Чтение онлайн

–А полностью как? – Спросил Виктор.

–О, полно имя язык мелить устанет. – Снова засмеялся Весп.

–Стало быть, ты с востока Империи. Из Калха иль Дальних Эмпорий? – Предположил Като.

–В дневном переходе к югу от Калха рождён был я в местечке неприметном.

–Я бывал в ваших краях. Специи да курильни лучше, чем у вас и не сыскать в землях торговых.

–Вот поцежу ещё немножко и нашепчу я тебе пару мест, где можно такие травки купить, что и в Императорском Доме кстати придутся.

–Так выпьем же за доброе здравие!

Живой разговор увлёк Като и довольно быстро он захмелел. Последние безрадостные дни тяжело повисли на его шее, клоня к земле начинавшую седеть голову и прогоняя прочь привычные мысли о любимой торговле. Только сейчас он задумался о своих безумных тратах на товары, ценность которых сложно было измерить, но куда более поразило его то, что потратился он на совершенно незнакомых людей, таких разных и противоречивых, что в иные годы, в ином месте он при первой же возможности поспешил бы при первой возможности избавиться от столь сомнительной компании. Да только – и ноги его твёрдо стояли на земле – не мог он припомнить, ради чего так долго топчет он кривые дороги далёких земель и почему столь призрачны и пусты его воспоминания о родимом уголке под нехитрым названием Рыбачья Бухта. Попытался, – и не смог вырвать из сокровенных глубин старую мечту о тихом уголке и безбедной старости – то, ради чего, как он сам себя уверял, Като покинул когда-то отчий дом. И перед глазами его ветшал и таял в кипенно-белой дымке аккуратный уютный домик на берегу реки, и всё четче вырисовывались задумчивые и грустные лица его спутников, которые кривились и плясали по волнам нахлынувших слёз.

–Никак, не в то горло горькая пошла, господин Като? – Участливо спросил Весп, подавая Като кувшин воды. – Вы отхлебните хорошенько, а мало будет, так и голову освежите – вмиг полегчает.

–Ох, спасибо. Но вы и не тревожьтесь в напраслину. Эка неведаль – разморило старика от сытного ужина в хорошей компании, да от костра. – Стыдливо сказал Като, и быстро отёр рукавом заплаканное лицо.

–Да, компания что надо собралась. – Пробасил Весп, улыбаясь. – Но нам пора уже – с утра заступать в караул, а Маре ещё и объяснительную писать за дневной конфуз.

–И это во многом объясняет такую печальную ситуацию в нашей армии. Стоит простому солдату забрать ма-а-аленькую толику из заслуженных трофеев, – так, пустячок на добрую память о славном сражении, – как его чуть ли не в карцер сажают. И за что, я спрашиваю. За пустяк, за мелочь. – Захмелевший Марий смешно тянул слова и всхлипывал, и его друг Весп решительно, одним рывком поднял его на ноги.

–И всё же нам пора. Долг зовёт, труби, что на сборы. – Весело пропел Весп.

–Значит, пора в путь. – Согласился Марий.

–Добейте на добрую дорожку. – Сказал Като, протягивая солдату похудевший бурдюк.

–От имени эскадрона благодарю сердечно. – Торжественно произнёс Весп и осушил бурдюк. – Пойдём, Мара.

Когда солдаты исчезли в ночной темноте, Като посмотрел на своих друзей. Хуса, всё такой же отстранённый, смотрел в сторону Караван-Сарая и что-то шептал себе под нос, а Виктор, подсевший поближе к угасающему костру, то и дело оглядывался на палатку и нет-нет, да и мотал головой. Като хотел скрасить томительное ожидание разговором, но не успел подобрать нужную тему, как из палатки вывалилась Катя, а затем вышел выталкивающий её Надея. Виктор вскочил на ноги и бросился к ним, а Като, боясь худшего, остался стоять у костра.

–Да отпустите же Вы меня, Вальтер. – Упиралась Катя. – Дядя Виктор, скажите ему, чтобы пустил меня – я должна быть с моим Джани!

–Виктор, дружище, подсобите в благом деле. – Попросил запыхавшийся Надея. В попытках удержать девушку, он загородил собой вход в палатку.

–Что же, что же Джани? – Спросил Виктор, подбежав к Кате и обхватив её за талию. – Не томи, я тебя прошу.

–Точно скажу, что его жизни ничего не угрожает. Зрение тоже удалось вернуть. – Устало ответил Надея. – Про остальное ещё рано говорить – процесс восстановления будет продолжаться столько, сколько протянет аппарат, но это уже не от меня зависит.

–Как же это? Что же? Будет жить?! – Прокричал Виктор, чуть не выпустив Катю из рук.

–Совершенно точно будет, можете даже карты разложить. Но только прошу Вас, уведите девушку в палатку и заставьте хоть немного поспать – она уже и так перешла собственный предел.

–Да что Вам-то известно обо мне? Да я все ночи с ним… – Да как Вы… Я же виновата перед Джани, дядя Виктор. Пустите, пустите пожалуйста. – Прохрипела она и разрыдалась.

–Что ты, что ты, ягодка. – Обнял её Виктор. – Да разве можно в таком виде перед человеком извиняться. Сейчас пойдём к Риму в палатку, причешемся, умоемся, а там и предстанешь перед Джани во всей красе – тогда уж наверняка простит. – Шаг за шагом они отдалялись от костра, пока горестные рыдания не затихли в ночи.

Надея, покачиваясь и волоча правую ногу, подошёл к костру. Като помог ему сесть на расстеленную шкуру и подал кувшин воды.

–Я принесу поесть. – Сказал Хуса и пошёл в сторону ворот.

Като присел рядом и осмотрел Надею. Тот вытянул правую ногу поближе к костру и, облокотившись на шкуру, жадно пил. Купец заметил, что лицо юноши ещё более осунулось, и это показалось ему невероятным. И в первую их встречу он думал, что при таком истощении парень не в состоянии будет не то что ходить и сражаться, но и стоять на ногах. Сейчас же Надея, укрытый хорошей одеждой, напоминал покойника, которого в полном облачении вот-вот отправят в последний путь.

–Ещё воды? – Предложил Като. Надея вернул ему кувшин и отрицательно завертел головой. – Если захочешь – скажи. Ты верно сказал о Джани?

–Ему смерть не угрожает. Сейчас машина трудится над его лицом: удаляет обожжённые участки, растит новые.

–Разве бывает так? – Не поверил Като.

–Сходи да посмотри, коль не веришь. – Ответил Надея.

Като посмотрел на палатку, из которой доносился тихий мерный гул.

–Я верю тебе. – Сказал Като, положив руку Надее на плечо. – А с ногой что, поранил?

–Отсидел просто. – Ответил Надея. Ни единый мускул не дрогнул на его лице. Он редко моргал, его тяжёлые веки медленно падали и, прикрыв глаза, тут же взмывали вверх.

–Спасибо тебе. – Сказал Като, чувствуя подкативший к горлу комок.

–Да что уж там.

Они сидели, глядя на костёр, пока не пришёл Хуса с небольшим котелком еды.

–Птичья похлёбка для восстановления сил. – Сказал Хуса, протягивая Като котелок.

Като посмотрел на тонкие руки Надеи, которые словно тряпки покоились на его коленях.

–Ты, дружище, давай-ка, обопрись на меня, а я тебя покормлю. – Сказал Като. Он отставил котелок и, обхватив Надею за грудь, прижал к себе.

–Это уже лишнее. – Воспротивился Надея. – Я завёл тысячелетний аппарат, уж ложку не выроню.

–Да у тебя и ложки-то нет, а свою я не даю никому. Так что ты не противься, а ешь. Ну, открывай рот.

Надея удивлённо посмотрел на Като, затем хмыкнул и принялся есть. После ужина он заметно повеселел.

–Сколько живу, а с ложки меня ещё никогда не кормили. – Засмеялся он.