беда и есть, - ответил князь.
– Сына скрали! Наследника мово, сердце!
– Он сжал руки так, что они хрустнули.

Лицо Шереметева сразу изменилось.

– Ах, горе какое! Ах, беда какая! Как же так? Кто?

– Скоморохи!

– А завтра тебе в ночь на встречу ехать!

– О, эта встреча!
– воскликнул князь.
– Ну как мне радоваться с ними, когда такая тоска в сердце? А? Что же ты, смерд?
– крикнул он вдруг на молча стоявшего Антона.

Антон кубарем вылетел из горницы и, ворвавшись в избу, заорал благим матом:

– Вставайте, что ли, черти! На коней все, живо! Князь на вотчину едет!

6

Словно спасаясь от врагов, мчался князь на своем аргомаке, и за ним едва поспевала его малая дружина. Бурей пролетели они через деревни, что изредка встречались на их пути, вздымая облака пыли, и мужики, бросив свои работы, пугливо шептались:

– Видно, опять воры или ляхи на нас идут: ишь, как князь Терентий Петрович промчал!

– Борони Боже! Може на его вотчину наехали!..

На пятой версте, Антон, задыхаясь, сказал князю:

– Князь-батюшка, дадим коням передохнуть: неравно зарежем таким угоном!.. самим хуже будет!..

Князь словно очнулся и взглянул на своего коня. Кровавая пена летела с него клочьями, бока судорожно вздымались и, когда князь сдержал его бег, видно было, как дрожали его ноги.

– Твоя правда, - ответил с досадою князь.
– Передохнем часа с два времени. Коней отводить, потом вытереть досуха и напоить! Ишь замаялись! А ко мне Власа зови!

Князь сошел с коня у дороги и, войдя на опушку леса, стал ходить взад и вперед. Антон принял его коня. Дружинники, друг за другом подъезжали к месту стоянки на измученных конях и облегченной вздыхали, с трепетом косясь на сумрачного князя.

Антон осторожно подошел к князю и положил на землю высокое седло. Князь в изнеможении опустился на него.

– Иди до князя!
– сказал Антон Власу, когда тот подъехал.

Влас взглянул в строну князя и обомлел.

– Забьет!
– прошептал он.

– Иди, чтобы хуже не было, - повторил Антон.

Влас сделал несколько шагов и, не доходя до князя, упал на колени и пополз к нему, воя и причитая:

– Будь милостив, государь!
– неповинен я, подлый смерд твой, в беде твоей! Послали меня, раба твоего недостойного, умишком скудного, до твоей милости, чтобы всю правду тебе сказать, как перед Богом!

Он медленно подползал, ежась от страха, и все жалобно выл, надрывая душу. Князь поднялся с седла, взглянул на него, и у Власа на миг онемел язык, так грозен показался ему его владыка.