Скажи на милость
Шрифт:
Я отмечаю «может быть».
Сдвигая форму обратно к нему, я наблюдаю, как он проверяет мои ответы.
— Я знаю, что кратко упомянул ранее, что мы могли бы использовать систему светофора в качестве стоп-слова. Красный означает стоп. Желтый используется, когда ты приближаешься к пределу или больше не можете терпеть, но не хочешь, чтобы сцена заканчивалась. Примером этого является переключение с весла, потому что ты борешься с хлыстом. Его также можно использовать, чтобы сигнализировать о том, что что-то необходимо изменить, например, положение или ограничение. Зеленый означает продолжать. Поскольку ты новичок, тебе легко запомнить красный, желтый и зеленый цвета. Однако, если ты хочешь использовать другое слово, пожалуйста, дайте мне знать.
Я пожимаю плечами. — А петух?
Устанавливая мои ограничения, он смотрит на меня. — Я не могу понять, серьезно ты говоришь или прикалываешься. Если второе, то теперь ты должна знать, что я терпеть не могу паршивцев.
Что-то раскаленное добела сворачивает внизу живота от его дисциплинарного тона.
— Система светофора работает на меня, — соглашаюсь я.
Он кивает. — Я буду использовать такой же для себя. Что касается невербального поведения, я предлагаю тебе подумать о том, что вы можете сделать со связанными руками и занятым ртом.
Я откидываюсь назад и пытаюсь охладить свое разгоряченное тело. Почему у меня такая реакция? Это потому, что он все властный? Это потому, что я думаю о том, чтобы сделать все это с ним? Или я настолько лишена оргазма, что глупый список возбуждает меня? К счастью, благодаря моим исследованиям у меня уже есть для него ответ.
— Напевает заглавную песню из Росомахи? — я предлагаю.
Его взгляд встречается с моим, и миллионы бабочек начинают танцевать внутри меня от его проницательного взгляда.
— Хорошо, — говорит он, записывая это на странице моих ограничений, и его губы угрожающе дергаются в улыбке. Затем он вытаскивает еще пару бумаг. — Я использую стоп-слово, если мне нужно остановить сцену по какой-либо причине, включая твою или мою безопасность. Я знаю, что ты провела свое исследование, но, пожалуйста, пойми, что ты не должна стесняться использовать вербальное или невербальное стоп-слово. Всегда. Он там, чтобы держать нас обоих в безопасности.
Его низкий голос грохочет и отражается в моем теле.
— Понятно.
Продолжая, его глаза смотрят вниз на другой лист бумаги. — Это мой контракт. Он включает соглашение о неразглашении и мои требования. Как только ты заполнишь и подпишешь это, мы будем готовы начать.
Он сдвигает бумаги, и я смотрю на верхнюю часть контракта.
Чейз Чарльз Рэвидж и (имя сабмиссива) соглашаются со следующим, вступающим в силу с (дата) по (дата), когда действие настоящего контракта будет прекращено или будет пересмотрено. Любой участник может также решить расторгнуть этот контракт до этого времени по любой причине…
Заполняю медленно. Это обширно, входит в мою историю болезни, а также историю моего психического здоровья. Я перечисляю свои стоп-слова, а также свои жесткие ограничения. Он также спрашивает мой метод контроля над рождаемостью, и я записываю, что у меня есть внутренняя спираль. Он просит оборудование, и я медлю.
Я должна была принести оборудование?
— Умм, — бормочу я, и Чейз бросает взгляд на слова, над которыми зависла моя ручка.
— У меня есть все, что нам нужно, — холодно говорит он, отводя взгляд.
Мне так хочется спросить, но я решаю, что это вопрос для другого дня.
Там есть раздел о моем поведении и обязанностях, и я передаю его Чейзу. Он заполняет его, говоря так, как пишет. Что-то в том, что он заполняет для меня этот раздел, вызывает у меня мурашки по коже.
— Время приема пищи будет обсуждаться каждое утро. Обычно я ожидаю, что мои сабмиссивы будут есть со мной, чтобы убедиться, что они хорошо питаются. Ты можешь носить все, что тебе удобно. Если это изменится, или я хочу, чтобы ты надела что-то конкретное, я обсужу это с тобой заранее. Внешний вид и уход в порядке, — бормочет он. — Недавно у меня был отрицательный тест, и я полагаю, что ты тоже проходишь регулярные проверки?
Я киваю, но потом вспоминаю, что ему нужно услышать, как я соглашаюсь на все это в устной форме. — Да.
— Хорошо. Я предпочитаю ходить голым.
Моя грудь краснеет от его слов. Голый. Прежде чем я успеваю размышлять о том, почему его слова заставляют меня чувствовать себя так, словно у меня высокая температура, он продолжает. Глядя на меня, его глаза слегка темнеют, когда он произносит следующую фразу.
— Хотя обычно я поощряю мастурбацию, на эти выходные я бы хотел, чтобы ты воздержалась.
Что?
Мои щеки пылают. — Хорошо.
— Что касается поведения на публике, я представлю тебя как мою покорную тем, кто здесь на выходных, если только ты не предпочтешь, чтобы я представил тебя как Джульетту.
Я киваю, и он продолжает. — Ты будешь звать меня сэр во время сцены, но в остальное время с Чейзом все в порядке. Как я уже сказал, обычно я не играю в замке, но, поскольку ты здесь и хочешь учиться, я думаю, будет лучше начать медленно. Поскольку мы обсуждаем событие и только событие, которое является первичным игровым событием, нам нужно придумать сигнал, который запускает сцену.
Я смотрю вниз на стол. Хотела бы я провести какое-нибудь исследование, может быть, спросить Майлза, в чем тут дело, потому что, если не считать того, что Чейз сказал мне две недели назад, и моего собственного исследования, я совершенно не готова.
— Полагаю, это зависит от того, где мы находимся, — говорю я, пожимая плечами. Надеюсь, мой ответ будет достаточно расплывчатым, чтобы он понял, что я понятия не имею, что делаю.
— Показатель, который я использовал в прошлом, — закатывание рукавов рубашки. — Итак, если мы там, и я их сверну, что это значит для тебя, Паркер?
Я тяжело сглатываю. Подумай, Джульетта. Ты умная девочка.
Тебе нужен кто-то, кому ты доверяешь, потому что это будет сродни бегству от настоящего хищника. За исключением того, что ты хочешь , чтобы тебя поймали.
— Это значит, что я бегу.
Выражение его лица омрачается, когда его глаза закрываются. — Хорошая девочка.
О, парень.
Я сопротивляюсь желанию обмахнуться руками, вместо этого делая несколько успокаивающих вдохов.