Чтение онлайн

Есть действительно хотелось очень. Изуверская прогулка забрала последние силы. Полина, ни на что особо не надеясь, спросила, нельзя ли подать еду в комнату, и получила отказ.

Новое платье после недолгого облегчения первое время даже можно было терпеть. Но вот новые туфли были настоящим издевательством! На этот раз с каблуком и тоже очень узкие да к тому же с твёрдыми неудобными задниками, схватившими тисками пятку. Влезать в них поверх уже заработанных мозолей оказалось невыносимо.

Но только так, через целую череду анфилад и лестниц, можно было добраться до еды, а ведь Полина отказалась и от вчерашнего ужина, и от утреннего, ещё больничного, завтрака.

Казалось, что она ступает по раскалённым угольям.

Давя клокочущую ненависть, Полина уговаривала себя как-то продержаться этот вечер. Нельзя провоцировать князя ограничить её свободу, пока не будет проверена теория Мары. Нужно терпеть. Изо всех сил. Ради дочери.

И на кой ляд людям такие просторные замки?!

В большой столовой комнате собралась целая толпа. А Полина и забыла о том, что у князя, кроме той её «старшей сестры», приходившей ругаться перед отправлением в дурку, есть ещё целый табун сыновей. Пареньки и мальчики сидели по росту в ряд, каждый перед своей тарелкой, младшему, кажется, было лет пять — впрочем, не факт, что это младший. Полина насчитала восемь братьев, а их вроде как было одиннадцать.

Ещё за столом восседала разодетая сестра, чьего имени Полина не запомнила, натянутая бесстрастная княгиня и проклятый князь, лучащийся самодовольством так, что хотелось тут же заехать ему по физиономии. Перед каждым из собравшихся имелась накрытая железной выпуклой крышкой-колпаком тарелка, приборы и бокалы. Масса разных послушков на удлинившихся ножках разливали из графинов напитки, когда Полина вошла.

— Ты задержалась, Эднара, — сухо проговорила княгиня. — Будь так любезна спускаться к столу вовремя.

Ноздри Полины уловили аппетитный аромат, и в животе заурчало. Нутро дрогнуло, словно там натянулись струны. Она поняла, как сильно проголодалась, и постаралась проглотить и возмущение, и мученическое выражение лица.

— Приношу свои извинения, — выдавила Полина и даже добавила: — Я могу присесть?

— Ну уж морить голодом непокорную дочь мы не станем! — хохотнул князь. — Располагайся. Надеюсь, прогулка освежила тебя?

Полина стиснула зубы и заставила себя кивнуть. Кое-как проковыляв к единственному незанятому стулу, она опустилась на него и чуть ли не со стоном подняла обе ноги над полом.

Но сидеть так долго было невозможно и пришлось поставить их, опершись каблуками и задрав носки. Полина изо всех сил поджимала пальцы. Поскорее бы наесться и сбежать в кровать. Снять это всё хотя бы на ночь!

Тогда можно будет свернуться калачиком и спокойно всё обдумать.

Мальчишки таращились на Полину, словно та была музейным экспонатом. А старший ещё и будто бы с какой-то брезгливостью.

Сестра — и как её, блин, зовут? — при появлении Полины закатила глаза.

— Эдна опять будет жить с нами? — подал голос какой-то мальчонка.

— Да, Юнос, она достаточно отдохнула, — ответствовал князь.

— А её вылечили? — засомневался ребёнок, и старший мальчик хмыкнул.

— Уж полечили, думаю, на славу! — обронил он.

Князь посуровел.

— Ваша сестра отдыхала, — ледяным тоном объявил он. — Если ещё от кого-нибудь в стенах замка я услышу слово «лечение», живо отправлю проветриться в красный дом. А если станете болтать посторонним, вообще за себя не ручаюсь! — стукнул он по столу кулаком так, что подпрыгнули вилки и ложки.

Княгиня побледнела.

Князь сделал знак послушкам, и те синхронно приблизились к столу. Тут было двенадцать существ. И теперь каждое протянуло свои удлиняющиеся на лету трёхпалые лапки к крышкам на тарелках. Полине казалось, что она может умять целого слона. Только бы еды было достаточно, ведь на столе не стояло никаких дополнительных угощений!

Но едва с порции сняли покров, Полина дико, истерически заорала, вскакивая и с грохотом роняя стул под хохот мальчишек-братьев.

На зелёных листьях лежали среди красных ягод перемазанные бордовым соусом запечённые уховёртки.

— Эднара! — возмутилась княгиня д'Эмсо. — Как ты себя ведёшь?!

Полина едва сдерживала рвотный позыв. Впрочем, желудок так и так был пустым.

— Эдне следует нагулять аппетит, — насмешливо объявил невозмутимый князь. — Проследи, дорогая, чтобы наша дочь поднялась завтра пораньше и осуществила часовую прогулку перед завтраком. Это пойдёт на пользу её здоровью. Сегодня наша девочка, очевидно, недостаточно проголодалась. Ступай в свою комнату, Эдна. Не мешай людям ужинать своими выходками.

От жуткого стола Полина убежала почти с радостью, ведь другие начали вонзать в уховёрток вилки и отправлять этих кошмарных плотоядных насекомых в рот, словно были персонажами фильма ужасов. Но уже за дверями обеденной комнаты она поняла, что осталась без еды по меньшей мере до утра, и каким-то образом ещё придётся выходить раннюю прогулку. Внутри всё выло о необходимости подкрепиться.

— Пожалуйста… пожалуйста, принеси мне хотя бы булку, — попросила Полина присеменившего провожать её послушка. — Умоляю тебя!

— Если барышня желает, могу обратиться к князю и передать, что вы сожалеете и просите разрешить вам присоединиться к трапезе, — бесстрастно отчеканил он.

— Я не буду это есть!

— Очень зря. Сегодня велено подать деликатес. Тибрисы естественным путём нафаршированы восхитительным и разнообразным мясом. Сварены тотчас после обильного питания. Так и раздуты, барышня. Дорогое кушанье.

— Твою мать! — просвистела Полина, всерьёз заволновавшись, что сейчас найдётся, что выблевать на пол под ноги этому зелёному моральному уроду.

Кое-как ковыляя на стиснутых туфлями ногах, Полина добралась до спальни и наконец-то скинула треклятую обувь.

Наслаждение было таким мощным, что даже голод показался ерундой.

Полина тотчас же попыталась стянуть и проклятое платье, но у неё не получалось совладать со шнуровкой на спине, а иначе конструкция никак не снималась. Пришлось кликнуть ненавистного послушка.

— Не велено, — тут же отозвался он, и Полина едва не застонала. — Барышне нужно ходить в приличествующем туалете до самого сна.