Чтение онлайн

"Что происходит? Откуда чёртов свет?!" - билась лишь одна мысль.

Хотя одержимые и сами начали приходить в себя, Ашамаэль, поднимаясь на ноги и пытаясь рассмотреть хоть что-то вокруг себя, не прекращал отдавать команды. Когда взор, наконец, прояснился, колдун увидел, что находится в самом центре битвы. Про то, чтобы вернуть строй, можно было и не мечтать - бой превратился в сплошное месиво, в которое уже вступала гвардия. Эти исполинские воины в сверкающих золотых латах резко выделялись на фоне тёмных солдат Ваалинара и являлись более чем достойными противниками.

Армии сцепились в смертельной схватке. Тот бой, которого Ашамаэль не видел с самого начала этой войны - с равным противником. Хотя эльф был уверен в своей победе - его легион был в разы больше. Вот уже стрелки заняли позиции, засвистели стрелы и арбалетные болты. Демоническая кавалерия врезалась во фланги подходящих гвардейцев. Всё смешалось, вокруг вздымались комья заледеневшей поутру грязи, повсюду была кровь и смерть, а со звоном стали слились рычащие голоса воинов Ваалинара и боевой клич рыцарей с гвардейцами. Гулким рёвом разносился рык великанов. Мимо чародея, буквально в полуметре, пронёсся бронированный скакун одного из рыцарей, но он не обратил на это внимания. Ашамаэль искал одного единственного гвардейца. Дариуса. Если эльфа-колдуна было легко обнаружить в этом чёрно-золотом хаосе, то Дариуса найти было весьма сложной задачей, ибо его латы почти не отличались от лат его подчинённых. Но скоро их взгляды встретились, и Ашамаэль немедля атаковал. Ледяная волна с гулом закружилась перед гвардейцем, поразив несколько рыцарей вокруг, но, судя по реакции Дариуса, на латах или на самом воине был какой-то оберег - его броня лишь покрылась инеем. Тайтир стал резко сокращать расстояние, и Ашамаэль понял, что ближнего боя ему, так или иначе, не избежать. Не будет же он бегать по всему полю боя от этой пустоголовой банки с консервами! Первый удар гвардейца был готов разрушительной мощью обрушиться на колдуна, но Ашамаэль резким скачком ушёл прочь, и в руках чернокнижника появился исходящий ледяным свечением меч, длинной с хороший бастард. Второй удар Дариуса Ашамаэль не смог блокировать - не хватало физической силы, - поэтому ледяной и стальной клинки скрестились лишь на несколько секунд, высекая огненные и морозные искры, и Ашамаэль отвёл удар противника. Сразу же после этого во второй руке колдуна запылал тьмой чёрный клинок с хищно изогнутым лезвием. Им-то и был нанесён подлый удар снизу, но даже он всё же был блокирован щитом. Святая сталь отозвалась яркой вспышкой на прикосновение мрака. Вновь прогудел меч Тайтира, с грохотом ушедший в развороченную землю, и снова подлый удар Ашамаэля, который ушёл за спину врагу. Взмах ростового щита, эльф с трудом успел уйти от него, лишённый возможности закончить удар. Парирован колющий удар гвардейца, в руках чародея прокрутились клинки, уже готовые было нанести удар в голову, но Дариус быстро пришёл в себя и вновь нанёс удар. Ашамаэль поражённо понял, что великан почти мгновенно восстанавливает силы. Ни один простой человек на это не способен. Впрочем, Дариус Тайтир и не человек, это видно сразу - три метра роста людскому роду не свойственны.

Эта дуэль между святым гвардейцем и чёрным колдуном могла продолжаться практически до бесконечности. Ашамаэль был хитёр, изворотлив, Дариус неимоверно силён, опытен в ближнем бою. Но сражение вокруг начало принимать несколько иные обороты - настал момент, когда решится-таки победитель. И ваалинарово воинство не спешило легко побеждать врага. Поэтому Ашамаэль торопился - спешил победить лидера вражеского отряда, чтобы внести в картину своей победы второй штрих, первым штрихом были страх и злость, вселённые в души людей. А когда же погибнет Дариус Тайтир, командир Святой Гвардии, то гвардейцы, скорее всего, распадутся, поддавшись разладам. Ведь религия и власть - дела тонкие.

Хотя то, что Ашамаэль спешил, делу не помогало. Начало было удачным. Увернувшись от нового удара, чернокнижник нанёс мощный удар ледяным мечом, и щит Тайтира раскололся на две части, всполыхнув ярким белым пламенем напоследок. Забыв про защиту, Ашамаэль занёс тёмный клинок и встретил меч Дариуса. Раздался оглушительный грохот, меч гвардейца треснул, а изогнутый клинок эльфа разлетелся в дребезги, разбросав вокруг чёрные осколки и пустив тёмную прозрачную волну, которая пролетела по всему полю боя. Далее последовал удар могучего кулака в лицо, чернокнижник упал, выронив ледяной меч, который тут же растворился. Всё слилось в сплошном гуле, Ашамаэль увидел над собой размытый силуэт сверкающего меча.

"Не сдамся так просто!" - подумал чародей, вытягивая правую руку перед собой, а левой опираясь о землю, чтобы не упасть окончательно. Пальцы не слушались, мысли путались после удара. Чёрная вспышка обожгла гвардейца, замедлив его. Слишком поздно Ашамаэль осознал, что и этого мало. Всё вокруг словно замедлилось. Сверкающий меч был всё ближе, и смерть была неотвратима. Но вдруг в странной воцарившейся тишине просвистела стрела, врезавшись в плечо гиганта. Внезапно подоспел Кардан с мечом-бастардом наголо и кинулся прямо под клинок Дариуса, скрестив с ним своё оружие. Тут же в гвардейца прилетела вторая стрела, попав в сочленение нагрудника и наплечника. Тайтир замер на месте, ошеломлённый вмешательством сразу двоих противников. Этим Ашамаэль и воспользовался - чёрное пламя сорвалось с рук колдуна и опалило лицо гвардейца. Дариус с рычащим воплем отшатнулся. Он готов был упасть, но подоспели его гвардейцы, подхватив своего командира. На этом схватка, казалось достигшая своего апогея, оборвалась. Две армии отступили друг перед другом, взрытое и окровавленное поле покрылось чёрными трупами, среди которых крупными пятнами блестели золотые латы погибших гвардейцев и отливали серебром доспехи павших рыцарей.

Армия Ашамаэля была остановлена. Из тридцати тысяч воинов Ваалинара из этой битвы вышло пятнадцать тысяч. Многие были ранены и практически не боеспособны. Воины Дариуса тоже пострадали - похоже, что гвардеец решил, что разумнее будет отступить и сохранить жизни своих людей для следующей битвы. Ашамаэль чувствовал себя поверженным. Поражённым и бегущим прочь, несмотря даже на то, что и вражеская армия отступала весьма спешно. К Ашамаэлю подвели чёрного высокого скакуна, в чьё седло маг поспешил залезть, уходя вперёд армии, которая только начинала строиться в колонны. Следом за ним ехали и Кардан с Таланисом. Цепкий взгляд Ашамаэля зацепился за лицо стрелка - оно было окровавлено, на переносице и губе красовались глубокие порезы. Но стрелок, кажется, был занят другим. Он подозрительно оглядывался, и вскоре чёрный колдун понял, что было тому причиной.

– Где великан?
– внезапно резко спросил маг.

– Погиб, - прогудел Кардан, обменявшись с Таланисом взглядами. Кажется, лучник и сам только что узнал об этом.

– Где его отряд?
– так же резко продолжил чародей. Взгляд его устремился на колонну позади. Ни одного великана там не было. А вот отряд Святой Гвардии уже превращался в размытое золотистое пятно на горизонте.

– Узы разорвались. Они ушли, - отозвался Кардан.
– Их командир был единственным, кто хоть как-то связывал их с Повелителем.

– Что?!
– разъярился маг.
– Как посмели? Кто пустил?!

– Они ушли во время битвы.

– Великолепно...
– прошипел Ашамаэль.
– Просто чудесно! Вы двое ведите армию в крепость... Благо на этих границах она теперь одна и принадлежит отныне Ваалинару. Там укрепитесь и ждите дальнейших указаний от меня или... Повелителя, - с омерзением поморщившись, чародей перевёл взгляд на Кардана.
– Куда они ушли?

– На север, командир.

– Я покажу этим мерзким дезертирам...
– прошипел Ашамаэль и что было мочи стегнул скакуна поводьями, пустив его галопом в указанном офицером направлении.

***

Исконные эльфы, которые когда-то давно были едины, звались эльдар, и это название и по сей день иногда применяется ко всем известным подвидам. Но разъединение перворожденных началось с того, что эльфийское дворянство в своей неимоверной гордыне назвало себя эльфами высшими и отделилось от своего народа. Далее среди "низших" эльфов произошёл разлад, дошло даже до кровопролития, и отделилась третья группа, следуя примеру "высших". Таким образом зародились три главных вида: высшие эльфы, ушедшие в поля, тёмные эльфы - или же дроу - ушедшие в подземные пещеры и потеснившие гномьи народы, и лесные эльфы, которые ушли высоко в горы и глубоко в леса. Эти события доказали, что эльдар не так идеальны, какими их считали; у лесных эльфов дни разладов имеют название Месяц Великой Скорби - ровно тридцать дней декабря у лесных народов протекают в искренней скорби по разделению братского народа. Впрочем, скорбят только лесные эльфы. Среди дроу, к примеру, сей месяц является праздником, имея название Дни Освобождения, ибо тёмные эльфы искренне считают, что их всячески притесняли собственные собратья. Высшие же эльфы не любят говорить на эту тему, и упоминание Дней Освобождения или Месяца Великой Скорби является для высших эльдар оскорблением. Но даже после того, как дворянство эльдар объявило себя высшей кастой и произошёл раскол, это название порой появляется в определении всех эльфийских видов. Впрочем, это понятие мелькает на устах всё реже - в основном его используют маги.

Ситуация в Сиралионе складывалась плачевная. Хотя король и был спасён от смерти, он всё ещё был болен и до недавнего времени был вынужден переложить свои обязанности на плечи маршала - Иирса Нара - и молодого советника, который в благоговейном трепете перед королём или маршалом вовсе забывал слова. Войска дроу перешли в наступление и теперь уже вели войну на землях высших эльфов. Хотя воины Сиралиона и славились своим патриотизмом, готовы были до последнего издыхания сражаться за каждый сантиметр родной земли, империя Мортис медленно оттесняла сиралионскую армию. Но каждый без исключения бой был настолько ожесточённым, что иногда дроу даже переходили в отступление, несмотря на то, что противостояли им меньшие силы. Нередки бывали случаи, когда отряды гвардейцев количеством лишь в дюжину могли сдерживать целые батальоны тёмных эльфов. Впрочем, долго это продолжаться не могло - в скором времени эльфы Сиралиона могут оказаться под угрозой истребления, если война пойдёт так и дальше. Но всё обратимо, и в состоянии такой войны эльфы могли продержаться несколько месяцев.

Дух высших эльфов был всё ещё высок, а когда пришла весть, что Кайириан Сиралионский скоро сможет вернуть бразды правления в свои руки, среди воинов открылось второе дыхание, и на какое-то время сиралионские армии перешли в наступление на превосходящие силы врага. Впрочем, скоро Мортис опять сломят напор. Но государь вернётся! Эльфы были уверены - король их вновь победит зло, всю мерзкую орду и их жрицу. Но эта война была не такой, как все - впервые за многие года она шла на территории Сиралиона, а не на его границах или на других землях. Теперь чёрные сапоги дроу действительно топтали сиралионские поля, а злые руки жгли деревни.