Скажи мне "да"
Шрифт:
— Ты ничего не скажешь?! — возмущенно спрашивает, будто ждал, что я кинусь к нему в объятия после этой фразы. Щас, ага. Не на ту напал.
— Сказать что? — спрашиваю, захлопывая за собой дверь.
— Я тебе как бы… В чувствах сознался… Я не могу тебя забыть…
— Отлично… Не забывай, Садовский, — подмигиваю ему и ухожу в сторону подъезда, заставив его рожу искривиться от негодования. Виляю бёдрами и почти исчезаю за металлической дверью, когда вдруг слышу:
— Вынь меня из блока, а… Маш!? Ну, Маш?!
Прячусь в подъезде и выдыхаю… Так держать.
На руках меня будет носить, кобелина…
Глава 26
Влад Садовский
Никогда ещё так не унижался. Никогда не гонял на ручнике больше двух недель… Или уже даже три… Пиздец какой-то. Чувствую себя или девственником, или дебилом… Одно из двух точно имеет место быть.
— Налей, а… Ещё, эй, слышь… — пытаюсь щёлкать пальцами, но нихуя не получается.
— Да иду я, иду… Куда так лакаешь, красавчик? — улыбается барменша, наливая мне очередную порцию вискаря. Пока я пытаюсь разлепить свои шары, чтобы разглядеть экран…
Что-то же она написала…
«Пьянь подзаборная, иди проспись».
«Сучка», — набираю в ответ. — «Хочу тебя… Твои сиськи, твою жопу».
«Ну и хоти, мне-то что с того?!».
«Если я приеду, выйдешь?».
«Нет».
Гадина, а… Ну какая же гадина…
Выхожу на улицу, толкаю в рот сигарету… Здесь хотя бы музыка не так долбит, как в баре. Набираю её номер.
— Чего тебе…? — с претензией.
— Голос твой хотел услышать…
Писклявый, противный… Мерзкий ебучий голос, который я так обожаю…
— Услышал?
— Ага…
— Ну тогда пока, — нарочно сбрасывает. Я ржу и снова набираю.
— Ты заебала меня дрочить… Давай встретимся… Маш…
— Пьяный ты плюс я… Дай-ка подумать… Нет. Это всё?
— Ну хошь я трезвый завтра к тебе приеду… Я же из-за тебя и накидался…
— Опять перекладывание ответственности… Садовский, сколько раз говорила, на меня эти приёмы не действуют… Тебе что никто не даёт?
Я тут же раздуваю ноздри и размазываю окурок о кирпичную стену. Злюсь… Ужасно на неё злюсь. Так, что зубы скрипят.
— А ты что… Хочешь, чтобы я брал то, что дают?
Молчание на той стороне… А потом рваный выдох.
— Даже не знаю, что ответить… О последствиях я тебя предупредила…
— Это чё за первоклассный мозгоштурм, а… Я не понял… Давай на чистоту… Ты не даёшь мне даже увидеть себя, но держишь на поводке и угрожаешь… — двигаюсь к своей машине, ведь приехал сюда на ней… Завожу движок, а она, кажись, это слышит.
— Влад, ты чего там? Только за руль на садись…
— А если сяду?!
— Садовский… Мне по большому счёту всё равно… Но так нельзя… одно дело, когда ты ответственен только за свою жизнь… А когда за другие… Знаешь сколько за это дают?
— Нет, но уверен ты мне скажешь…
— Если кто-то умрёт, то от пяти до двенадцати. Оно тебе надо?
С-с-сука…
— А ты будешь меня ждать…?
— Конечно, дорогой… — саркастически выпаливает. — Делать мне нехрен! Я через год уже замуж собралась!
— Чё? За кого это?!
— А это имеет значение? Лично для меня нет… Кто позовёт, за того и пойду… Лишь бы от матери поскорее съехать…
Я ржу ещё сильнее.
— Ты конченая, реально…
— Ладно… — вздыхает она. — Говори, где ты… Я за тобой приеду…
Ну вот… Переживает же… Волнуется всё-таки… Значит, путь избран верный. Скорее всего…
— Ща я тебе геотег скину…
— Ок…
Она сбрасывает, а я потягиваюсь на кресле… И в эту же секунду кто-то тихонько долбится в окно…
Я медленно приоткрываю его и вижу Крис… Твою ж мать… Из всех баров города…
— Привет… — шепчет взволнованно. — А я думаю… Ты не ты…
— Привет… — отвечаю растерянно.
— Как странно… Ты вроде бы сказал, что ту самую встретил, а сам по барам… Да ещё и такой пьяный… — будто читает мне нотации.
— Это чё за предъява, я не понял? — спрашиваю и меня всего начинает трясти.
— Да нет никаких предъяв, Влад… Просто ты исчез со всех радаров… А я о тебе думала… Часто… И о том, что мы… Как хорошо нам было… Помнишь? — проводит руками по своим полураздетым плечам. — Можно у тебя посидеть в машине? Холодно…
Смотрю на часы, ну Машка никак не успеет быстрее чем за пятнадцать минут доехать… И не оставлять же мне её мёрзнуть. Я тоже как бы не пидор какой-нибудь…
— Садись…
— Круто… — на её лице тут же появляется улыбка и она обходит машину стороной, усаживаясь на соседнее сиденье. Бёдра тут же оголяются, и я пялюсь на них, как ненормальный. Хочу женского тела, пиздец... — А вруби потеплее, а…
— Ща… — делаю салон реально тёплым и меня самого начинает конкретно размазывать… От алкоголя…
— Ну и… Рассказывай… Куда потерялся… Что нового…
— Да ничё у меня нового. По-старому. Учусь…
— Машина новая… — гладит она спинку моего сиденья и разглядывает салон.
— Ну и машина новая — да…
— Классная… Очень…
— Спасибо… 500 лошадок…
— Такая мощная… Я бы покаталась… — улыбается она, касаясь моего плеча.
— Не, я бухой… А если собью кого-нибудь, то это… От пяти до двенадцати… — цитирую Машкины слова и улыбаюсь как придурок, потому что меня это заводит. Пиздец как… Ну, прокурорша, блядь… И мне хана, если Крис отсюда не свалит. — Ща я, отолью схожу…
— Давай…
Выползаю на улицу, чтобы немного протрезветь… Реально пытаюсь одыбать, мне же ещё Машку ломать надо… Ссу куда-то в кусты, как обрыган, дышу полной грудью, возвращаюсь обратно…
— Слушай, тебе пора, наверное… Ща моя девушка приедет…
Крис так обиженно смотрит на меня…
— М-м-м… Так вы ещё вместе…
— Вместе? Ну… Такое… Не знаю…
— И зачем тебе это? Я не поняла… Просто трахаетесь?
— Бля, — усмехаюсь я. — Не… Мы не трахаемся…
Она приподнимает одну бровь.