Сказки Ленинградской области
Шрифт:
И вдруг попадается один генерал:
— Что, молодой человек, спрашиваете?
— Да вот, так и так, — говорит. — Надо поступить куда-нибудь работать.
— А мне, — говорит, — требуется кучер. Желаешь ко мне кучером идти?
Ну, Мария, конечно, согласилась. Он привез домой его (а виду не показывает, что женщина) и стал с ним везде ездить.
А Мария выйдет и скажет этому… конюху, чтобы он всё подготовил как следует. (Сама-то она не умела запрягать лошадь!)
И вот в одно прекрасное время было какое-то выступление на площади. Генерал собрался выступить там и приказал Ивану лошадь приготовить. Ну, лошадь приготовили ему, сели, поехали. А он нажимает так, что только пыль столбом стоит. Подъезжает к площади. Генерал кричит:
— Иван, потише! А то, — говорит, — проедем.
(А ему было надо, чтобы ни на шаг ни взад, ни вперед — точно остановиться.) А этот всё нажимает. Только подъехали к трибуне, вожжами тряхнул — и кони как вкопанные стали сразу, с полного ходу. Генерал поинтересовался:
— Вот это, — говорит, — кучер! Этому можно, — говорит, — доверить, да.
Ну там выступление кончилось. Сели, поехали обратно. Приезжают — таким же способом с полного ходу останавливает лошадь у крыльца.
Генерал этим заинтересовался очень. А у него была красавица дочь. Он дочери это и рассказал. А дочь:
— А как же бы его, — говорит, — повидать?
— Да очень просто! — говорит. — Сюда придет.
Ну, вызывает его. Дочь очень им заинтересовалась. Как же так он — молодой парень, красавец, как говорится, кучером работает? И его очень полюбила. И стала просить:
— Поедем на прогулку — покажи, как ты работаешь этим лошадям?
Ну, он согласился. Конюх запряг лошадь. Поехали в поселок, на дачу. Приехали туда. А он сразу как тряхнет вожжами — лошадь стала как вкопанная. Вышли. Сели на лавочку. Та и говорит:
— Иван, я, — говорит, — тебя очень полюбила..
А он отвечает:
— Я, — говорит, — тоже тебя полюбил.
— А ты, — говорит, — докажи мне свою любовь! — генеральская дочь просит.
Ну, а как доказать любовь? Сам… женщина — как доказать любовь? Ну, тут посидели-посидели. А чересседельник и спустили у лошади, чтобы она немножко поела. А сделать-то не знает как — подтянуть чересседельник. Сели, поехали домой.
Домой приехали, Иван у лошади-то плечи набил. Да, а там договорились, каким способом доказать любовь — вечером на сеновале. Ну так генеральская дочь согласилась.
Приехали домой. Конь-то разбитый. Конюх ругает:
— Что ты, — говорит, — сделал! Смотри-ко, — говорит, — лошадь испортил.
— Ничего, — говорит. Вынимает двадцать пять копеек, дает конюху.
— Сходи выпей шкалик и побрейся. И вечером приди на сеновал. Такое-то время и такое-то дело. (Ну что, она-то не может!)
Ну, конюх его послушался. Сошел побрился, шкалик выпил. В указанное время приходит на сеновал. Генеральская дочь тоже туда приходит. Спрашивает:
— Иван, ты здесь?
— Я здесь.
Таким способом доказал любовь.
И эта генеральская дочь каждый вечер стала ходить на сеновал. С конюхом там. А Иван видит: дело-то туго подходит. У дочери-то уже вот живот какой, на нос лезет. Взял расчет. Генерал не отпускал. Но он сказал:
— У меня родители, — говорит, — очень заболели. Просят приехать проведать.
Тогда генерал дал ему расчет.
А он из города никуда не уехал, а ходил по трактирам. Где переночует, где пообедает. (Мария тоже не выпивала, как и Иван не выпивал раньше).
Ну что же, дочь узнала это дело, что Иван взял расчет. Прибежала к отцу и напала на отца:
— Что же ты, — говорит, — сделал? Куда ты девал Ивана?
А отец и говорит:
— Он взял расчет, — говорит.
— Как, — говорит, — расчет взял?! Ведь я, — говорит, — от него беременная!
— Как, — говорит, — так от него беременная?!
— А вот так, — говорит. — Познакомились и полюбила его.
Тогда генерал:
— Как-то надо выкручиваться, где-то разыскивать.
А они не знают, откуда Иван приехал. Были долгие поиски. (А Иван в этом же городе и кочует.) И всё же разыскали его.
Разыскали. Дело передали в суд: почему он беременную девушку бросил?
А он отвечает:
— А как же я мог сделать ее беременную, ведь я же тоже женщина.
Судьи не верят, и генерал не верит, и дочь не верит — все на суде были.
— Я, — говорит, — тоже женщина. Как же я могу сделать ее беременную?
Ну что делать? Давай комиссию. Вызвали врачебную комиссию. Обследовали. Действительно, оказался женщина.
Вызывают дочь генерала. Доказывают: вот вам, пожалуйста, смотрите.
— Она же сама, — говорят, — женщина. Как же вы могли от нее беременной стать?
Генерал не верит. Тогда дочь вышла, стала доказывать генералу: вот так и так вот. Потом мужчины пришли на эту комиссию, то же самое, убедились: женщина! Женщина…
Через некоторое время ее освободили. И она поступила на военную службу. Но так как была очень грамотная и память у нее большая, она быстро пошла кверху — сержантом, лейтенантом там, полковником. И дошла до генерала. Быстро!
А в этот момент взяли и Воронова в армию. И как раз попал он в эту дивизию, к ней.
В одно прекрасное время генералу захотелось проверить свои войска. Собрал он всю дивизию и обходит войско. И вдруг заметил мужа. Приказывает:
— Три шага вперед такой-то!
Ну, Воронов, конечно, подчинился: раз генерал приказывает, так и подчинишься, приходится. Вышел, стал перед генералом навытяжку.
Тогда он приказывает своим охранителям взять и дать пятьдесят розог!
Строй весь возмутился.
— Как, — говорят, — человек ни в чем не провинился, никому плохого ничего не сделал — и за что ему пятьдесят розог?!
Но генерал был неумолим. Взяли, дали пятьдесят розог и отправили обратно.
На второй день обратно собирает всю дивизию и обратно выкликает Воронова, как дошел. Выкликает: