Чтение онлайн

И когда количество его жертв перевалило за третий десяток, враг дрогнул и бросился наутек, оставляя на поле боя щиты, оружие, раненных и убитых.

— Победа за нами! — крикнул генерал, — вперед!

В образовавшуюся после атаки орка брешь хлынули гвардейцы, расколов строй противника на две части. Паника захлестнула защитников города, словно пожар, с ужасающей скоростью перекидывающийся с одного дома на другой, и вскоре в бегство обратились все. Больше защищать Кромбара было некому.

— Вперед! Ломайте двери! — скомандовал Тааркэйд, но напрасно.

Его телохранитель уже бросился вперед, словно живой таран. Тяжелая дубовая дверь, застонав, выдержала мощный удар восемнадцатипудовой махины, но от второго просто слетела с петель. Орк, а за ним гвардейцы, бросились вовнутрь, горя желанием отыскать герцога и разорвать его в клочья.

Однако дом оказался безлюдным и тихим. После нескольких минут поисков один гвардеец вытащил из кладовой девушку-служанку и приволок пред очи короля.

— Где герцог Кромбар? — как можно спокойнее, почти ласково спросил Тааркэйд, опасаясь, что служанка может весьма не вовремя грохнуться в обморок.

— Его светлость уехал из города, — запинаясь от испуга, ответила девушка и добавила: — где-то в городе есть потайной ход за стену…

Король сжал зубы. Конечно, было бы слишком уж удачно, если б хитрый герцог вот так запросто попался ему в руки. Но к чему омрачать торжество? Он-то понимает, что штурм города увенчался успехом только наполовину — но это понимание оставит при себе. Его армия заслужила безоговорочную победу.

Он появился на площади перед солдатами, поднял клинок к усеянному звездами небу и крикнул:

— Город наш, воины! Мы победили!!

Тысяча мечей взметнулась вверх, сотни голосов подхватили его крик, повторяя всего одно слово:

— Победа!!!

Тааркэйд и Леннара расположились на отдых на втором этаже особняка герцога, предварительно позаботившись о расстановке постов на бастионах и стенах. На первом устроились прислуга монаршей четы, генерал Ланкар со своим штабом и Каттэйла. Баньши укрылись в подвалах нескольких облюбованных домов, довольно бесцеремонно выставив оттуда жильцов. Без крова, впрочем, никто не остался: король распорядился выпустить из города со всем скарбом любого, кто пожелает покинуть Ларн на время, и многие жители этим воспользовались, не желая оказаться в самом горниле войны. Так что по меньшей мере половина домов оказалась свободной.

— Мне не нравится их наглость, — заметила за ужином королева, имея в виду баньши.

— Мне тоже, — согласился Тааркэйд, — и мы призовем их к порядку… только чуть позже. У монеты две стороны, как бы там ни было, и любой закон имеет свои последствия. Но все это заботы явно не сегодняшнего дня, и сейчас нам, любовь моя, стоит урвать хоть несколько часов сна: утром предстоит готовиться к осаде.

Рано утром, едва взошло солнце, Валлен деликатно разбудил своего повелителя:

— С добрым утром, мой король! Вас ждет множество важных дел и еще какой-то человек, — прошептал старый камердинер, чтобы не разбудить королеву.

— Какой человек? — подозрительно спросил Тааркэйд.

— Не могу знать, ваше величество. По словам генерала Ланкара, он незадолго до рассвета подошел к воротам и заявил охране, что у него к вам дело и вы будете рады его видеть. Так что теперь он сидит на первом этаже, под присмотром гвардейцев.

Камердинер подал королю халат:

— Ваш грог уже ждет вас в соседней комнате. Желаете завтракать сейчас или?..

— Вначале посмотрю на этого человека, — сказал Тааркэйд.

Он прошел в соседнюю комнату, кивнув орку, всю ночь проспавшему у дверей в самом большом кресле, которое только нашлось в доме, и несколькими глотками опустошил бокал.

Спустившись на первый этаж, он прошел в комнату, где генерал устроил караульное помещение. Там, вольготно развалившись на диванчике в самом темном углу, его ждал не кто иной, как да Ксанкар собственной персоной.

— Вот так встреча, а я уж думал, что более вас не увижу, сэр Зерван, — присвистнул король, — леди Каттэйла сказала, что…

— Приветствую, ваше величество, — негромко ответил вампир, поднимаясь с дивана, — хочешь обмануть врага — обмани друга. Я тем временем кое-что предпринял. Как вы смотрите на мысль освободить витарнских купцов от пошлин на десять лет в обмен на военную помощь короля Реннара в борьбе против Совета Благородных?

Тааркэйд погладил бородку:

— Мысль хороша, но согласится ли Реннар Витарнский? Хотя, чем мы рискуем?! Я немедленно напишу письмо…

— Я уже написал ему.

— А если бы мы не согласились? — хитро прищурился король.

— Тогда я плюнул бы на всю эту затею и предоставил вас вашей собственной судьбе, — без тени усмешки ответил вампир, у присутствующих гвардейцев глаза полезли на лоб от такой дерзости.

— Смело, — хмыкнул Тааркэйд.

— Умно, — парировал да Ксанкар.

— Тоже верно. А Реннар поверит письму, которое даже без печати?

— Он знает мой почерк и, я думаю, согласится. Подписанный договор с печатью вы вручите командиру его отряда, делов-то. И еще мне нужен чистый пергамент с вашей подписью и печатью.

— Что вы задумали на этот раз, сэр Зерван?

— Поискать для вас союзников. Лучшее оружие против врага — другой враг.

Аинтааль появился на поляне, неся на спине увесистую котомку:

— Вот припасы, Светлейшая, — сказал он, опуская ношу на траву.

Каар брезгливо скривился:

— Дожились. Светлейшая будет есть вонючую человеческую еду.

— Я купил ее у лесных, кретин! — вспылил Аинтааль.

— Заткнитесь оба, — ровно сказала Тальдира, — вы забыли, где находитесь? Мы вдали от дома, во владениях врага, а вы собачитесь?! Словно не понимаете, что надежней друга вам не сыскать на много верст вокруг!

— Прости нас, Светлейшая, — хором сказали те, и княжна вновь закрыла глаза, наслаждаясь тишиной дремучего леса.

Итак, проклятый упырь вновь изменил свой маршрут. Вначале он почти напрямик ломился из Монтейна в Эренгард, и только для того, чтобы, оказавшись в столице, с огромной скоростью, видимо, на лошади, вновь рвануть в Монтейн и там залечь на дно где-то в районе горы Зирааверд, пару дней не двигаясь с места. И когда Тальдира со своим отрядом проделала полпути, очередной ритуал вновь указал на Эренгард, на область возле Эрнхолдкипа. Словно да Ксанкар гонцом работать подрядился.

Мелькнула мысль: а что, если туда-сюда мотается не вампир, а его мандала? А сам паразит где-то сидит себе, лакает кровь и посмеивается над тем, как ловко он дурачит княжну Веспайр. И если это так, то шансы изловить ублюдка и призвать к ответу становятся призрачными: метка на клинке — единственная путеводная звезда в этой вендетте. И если однажды Тальдира таки перехватит беглеца и обнаружит, что поймала только оружие без хозяина — с возможностью найти вампира до пробуждения Таэль придется попрощаться, а после пробуждения на пути княжны встанет давняя подруга. Одна надежда, что да Ксанкар, бредя сквозь ночь длиною в почти три четверти века, не расстанется с единственной вещью, оставшейся от прежней жизни.