Сказание о чернокнижнике. Книга I
Шрифт:
– Гра... Граждане... Тариса, - правитель заикался. Глаза его неуверенно бегали. Он судорожно пытался сообразить с чего бы начать. И эльфы... Среди людей были эльфийские солдаты! А если они нападут прямо сейчас? Что тогда?
– Как вам известно, наш город взяли в осаду тёмные эльфы. Их больше... И мне пришлось принять решен-ние... капитулировать....
В толпе поднялся неуверенный гул. На лицах ясно читался шок. Они знали, что местный король - трус. Но такого никто не ожидал.
– С-сег... Сегод-дня... Ночью они войдут в город. Извините... У меня н-не было выбора...
Гул нарастал. Некоторые были довольны, но большей частью люди начинали нервничать. Все они знали и слышали о зверствах дроу. Король испуганно вздрогнул, когда прямо перед сценой из толпы выскочил капитан эльфийской армии и одним махом вскочил на помост. Тут же пальцы, закованные в стальные эльфийские перчатки, сомкнулись на воротнике Тиймера.
– Какого чёрта?! Мы же договорились, что ты не вмешиваешься в военную политику!
– прорычал эльф. Толпа испуганно ахнула. Тарисийские стражники неуверенно мялись у основания сцены, не зная что и делать.
– Стража! Дартан!
– пронзительно вскрикнул до смерти перепуганный король. И вновь толпа испуганно ахнула, ибо за спиной эльфа прямо из воздуха возник сам чернокнижник, овеянный чёрными потоками магической материи. Эльф среагировал молниеносно. Раздался звон стали, нарушивший повисшую на площади тишину. Капитан замахнулся на мага со словами:
– Так вот он, змей, который виновен во всём этом!
– И через секунду уже никто не сомневался - сейчас герой зарубит тёмного мага. Но острая сталь прошла словно сквозь тело Дартана, а клинок запылал чёрным огнём и на глазах поражённой публики начал растекаться, раскалённой массой прожигая деревянный помост. Ошеломлённый эльф отшатнулся и поднял перед собой руки.
– Стой, колдун. Стой! Я сдаюсь...
– с затаённой злостью в голосе произнёс капитан.
– Позволь мне вывести своих людей из города...
– Хорошо, - мягко произнёс маг, бросив взгляд на испуганно замершего короля. От этого голоса по спине капитана побежали мурашки.
Отбросив в сторону обломок меча, эльф обратился к толпе:
– Ваш король предал вас. Продался тёмным эльфам. Что ж, его воля - если он хочет, чтобы дроу завладели его городом, да будет так! Но я не позволю погибнуть тем, кто не разделяет точки зрения своего слабовольного правителя! Сегодня же сиралионская армия покидает город, а те, кто хочет, могут отправиться с нами. За воротами нас ждут войска империи Мортис... Но лучше умереть в поле сражаясь, чем пасть, словно загнанные крысы на тесных улочках этого проклятого города! Кто с...
– воин не договорил. Ему в бок вонзился кинжал, Дартан нанёс удар, поймав последний момент речи.
– И так будет с каждым!
– произнёс колдун, смотря, как оседает тело капитана. Никто не рискнул сдвинуться с места - все люди и эльфы, которые были на площади, попали под действие колдовства расчётливого мага.
– Никто не выйдет из города. Уж я об этом позабочусь...
***
– Кто позволил вам уйти, жалкие твари?!
– в ярости прокричал чернокнижник, нагнавший дезертировавших великанов. Около двух десятков исполинов, вооружённых тесками и булавами, стояли плотной группой перед Ашамаэлем, который гордо возвышался в седле своего чёрного скакуна. Белая мантия развевалась на ветру, глаза чародея грозно, но с оттенком болезненности, блестели. Эльф, даже будучи в седле, выглядел на фоне великанов ничтожно маленьким. Стоит одному из гигантов взмахнуть рукой, и Ашамаэль уже вряд ли поднимется на ноги. Но маг был уверен в себе.
– На колени. На колени, я сказал! Тогда я, может быть, помилую вас...
– Ты не командир нам, малявка, - пробасил один из великанов. Он угрожающе выступил вперёд. Чёрный скакун беспокойно заёрзал перед гигантской фигурой существа. Маг с такой силой натянул поводья, что конь пронзительно заржал и встал на дыбы.
– Ах, так!?
– И тут же эльф вскинул руку, губы пропели заклинание, и с тонких пальцев сорвалась сверкающая синяя молния, врезавшись в гиганта, который так кстати занёс свою булаву для удара. По полю разнеслись треск и грохот, булава лопнула, словно перезревший фрукт, засвистели стальные осколки. Огромное тело великана содрогнулось в конвульсии, и тот упал на колено. Гигант не сдался и предпринял попытку добраться до ненавистного колдуна. Но маг призвал ещё одну молнию, и монстр погиб окончательно, не выдержав напряжения.
– Следующий!
– рыкнул Ашамаэль, в упор смотря на замерших в ступоре великанов. Гиганты не двигались. Их, конечно же, поразила такая демонстрация силы, ибо в их скудных умах не укладывалось, как столь мелкое существо смогло за пару секунд уложить их вожака.
– Или я продолжу?
В подтверждение своих слов, маг описал рукой дугу в воздухе, за которой тут же показался светящийся электрический след. Растерянные, гиганты неохотно покорились, но Ашамаэль сам себе удивился, когда решил, что эти жалкие существа не достойны жить.
"Зачем? Опять включать их в армию, чтобы те снова сбежали при первой же возможности? Ну уж нет."
– Хотя знаете... Я передумал!
– ухмыльнулся маг.
– В наказание за ваше дезертирство я приговариваю вас всех к смерти.
Великаны переглянулись. Если для Ашамаэля это решение было крайне неожиданным, то гиганты вообще утеряли суть происходящего. А объяснить происходящее с эльфом можно было довольно просто. Природа высших эльфов светлая, а Ашамаэль был фактически единственным магом среди своих сородичей, который достиг таких вершин в тёмной магии. А последние знания, которые были помещены в разум чародея насильно, сейчас с трудом усваивались, приводя к подобным последствиям. Через какое-то время Ашамаэль вообще перестанет быть похожим на высшего эльфа и даже, быть может, образует новое ответвление от этой расы. А сейчас разум мага претерпевал мучительные изменения.
На этот раз Ашамаэль призвал чёрные молнии, сам это смутно осознавая. Великаны не смогли долго противостоять тёмной мощи эльфа и вскоре все пали замертво, превратившись в бесформенную кучу обгоревшего мяса и искажённого железа.
Странно ухмыльнувшись, эльф смахнул с лица прядь белых волос и повернул перепуганного до смерти коня. Теперь чародею предстояло догнать свою армию и надеяться, что по пути с ними ничего не случалось. Да и стоило подумать, что сказать Ваалинару по поводу всего произошедшего, если тот, конечно, сам ещё не знает.
Свою армию Ашамаэль нагнал уже у самых ворот захваченного замка - бесчисленные колонны воинов заходили через ворота в крупную крепость. На полпути гнев чародея испарился, и эльф пребывал в глубокой задумчивости. Маг сбавил ход скакуна, который всё ещё нервничал после увиденного.
"Что со мной происходит?" - думал Ашамаэль. Нет, его не волновала судьба великанов. В холодном разуме маг поступил бы почти так же. Но этот внезапный перепад не давал колдуну покоя, ведь сначала он лишь собирался наказать дезертиров. Но не убивать. Впрочем, какая разница? Нарушившие порядок наказаны, и этого достаточно. С этими невесёлыми мыслями чародей заехал в крепость следом за своими войсками. Впрочем, тут же замер, ощутив присутствие Ваалинара совсем близко. По телу чародея расползся ледяной страх. Зачем демон явился сюда? Не покарать ли за военную неудачу?
Взяв себя в руки, чародей спешился и уверенным шагом направился в приёмный зал замка: если демон действительно здесь, то он точно расположился в главном помещении. И чутьё не подвело - Ваалинар был здесь. Почти в человеческом облике он находился на возвышении в приёмном зале крепости. Перед ним стояли Кардан и Таланис. Но их разговор уже подходил к концу. Ваалинар и в людском облике воплощал в себе демоническую, безудержную мощь. Он был одет в чёрно-красную мантию с неестественно длинными полами, которые волнами стелились вокруг него. Словно чёрное озеро, они растекались вокруг демона и были покрыты огненными прожилками. Вокруг господина стелился дым. Лицо его было вполне человеческим - одновременно и состаренным, и лишённым возраста - если не считать две пары изогнутых рогов и пылающих оранжевых глаз с вертикальными зрачками. Длинные седые волосы были забраны в тугую косу, спускающуюся до пояса. Длинные когтистые пальцы были сложены в замок - видимо, Ваалинар так и не смог принять до конца человеческий образ. Когда Ашамаэль подошёл ближе, он ощутил, что воздух, нет, само пространство вокруг демона напряжено, натянуто словно струна. Маг даже мог слышать странное гудение, будто сама сущность этого мира противилась присутствию демона. И чем ближе эльф был к своему господину, тем сильнее ощущалось напряжение. Казалось, ещё немного и воздух загорится.