Чтение онлайн

Я скинула одежду и прыгнула в теплые волны. Вот она, моя сила, моя жизнь! Ощутимая кожей соленая энергия проникла в каждую мою клеточку, тысячей прочных нитей связав с целой планетой.

Я плавала, ныряла до самого дна, а дракон терпеливо ждал. Но вот кончик его хвоста начал подрагивать, и я выбралась на берег. Не удержалась и поцеловала его в шершавую щеку.

— Спасибо, ты самый человечный дракон!

Он кивнул на мои вещи, и я, поспешно натянув их на мокрое тело, снова устроилась на удобной спине. Даже то, что мы летим снова в замок, не испортило мне настроения.

Он высадил меня аккурат перед воротами.

— А завтра полетаем? — спросила я, когда слезла с его спины.

Он, кажется, улыбнулся и спрятался в ров.

В своей комнате я дописала вторую половину стихотворения в Петрарку и, абсолютно счастливая, улеглась в кровать. Все ерунда. Таких, как я, девчонок много. Таких, как я, любят драконы и принцы.

Королева специально выбирала для Острова девочек, максимально не похожих на парней — аккуратных, нежных, рациональных, заботливых, — ей нужно было что-то уравновесить.

Меня разбудили Олины причитания:

— Ася, проснись! Уже полдень! Да что с тобой?!

Я разлепила веки.

— Все нормально, не волнуйся.

Подошла Валя.

— Ты чего так долго спишь? — насуплено спросила она. — Извини, если я тебя вчера обидела. Я не думала, что ты так расстроишься.

Если ночной полет с купанием мне приснился, то почему уже так поздно? Значит, не приснился. Коса до сих пор мокрая в середине и липкая от морской воды. Точно, не приснился.

— Я не обиделась, — промямлила я. — Расстроилась. Полночи летала на драконе.

А что? Терять мне уже нечего…

Никогда прежде я не наблюдала такого настоящего изумления. У девочек натурально остекленели глаза, и даже волосы перестали шевелиться на ветру.

— Хотите, попрошу, чтобы они и вас покатали, — предложила я, прекрасно понимая, что драконы ничем не рискуют.

Они энергично замотали головами.

— Ну, если надумаете, скажите.

Я встала с постели, расплела косу и принялась расчесывать волосы.

Отныне день с ночью поменялись для меня местами. По ночам я летала с драконами на далекие острова и плавала в океане, а днем спала. Драконы выгуливали меня по очереди, и я заметила, что они очень разные: и по величине, и по расположению гребешков на головах, и даже по расцветке, которая лишь у одного из них была радикально черной, а у трех других на крыльях и гребнях имелись радужные полоски. Один, первый, летал низко и осторожно, другой поднимался очень высоко и любил резко приземляться, а два других были практичнее — они ловили ветер и ложились на него, в своем полете редко взмахивая крыльями.

Скоро они стали выбирать острова не только по признаку удаленности и крошечного размера, но и по наличию вкусной растительности, — видимо, рацион нашего поля на берегу был для них скудным. Так что путешествия совершались к обоюдному удовольствию.

Валя и Оля больше не цепенели при мысли о том, как я провожу ночи. Они бы, наверное, и не разговаривали со мной больше, но им было скучно. Вечерами мы общались, как хорошие подруги. Как-то Валя спросила:

— Раз ты с драконами подружилась, может, уговоришь их нас отпустить? Все хорошо, но я толстею.

Я и сама понимала, что так или иначе приключение затянулось, но убеждать драконов пренебречь долгом, играя на возникшем ко мне доверии, я не могла.

Впрочем, все ли так безнадежно… Надо подумать.

— Вас нанимают колдовством? — спросила я следующей ночью у черного дракона.

Гладкие губы дрогнули.

— Королева произнесла заклинание?

Дракон фыркнул.

— Значит, она с вами договорилась?

Он едва заметно кивнул, и я вдруг ощутила исходящее от него эмоциональное тепло — ему доставило удовольствие, что я догадалась.

— На время?

Опять на драконьем лице появилась вежливая ухмылка.

— Вас что, обязательно должны убить?!

Дракон сощурил глаза.

— Я так не хочу! Но что-то должно случиться?

Снова повеяло теплом.

— Что? А, ты же не говоришь…

На сегодня игра в угадайку закончилась. Возвращаясь, дракон вдруг пролетел над поселком. Не только пролетел, а сделал круг, словно рассматривая место, откуда мы взялись на его голову!

Следующей ночью его товарищ повторил маневр, и я даже разглядела в неверном свете луны свой заброшенный домик. Мне с трудом удалось подавить желание прыгнуть вниз.

Через день меня разбудила Валя со словами:

— Просыпайся! Надо привести тебя в порядок. А то живешь в замке, спишь на кровати с балдахином, ешь с серебряных тарелок, а ходишь в камуфляжных штанах!

Спросонья мне не удалось найти, что возразить. Выстиранные ночью любимые камуфляжные штаны еще не высохли, надевать вместо них все равно было нечего, и я покорно позволила напялить на себя, и даже помогла завязать на кучу шнурков, ворох нижних юбок. Оля залезла по пояс в мой сундук. Иногда она выныривала, развешивала что-то на откинутой крышке, а потом ныряла обратно.

Когда все шнурки были завязаны, она с торжествующим возгласом вытащила огромный лоскут из золотой, отливающей зеленью, парчи и на вытянутых руках повернула его к лучу солнца. Нам с Валей пришлось сощуриться. Оля еще порылась в сундуке и извлекла оттуда корсет с короткими рукавами.

— Вот! — сказала она. — То, что надо!

Сами девочки уже были одеты в нарядные платья: Валя в облегающее голубое, сделавшее цвет ее глаз пронзительно синим, с белой кружевной отделкой, Оля — в нежно-сиреневое, струящееся, украшенное изящными желтыми цветочками, оттенившими ее длинные светлые волосы. Волосы, кстати, у обеих были тщательно уложены и закреплены красивыми заколками.

— А это не слишком? — спросила я, сравнивая нескромную парчу с их милыми нарядами. Против собственно наряжания меня в качестве куклы я возражать не решилась, пожалев скучающих подруг. Дура.

— В самый раз! — уверенно отозвалась Валя, немилосердно шепелявя из-за зажатых в зубах булавок, которыми она уже подгоняла на мне корсет. Вогнав последнюю булавку, она критически посмотрела на мою косу: — Теперь волосы!

Они посадили меня на стул, который притащили из зала, и принялись расплетать и расчесывать мои волосы.