Чтение онлайн

— Ну живи, пока от тебя только кости останутся!

И убежала. Каждую ночь стало умирать много людей. А дед ходил, пока от него остались одни кости. Потом он рассыпался.

Было или не было, а случилось это все во время войны.

Мужчины ушли на фронт, а женщины остались дома одни.

И было среди них три кумы. У двух мужья воюют, а у третьей, богатой, дома сидит.

Две кумы-подружки поскучали без мужей, поскучали, да и забыли про женскую верность. А чтобы третья кума их не выдала, стали ее подбивать, чтобы она и себе погуляла с ними вместе, развлеклась, душу отвела.

— У меня муж дома, — говорит третья кума подругам. — Как же я могу?

— Дома-то дома. Да не думай, что твой — самый лучший.

Не устояла третья кума.

Нашла себе гусара, и стал он к ней забегать, когда мужа дома не было. Угощались они, любовались, миловались.

Как-то спровадила жена мужа на мельницу пшеницу молоть. Пошел человек с волами, взял с собой и хлопца-работника.

Осталась жена одна и рада, что может принять гусара. Наварила, напекла всего вдоволь, угощает гусара. А потом и отдохнуть прилегли.

Вдруг кто-то стучит в окно. Испугались они, не знают, что делать.

— Хозяйка, хозяйка! — слышит женщина голос хлопца-работника.

— Что такое? — подошла женщина к окну, а сама — ни жива, ни мертва.

— Мы забыли мешки для белой муки, — говорит хлопец.

Ищет женщина мешки и радуется, что муж остался на мельнице. Света не зажигает, чтобы хлопец случайно не увидел гусара. И впопыхах вместе с мешками отдала хлопцу штаны гусара.

Схватился за голову муж, когда увидел среди мешков гусарские штаны. Хотел сразу убежать домой, да как раз его очередь подошла.

А жена спохватилась, что вместе с мешками передала мужу штаны любовника, и скорей к кумушкам за советом.

— Не горюй, кума, с твоей головы и волос не упадет, — успокоили ее подружки.

Достали они гусарские штаны, надели и пошли навстречу куму.

Смотрит кум — на женщинах гусарские штаны.

— Что это вы так вырядились?

— А вы как думаете, куманек. Только вам штаны носить? Думаете, у нас ноги не мерзнут?

Отлегло у кума от сердца.

А женщины побежали в село. Кум с волами еще далеко был, а они куме уже все рассказали, успокоили ее и научили, что дальше делать.

Только муж на порог, жена к нему:

— А чтоб тебе повылазило! Не смотришь, какие мешки берешь, а я впотьмах с мешками свои штаны отдала. Вышла в хлев, так меня всю ветром продуло.

Муж растерялся, видит — виноват.

— Ладно, — говорит, — успокойся. В другой раз я не забуду мешки, а ты лучше за своими штанами присматривай. Тогда все у нас будет хорошо.

Были на свете два дружка, которые только враньем и жили. Пошел однажды врун к пану на кухню, а подвирала за дверью остался. Кухарка угостила вруна голубцами. Он сначала ел так, что за ушами трещало, а когда наелся, стал разбрасывать капусту.

— Разве это капуста? — говорит врун. — Вот у нас капуста — это да! Когда ее на зиму солят, то одной головки на двадцать пять бочек хватает.

Услышала такое кухарка и скорей побежала к пану. Позвал пан вруна:

— Если то, что ты здесь сказал, правда, получишь двадцать пять золотых. Если неправда — двадцать пять палок.

Врун отвечает:

— Коли не верите, спросите человека из нашего села.

Послал пан слугу за этим человеком. Идет слуга и встречает подвиралу.

— Есть ли у вас такая капуста, чтоб одной головки хватило на двадцать пять бочек?

— Такой капусты я не знаю, — отвечает подвирала. — Может, и есть где, я не видел. А вот, что у нас кочан капусты двенадцать волов еле с места сдвинут — это чистая правда.

«Что ж тут больше раздумывать?» — решил слуга и повел подвиралу к пану. Как услышал пав о таком кочане, сразу дал вруну двадцать пять золотых.

Идут друзья дальше.

Зашел врун к другому пану, увидел во дворе голубей и давай их бить. Прибежал слуга, кричит:

— Зачем бьешь голубей?

— Так это ж не голуби! У нас такие мухи! А голубь у нас всю хату закроет, — говорит врун.

Рассказал об этом слуга своему пану. Пан позвал вруна и говорит:

— Если это правда, дам тебе тридцать пять золотых. Если неправда — тридцать пять палок.

Послал пан слугу разузнать обо всем. Идет слуга и встречает подвиралу.

— Видал ли ты такого голубя, который, если сядет на крышу, то всю хату закроет?

— Я такого голубя, правду сказать, не видал, — говорит подвирала. — Но зато я видел такое голубиное яйцо, которое двенадцать человек поднять не могли.

Вернулся с этой вестью слуга к пану. Выслушал пан все и дал вруну тридцать пять золотых.

Идут врун с подвиралой дальше. Вышли в широкое поле, а на том поле человек гречку косит. Подошел врун и давай топтать гречку, палкой молотить. Рассердился человек:

— Что это ты делаешь? Это ж гречка, зачем ее толочь?

— Какая это гречка? Вот у нас гречка такая, что из одного снопа намолачиваем двенадцать мешков! — говорит врун косарю.

Побежал косарь к пану, рассказывает, что слышал. Приказал пан позвать вруна. Говорит ему:

— Если правда то, что ты сказал, получишь пятьдесят золотых. Если неправда — столько же палок получишь.

Послал пан слугу, чтобы тот узнал, правда ли то, что рассказывал врун. Идет слуга и встречает подвиралу. Спрашивает:

— Слышал ли ты, человече, чтоб с одного снопа гречки намолачивали двенадцать мешков зерна?

— Правду говоря, я такой гречки не видел. Но видел я такие стебли гречки, по которым дети лазят, как по деревьям.

Рассказал слуга пану про слышанное. Позвал пан вруна и дал ему пятьдесят золотых.

Идут врун и подвирала дальше. Заходит врун к попу. Спрашивает поп:

— Что у вас слышно нового?

— Да такого особенного ничего. Правда, строят в нашем селе церковь такую, что петух с креста может звезды на небе клевать.